Цена веры

Глава 31

— Неожиданно, — сдержанно улыбнулась я, пока не спеша с оценкой.

Джархан продолжил всё также тускло:

— Прекословить тебе не имеет смысла. Ты всё равно получишь то, что хочешь.

Прозвучало упрёком, и я подобралась, но с возражениями не спешила. Мальчишка хотел сказать что-то ещё.

— Ты лучше понимаешь дела, лучше убеждаешь людей. В конечном счёте ты оказываешься права. Я только усложняю ситуацию для нас всех.

Я покачала головой.

— Я не хочу постоянно решать за тебя.

— Но ты это делаешь. И будешь делать. Всегда будешь.

Я поджала губы, не скрывая вспыхнувшей злости.

— Стоило позволить тебе казнить Батура? — спросила я холодно и вызывающе.

Джархан вздернул руки к лицу и резкими движениями потёр виски. Затем поднял глаза.

Отчаявшиеся.

— Нет, — ответил он глухо, — я этого не говорил. Ты поступила верно. И в следующий раз поступишь. Мне ничего не остаётся кроме как смириться. Не только потому, что ты уничтожишь меня за сопротивление. Я понимаю, что ты права. Всегда, когда моё мнение будет расходиться с твоим, я буду понимать, что ты права.

Я шумно вздохнула. Не так уж часто мне хотелось одновременно и ударить кого-то, и утешить.

С одной стороны, мальчишка обвинял меня в собственной беспомощности. А с другой сдавался. Зачем бить того, кто и так уже опустил руки, признал твоё главенство?

Проблема в том, что он прав. Я не позволю ему ошибаться. Я не выпущу контроль. Я всегда буду следить за его решениями и пресекать те, что считаю неразумными.

Когда-нибудь я устану, или сломаюсь, или умру. И все, что я строила, рухнет следом.

— И это тебя устраивает? — прищурилась я.

— А у меня есть выбор? — усмехнулся Джархан. — Что я могу? Умолять тебя уехать?

Как же сильно вдохновила Властелина мысль отослать меня куда-нибудь подальше.

В голову пришла совершенно очаровательная идея. Даже странно, что я не думала об этом раньше.

— Зачем? — широко улыбнулась я. Джархан вздрогнул. — Уезжай сам.

Он не понял и посмотрел на меня с опаской. Я вздохнула и пояснила неохотно.

— Вы с Лилит перебрались в Город Слёз ради того, чтобы занять место Сохора. Утвердить власть, удержать местных от глупостей. Я думаю, что ты сделал для этого достаточно. Уезжай. Вернись туда, где жил последние три года. Причину придумать несложно.

— А ты останешься здесь? — медленно спросил Джархан, начиная понимать.

— Да, — подтвердила я, — я останусь здесь. Я обещаю, что не позволю устроить в Городе Слёз беспорядок и забыть о твоей власти не позволю тоже. Сам ты будешь от меня далеко. За своими делами и вследствие расстояния я не сумею лезть в твои дела так глубоко, как ты опасаешься. При всём желании. Но если начнёшь сомневаться в решениях, то напишешь мне или вызовешь к себе.

Джархан молчал достаточно долго. Странно. Откровенно говоря, я ожидала мгновенного восхищения.

В конце концов, мальчишка слабо усмехнулся:

— Вот ещё скажи, что вокруг меня не будет стоять твоих шпионов.

Я вздохнула огорчённо:

— Не скажу. Но разве это не лучше, чем когда рядом с тобой стою я?

— Лучше, — ответил он и замолчал, словно испугавшись своих слов, — я не имел в виду…

Я поморщилась и жестом попросила не продолжать.

От Джархана расплылся вкус насыщенной чёрной рябины, зеленоватого абрикоса.

— Не надо. Я понимаю, что ты имел в виду. Ничего.

Запах вины стал сильнее. Затем Властелин собрался и сказал твёрдо.

— Я помню, чем я тебе обязан. Я должен извиниться за свои слова и поведение. Меня выбило из колеи покушение на Лилит и собственная беспомощность. Я сожалею.

Удовлетворённая улыбка расвела на моём лице практически против воли.

— Принято. Забудь. Что ты думаешь о моей идее?

Теперь Джархан молчал совсем недолго.

— Хорошая. Лилит давно говорила, что тебе нужно выделить «графство» и прекратить этот позор, пока нас на нём не поймали. Город Слёз ей не нравится. Оставайся здесь, будешь слать мне подсказки издалека. Но формальностями займёмся после моего возвращения Из-За-Реки. Сейчас не лучший момент, могут расценить побегом.

— Разумно, — похвалила я слегка покровительственно, — ты на переговоры, Лилит может остаться со мной или поехать в Блуокс к родным, чтобы показать им внука. Затем вы решите, что не хотите растить ребёнка в этом мрачном месте.

В глазах Джархана появилась тень интереса. Спросил он, как показалось мне, с участием.

— Хотел бы я понимать, зачем ты это делаешь.

Я улыбнулась нейтрально. Этот вопрос — разными словами, словно пытаясь подловить, Властелин задавал мне не один и не два раза. Как правило, я выдавала что-нибудь убедительно-мягкое.

Сегодня на ложь настроения не было.

— Хочу, — ответила я вкрадчиво, — давай считать, что я просто хочу.

Джархан вздохнул разочарованно.

— Давай считать. Ты не возражаешь, если двор я соберу себе сам?

— Разумеется, нет.

— Передашь дела?

— Ты пытаешься меня оскорбить? — прищурилась я.

Властелин покачал головой:

— Нет, прости. Я обдумаю это и вызову тебя, когда сформулирую вопросы. Сейчас есть ещё одно срочное дело.

— Слушаю, — подалась я чуть вперёд.

— Казнь. Ей занимался Кадан. Теперь я прошу тебя.

«Просьба» повисла в воздухе. Я кашлянула и подошла ближе.

От Властелина запахло полынью и хвоей — слабой, но ощутимой тревогой.

— Это та вещь, которую и я хотела с тобой обсудить.

— Давай, — повёл он рукой, в слегка легкомысленном жесте.

Я сделала вперёд ещё шаг.

Затем опустилась на одно колено.

Глаза Джархана расширились от шока.

— Властелин, я пришла просить тебя сохранить моему брату жизнь. Я понимаю тяжесть его преступления и заплачу ту виру, какую ты потребуешь. Ответственность за всё, что сотворит он дальше, на мне, — говорила я негромко, но чётко, твёрдо глядя Джархану в глаза.

Он первым отвёл взгляд.

— Я не согласен, но не стану спорить. Освобождай его, если считаешь нужным. Вот только зачем ты предлагаешь виру, если я и без того соглашусь с любым твоим решением?

Я склонила голову набок и улыбнулась кончиками губ. Мой чуть снисходительный взгляд странно смотрелся из подобного положения.

— Я не считаю помилование необходимым и не вижу в нём государственной важности. Я не буду лгать, выдумывая натянутые аргументы. Жизнь Кадана — моё желание и ничего больше. Я заплачу за него, как полагается. И отступлюсь, если ты окажешь.