Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 61 из 62

Глава 21

НА ПУТИ К ПРАВДЕ

«Иногда, чтобы найти ответы, нужно сначала потерять дорогу».

— Из устной традиции Подхолмья

ЛИРЕЛЬ

Мы возвращаемся к башне уже второй день. Свиток Архивариуса лежит у меня за пазухой, и я то и дело проверяю его.

В голове так и крутятся слова старика: «Ты должна вернуться к той башне. Кровь Айрленов — единственное, что может открыть печать».

Моя мать оставила мне послание. Она знала, что мне понадобится правда, и запечатала ее так, что только я могу открыть ее.

Мысли о Лориэне так же не отпускают меня. Я все время возвращаюсь к предложению фейри. Он сказал, что будет ждать меня у ворот, но когда мы вышли его не было. Почему? Я не понимаю. Может, он передумал? Или проверял меня… А может он просто дал мне больше времени?

Я не могу перестать думать о том, что он предложил. Одна ночь.

Одна ночь с ним в обмен на имя предателя.

Что значит одна ночь? Что такое тело, если его можно обменять на правду? Я задаю себе этот вопрос снова и снова. И каждый раз не нахожу ответа.

Я не хочу ложиться с ним в постель. Меня тошнит от одной мысли о его прикосновениях. Но я хочу знать правду. Узнать имя проклятого предателя.

Я хочу найти того, кто убил мою мать. И если это единственный способ… я должна хотя бы подумать об этом.

Может… Не такая уж это и высокая цена? Тело?

Все же это просто оболочка, мой инструмент. Но я не могу избавиться от мысли, что эта сделка совершенно точно изменит меня.

Ведь я продам себя за правду.

И смогу ли я жить с этим после? Смотреть в глаза Кассиану, зная, что я отдалась Лориэну…

Смотреть на себя в зеркало?

Я не знаю.

Кассиан едет рядом со мной.

Я вижу, как он напряжен. Так же как и я он ощущает приближение опасности. Она буквально витает в воздухе.

Кассиан не спрашивает, о чем я думаю. Этот холодный мужчина держится рядом, и этого мне достаточно. Верес держится чуть позади нас, то и дело изучающе впиваясь мне в спину.

Он знает больше, чем говорит, всегда знал больше. Но фейри молчит.

Мы въезжаем в Лес Теней.

Так называется это место на карте. Мы идем сквозь проход, где деревья растут так плотно, что даже солнечный свет почти не пробивается сквозь крону.

Воздух становится холодным, а лошади начинают беспокоиться. Даже они чувствуют, что здесь что-то не так.

— Здесь опасно, — говорит Кассиан, оглядываясь по сторонам. — Лес Теней нейтральная территория, здесь нет законов. Каждый сам за себя.

Верес усмехается.

— Ты боишься, Вершитель? Наша тройка выглядит довольно убедительно!

— Мы выглядим как добыча, — говорит Кассиан. — И ты это знаешь.

Я слушаю их спор, но мысли совсем не здесь. Где-то впереди, в башне, ждет ответ.

Вдруг воздух вокруг меняется и становится плотнее. Кассиан натягивает поводья, заставляя своего коня остановиться.

Я прислушиваюсь.

Ветер доносит до нас странный звук. Словно кто-то поет. Голос низкий и… красивый. Слишком красивый.

Он проникает под кожу и кровь. В самую глубину души.

Я чувствую, как он зовет меня куда-то и заставляет забыть о своей цели. Все, что я сейчас хочу, это найти источник звука.

— Сирены Леса, — говорит Верес тревожно. — Эти прячутся в деревьях и поют, чтобы заманить путников в ловушку.

— И что происходит с теми, кто попадает в ловушку? — спрашиваю я, хотя уже знаю ответ.

— Они навсегда становятся частью леса.

Пение нарастает.

Оно обволакивает меня и я почти забываю, зачем я здесь. Даже то, кто я.

Кассиан подъезжает ко мне и хватает за руку. Пальцы впиваются в кожу и я чувствую боль, что возвращает меня в реальность.

— Не слушай, — говорит он. — Смотри на меня. Только на меня!

Я смотрю.

Его глаза такие холодные, но при этом в них есть сила.

Я хватаюсь за глаза Кассиана как за единственную реальность в этом мире иллюзий.

— Я в порядке, — наконец говорю я.

Мы движемся дальше.

Пение все же стихает, но все равно продолжает тянуть к себе. В этот момент из темноты выходят незнакомцы.

Это… дроу?

Их пятеро.

Высокие, статные, с кожей такого глубокого и бархатистого тёмно-фиолетового оттенка, что это кажется ненастоящим. Их лица словно вырезаны из обсидиана. Острые скулы, тонкие носы, чёткие линии, которые кажутся идеальными.

А глаза… они светятся.

Мужчины смотрят на меня с холодным любопытством.

На дроу лёгкие доспехи из чёрной кожи, в руках длинные изогнутые клинки. От них тоже веет магией.

Мужчины окружают нас, и пытаются воздействовать на нас магией.

Сжимаю поводья дрожащими руками. Моя магия внутри настороженно откликается.

Она не доверяет этим существам так же, как и я.

— Какие гости, — говорит один из них. — Что вы делаете в наших землях?

— Мы просто проезжаем мимо, — говорит Кассиан. — И мы не хотим проблем.

— Но проблемы хотят вас, — усмехается дроу. — Мы чувствуем твой запах, женщина. Ты не такая, как они. Ты пахнешь Весной. Древней. Живой.

Я замираю.

— Оставьте нас, — говорит Кассиан. Его голос становится опаснее. — Я не повторяю дважды.

Дроу смеются. По коже бегут мурашки.

— Мы не хотим тебя убивать, — говорит первый дроу, глядя на меня. — Мы хотим тебя задержать. Ты интересна нашему господину.

— Вашему господину? — спрашиваю я, стараясь, чтобы голос не дрожал.

— Господин скоро будет здесь. Он ждал тебя и сказал, что ты придешь. И вот ты здесь.

Я вздрагиваю.

— Кто ваш господин? — спрашиваю я.

Дроу улыбается.

— Скоро узнаешь.

В этот момент из темноты выходит фигура.

Я узнаю ее по запаху. Лориэн. Он не пришел к воротам Сумеречного Дворца, как обещал, зато ждал меня здесь.

Дроу расступаются, пропуская его. Лориэн подходит ко мне, что заставляет Кассиана напрягается. Он в любой момент готов выхватить клинок.

— Я знал, что ты будешь здесь, — говорит Лориэн. Его голос мягкий, почти ласковый.

— Ты обещал ждать у ворот, — говорю я. — Там тебя не было.

Мужчина усмехается.

— Я решил дать тебе больше времени, — говорит он в ответ.

Он шагает ближе. При этом за моей спиной Кассиан делает шаг вперёд, готовый заслонить меня собой. Его рука уже наполовину вытащила клинок из ножен.

— Ты сделаешь ещё один шаг, Вершитель, — говорит Лориэн, не повышая голоса, — и я прикажу своим дроу убить тебя. Они не будут ждать, просто сделают это. И тогда у неё не останется выбора.