Страница 182 из 226
Кроме Вандербильта. Молодой мэрилендец был энергичным дипломатом и верил, что сумеет добиться сделки. 28 сентября акции Сухарика подросли после блестящей победы в «Гавр-де-Грейс гандикап». Воспользовавшись этим, Вандербильт запустил в собственном лице активную кампанию, чтобы достичь согласия между командами Говарда и Ридла. Говард отчаянно желал этот матч и понимал, что последнее слово за Ридлом, а потому соглашался на любые предложения Вандербильта. Так что миллионер принялся обрабатывать хозяина Боевого Адмирала.
Поначалу Вандербильт так намучался, чтобы просто связаться с Ридлом, что чуть не бросил всю затею. Когда же он наконец выследил коневладельца, тот не проявил энтузиазма. Две недели Вандербильт бомбардировал его телеграммами, звонками и просьбами о личной встрече. Он не скупился на лесть, уверяя Ридла, что Боевой Адмирал, без сомнения, выпотрошит Сухарика. Первичное предложение было разумным: «Пимлико Спешл», престижный турнир со ставками, который Боевой Адмирал выиграл в 1937-м, превратится в состязание двух коней. Вандербильт знал, что условия «Пимлико Спешл» будут привлекательны для обоих коневладельцев, ведь оба жеребца выигрывали на этом ипподроме в скачках на дистанцию 1
3
/
16
мили. Он также понимал, что аудитория подобного события переполнит его маленький ипподром, где было лишь шестнадцать тысяч сидячих мест, а потому предложил дату 1 ноября, вторник, надеясь, что из-за рабочих обязательств число зрителей сократится до приемлемого уровня.
Отдельную боль доставлял вопрос денежного приза. Вандербильт понимал, что оба хотят сто тысяч долларов, и попытался переубедить их: «Я сказал им, что ипподром совсем небольшой и не сможет собрать столько денег». Также он доказывал, что соревнование за меньший приз было предпочтительнее, потому что так поклонники увидят, что этот матч – по-настоящему спортивное событие. «Я говорил им, – продолжал вспоминать Вандербильт, – “ваша цель не деньги, ваша цель – самый ожидаемый поединок, какой только может быть на данный момент”». Ридл и Говард согласились с таким доводом и ожидали, вероятно, что-то в районе семидесяти пяти тысяч. Но их ждало потрясение: Вандербильт мог обеспечить максимум пятнадцать тысяч, однако тот поспешил заметить Ридлу, что пятнадцать тысяч – это общая сумма призов двух турниров в Новой Англии, где должен был, согласно своему графику, соревноваться Боевой Адмирал и один из которых ему пришлось бы пропустить ради матча. Чтобы убедить обоих мужчин в искренности намерений оппонента, Вандербильт попросил каждого внести задаток в размере пяти тысяч долларов.
В конце концов Ридл отозвался: «Я буду участвовать, если будут приняты мои условия, в чем я сомневаюсь». «Что это за условия?» – спросил Вандербильт. Ридл был готов согласиться с суммой денежного приза, если оба коня понесут сто двадцать фунтов. Также он хотел отстранения Джима Милтона в пользу Джорджа Кэссиди, стартера на «Белмонте» – домашнем ипподроме Боевого Адмирала. И, наконец, опасаясь, как бы Адмирал не выбился из сил и не нанес себе травму в традиционном стартовом боксе, а также желая воспользоваться умением коня стартовать с места, Ридл настаивал, чтобы матч начался по старинке, без использования боксов.
Первое требование не вызывало трудностей: Говард и сам будет рад относительно низкому и равному весу. Со вторым было сложнее. Вандербильт не желал, чтобы ему выкручивали руки в отношении Мильтона. Сам он и практически все очевидцы были солидарны, что Мильтон ничего плохого не сделал, когда годом ранее пытался поместить Боевого Адмирала в бокс. Однако стартер, узнав о желании Ридла, разрешил вопрос сам: придя к Вандербильту, он отстранил себя от матча. Мильтон понимал, что, если Боевой Адмирал стартует плохо, скажут, что стартер затаил злобу на Ридла. Вандербильт с таким решением согласился, и желание Ридла было исполнено.
Но третье требование казалось невозможным. Поскольку в матчах обычно выигрывали те лошади, которые доминировали с самого начала, наблюдатели считали, что выстреливающий как пуля Боевой Адмирал, даже при старте из бокса, имел значительное преимущество перед Сухариком, который традиционно разгонялся дольше. А при старте с места у Адмирала будет еще большее превосходство, ведь он обладал в этом опытом и умением, в то время как Сухарик будет стартовать не из бокса впервые. Практически все были уверены, что, если случится старт с места, Боевой Адмирал будет лидировать от начала до конца. Однако Ридл принципиально настаивал на своем условии, и Вандербильту ничего не оставалось, как представить его Говарду и надеяться на лучшее.
В Нью-Йорке, где он лично вел переговоры с Ридлом, Вандербильт оформил предложение в формате официального контракта и направил Говарду. Тот пришел в отчаяние из-за старта с места и вызвал Смита, который тщательно все обдумал. Он сказал Говарду потребовать, чтобы старт дали звонком, а не просто обычным флажком, а также чтобы не было помогающих стартера – пусть жокеи управляют конями без посторонней помощи. Говард передал это Вандербильту, тот согласился. Контракт вернулся назад: Говард поставил подпись и приложил пять тысяч долларов задатка.
Оставалось убедить лишь одного человека, и Вандербильт отправился завершать сделку. Он заявился в отельный номер Ридла в Нью-Йорке с контрактом в руке, однако тот уже уехал на вокзал, чтобы сесть на поезд до Филадельфии. Вандербильт прыгнул в такси, поспешил на Пенсильванский вокзал, где перехватил Ридла прямо на платформе. Тот все еще колебался. Вандербильт был настойчив и не давал Ридлу сесть в вагон, пока он не подпишет бумаги. Он сдался, и Вандербильт вернулся в Мэриленд, к ликованию конного сообщества. Матч «Пимлико Спешл» 1 ноября, названный состязанием века, состоится. На этот раз ему ничто не помешает.
Когда 5 октября восторженная публика узнала о сделке, конники были поражены, что Говард согласился на старт с места. Как писал автор «Нью-йоркера» Аудакс Младший
[129]
[Аудакс Младший (Audax Minor) – псевдоним освещавшего конные скачки спортивного журналиста Джорджа Райала (1887–1979), выбранный им в честь британского коллеги Артура Портмана, который писал под псевдонимом Аудакс (лат. отважный).]