Страница 41 из 62
Глава 14
ЦЕНА ЖИЗНИ
«Предательство не приходит с криком. Оно приходит с улыбкой и обещанием защиты».
— Из Книги Шести Дворов, О Верности
ЛИРЕЛЬ
Я просыпаюсь от того, что не могу пошевелиться.
Не потому что связана, просто тело не слушается. Оно тяжелое, чужое, будто меня вынули из него, а потом засунули обратно, но перепутали все детали. Я открываю глаза и долго смотрю в потолок, пытаясь вспомнить, где я и что случилось.
Потолок не похож на тот, что в моих покоях. Он темный, с резными балками, между которыми мерцают кристаллы. Я поворачиваю голову очень медленно, потому что каждое движение отдается тупой болью в висках, и понимаю, что лежу не в своей постели. Замечательно…
Комната большая, темная, пахнет деревом, снегом и чем-то еще. Мужским и очень знакомым. Кассиан.
Я в его комнате.
Память возвращается рывками, отчего болит в висках. Арион. Его губы на моей шее, как его руки скользили по моей талии. А затем удар и кровь. Много крови. Он падает на меня, и я чувствую, как его боль входит в меня вместе с его кровью. Потом Кассиан и как блеснул клинок. Черная кровь на его камзоле и яд, что пожирает его изнутри.
А потом я положила руку на его рану.
Помню, как его боль ворвалась в меня словно жидкий огонь. Помню его воспоминания. Такие чужие, но при этом настолько яркие, будто я сама там была. Маленький мальчик в ледяном дворце. Мать, которая смотрит сквозь него и зовет другим именем. Отец, что учит держать клинок, а потом падает в траву, и крови так много. Много. Много крови. Помню женщину с серебряными волосами и как она смеется, запрокинув голову. Потом я чувствую его любовь, столь огромную, теплую и разрывающую сердце. Дети. Маленькие, с такими же серебряными волосами как у Касииана. Они бегут по траве, и их смех звенит словно колокольчики.
А потом тьма и железо. И снова кровь, только уже на зеленой траве. Тела, слишком маленькие для такой смерти.
Я плакала просыпаясь от этих воспоминаний. Помню, что плакала. Не от боли, а от того, что видела. И чувствовала его потерю как свою.
Потом провал и емнота. И вот я здесь.
Я пытаюсь сесть, но мышцы не слушаются. Руки дрожат, голова кружится, и я падаю обратно на подушки, тяжело дыша.
— Не надо, госпожа. Вы еще слабы.
Голос знакомый. Миртл. Она сидит на стуле у кровати, сложив руки на коленях. Ее лицо спокойное, но в глазах мелькает что-то мне не знакомое.
— Что случилось? — шепчу я. Голос хриплый, чужой.
— Вы спасли Вершителя, — говорит она тихо. — Забрали ржавчину, буквально вытянули ее из него. Никто не знал, что так можно, а вы смогли.
— Он жив?
— Да. И здоров. Я бы сказала, выглядит даже лучше, чем был до ранения. — Она чуть наклоняет голову. — Ваша магия, госпожа, она весьма… необычная.
Я закрываю глаза, чувствуя тяжесть внутри. Чужая боль все еще во мне и от этого чувствуешь себя раздавленной.
— А Арион? — спрашиваю я, хотя уже знаю ответ.
Миртл долго молчит, прежде чем заговорить:
— Его убили. Те, кто пришли за вами. Он пытался защитить вас.
Я чувствую, как к горлу подступает тошнота. Он умер из-за меня. Тот, кто целовал меня и обещал, что ничего не сделает против моей воли. Арион говорил, что я красивая… а затем умер. И всему виной я.
Я отворачиваюсь к стене чувствуя внутри пустоту. Не этого я хотела!
— Госпожа, — Миртл встает, подходит ближе. — Вам нужно есть и пить. Вы потеряли много сил. Вершитель приказал заботиться о вас.
— Вершитель? — я горько усмехаюсь. — Он жив, здоров и отдает приказы?
— Он не отходил от вас всю ночь, — тихо говорит Миртл. — Я пришла утром, а он все еще был здесь. Потом его вызвала Королева.
Я молчу, потому что не знаю, что сказать. Он сидел рядом со мной? Тот, кто целовал другую у меня на глазах? Тот, кто хотел сделать мне больно?
— Госпожа, — Миртл протягивает мне чашу с теплой водой. — Выпейте.
Я беру чашу и подношу к губам. Пальцы дрожат, вода расплескивается, но Миртл поддерживает мои руки своими.
— Тело восстанавливается, — говорит она. — Но не быстро. Вы взяли в себя то, что должно было убить фейри. Ваша магия справилась, но заплатила за это. Таков баланс.
— Я чувствую себя разбитой, — признаюсь я.
— Это пройдет.
Я пью воду. Теплая, с травами, она разливается по горлу, и мне на удивление становится чуть легче.
— Расскажи мне, что происходит, — прошу я. — Во дворце. После… после того, что случилось.
Миртл садится на край кровати. Оглядывается на дверь, будто проверяет, не подслушивает ли кто.
— Хаос, госпожа. Настоящий хаос. Стража Королевы обыскивает дворец и всех допрашивают. Те, кто был в зале, не помнят ничего — дым сделал свое дело. Но убийц видели многие.
— Кто они? — спрашиваю я, хотя боюсь ответа.
— Фейри из Осеннего Двора, — говорит Миртл. — Неблагой Род. Ими правит Король Ворон, но из какого клана были убийцы никто не знает. Может, Дом Ржавых Листьев или Дозор Воронов. Они не оставили опознавательных знаков.
— Зачем им я?
Миртл тихо говорит:
— Все знают, кто вы, госпожа. Вы Последняя Весна, дочь Айрленов.
Я не знаю, что сказать ей.
— Слухи, госпожа. Они расползаются быстрее, чем мороз по стеклу. Королева пытается их остановить, но уже поздно. Все знают, что вы та, кто может вернуть Весну.
— Я не могу вернуть Весну, — говорю я. — Я даже не знаю, что это значит.
Миртл наклоняет голову.
— Вы спасли Вершителя и забрали ржавчину. Сделали то, что не под силу ни одному целителю или магу. Вы сделали невозможное. Люди начинают верить.
— Во что?
— В то, что пророчество может сбыться.
Я хочу спросить, какое пророчество, но Миртл встает и подходит к окну.
— Вам нужно знать, госпожа, в каком мире вы оказались, тобы выжить. Чтобы понимать, кто ваш враг, а кто просто играет свою роль.
Она поворачивается ко мне, и ее лицо становится серьезным.
— В Подхолмье есть два Рода. Благой и Неблагой. Не путайте с добром и злом — здесь это не работает. Благой Род — это те, кто верит в порядок, красоту и безупречную игру. Их магия связана с ростом, светом, цветением. Но их красота холодна, а правила сложны. Неблагой Род — это те, кто живет инстинктами, эмоциями и дикой свободой. Их магия связана с тьмой, увяданием, правдой. Часто уродливой.
— Зимний Двор? — спрашиваю я. — Он Благой или Неблагой?
— Неблагой, — отвечает Миртл. — Но наша Королева сделала его чем-то средним. Она верит в порядок и логику, поэтому Зимний Двор не похож на другие Дворы Неблагого Рода.
— А какие еще есть Дворы?