Страница 64 из 108
— Что у них всё хорошо. По ее словам, Батур вообще не хотел ехать, и Хадаку отпускать его тоже, — теребила Лилит волосы и отвечала без энтузиазма, — но он был уверен, что его хочешь видеть ты. Энхма, похоже, считает, что это ты решила свести с ним какие-то личные счёты.
Я неприятно удивилась подобным предположениям.
— Если бы у меня были счёты к Батуру, то расплата настала бы раньше. Задолго до того, как они с братом закрепились на Западе.
Лилит пожала плечами:
— Я тебе верю.
Мне хотелось спросить: зачем Энхма взяла ребёнка, но вопрос, определённо, был не лучшим. Не стоило лишний раз касаться при Лилит детской темы.
Она подумала об этом сама.
— Несколько месяцев назад я тоже не сумела усидеть дома и поехала к Джархану прямо в военный лагерь. Если бы к те дни у меня был ребёнок — я бы его не оставила.
Повисло молчание. Я рассматривала идею о нерациональной, не имеющей второго дна Энхме. Лилит думала о своём. Спустя какое-то время она протянула огорчённо:
— Ребёнок простыл в дороге. Я предложила ей помощь Духай, но она сказала, что ей помогут знакомые в городе. Вряд ли у неё есть знакомые целители?
— Лёгкий жар можно сбить и травами, — успокоила я, — возможно, всё пройдёт, как только ребёнок выспится.
— У него нелёгкий, — возразила Лилит, — и спать он не хочет. Вначале спал, но проснулся у меня на руках и начал хныкать. Такой горячий и липкий.
Властительница улыбнулась рассеянно: огорчённо и мечтательно, болезненно и тоскливо.
Нельзя было доверять решение о разлучении ребёнка с матерью бездетной женщине, но что уж теперь.
— Хочешь, я найду её и заставлю воспользоваться помощью Рикардо? — предложила я.
Лилит покачала головой.
— Пусть решает сама.
Или можно, если мать не действует ребёнку во благо?
Я тряхнула головой, выбрасывая лишние мысли. Подругу нужно было отвлечь.
— Пообщайся со светлыми, — попросила я, — они в поселении. Тебя там любят, в твоём присутствии к ним отнесутся благосклоннее. Заодно проконтролируешь болтовню. Раз уж ты всё равно одела это платье.
Лилит посмотрела на свою грудь и подол с оттенком удовлетворения.
— Я ожидала, что Энхма будет более официальной. Представлять Хадаку, выражать протесты, ты понимаешь.
Я кивнула.
— Ты выглядишь великолепно. Пойдёшь к делегации?
— Пойду, — согласилась Лилит, — обычной охраны и друидессы хватит?
— Да, конечно.
Оставалась уточнить одну мелочь:
— Энхма наверняка просила увидеться с Батуром. Ты разрешила?
— Да. Сказала ей, чтобы передала моё разрешение Кадану, а он пусть её отведёт.
— Хорошо, — сказала я, хотя и не была в этом уверена.
С одной стороны, на встрече супругов хотелось поприсутствовать. С другой, навряд ли при мне они скажут или сделают что-то подозрительное. Это тоже неплохо, но хочется узнать что-то новое.
Будут ли они болтать свободнее при Кадане? И, даже если да, расскажет ли он мне об этом?
Я решила зайти к Батуру сразу же после того, как встреча с семьёй окончится хотя бы ради того, чтобы убедиться в отсутствии у него тех же симптомов, что были у Номина.
А пока вернуться к Рикардо.
Окна в покоях Номина были завешены, и воздух стоял тяжёлый. Хозяин, похоже, не появлялся здесь с того самого момента, как я разрешила ему вернуться к работе.
Пройдя мимо сидящей в кресле Уянгу, мимо лежащего на софе Номина и наблюдающего за ним Рикардо, я дошла до окна и распахнула его настежь.
Сестра поднялась на ноги излишне нетерпеливо.
— Рада, что ты вернулась, — сказала она холодно и посмотрела на дверь. С видимым трудом сдержав желание уйти молча, Уянгу спросила:
— Я здесь больше не нужна?
Не предполагающий отказа тон так и провоцировал улыбнуться «конечно же нужна».
Я отрицательно помотала головой.
Она вышла торопливо, будто куда-то опаздывала.
Только после этого ко мне подошёл Рикардо. Стал вплотную, спросил шёпотом:
— Где ты была?
Вначале я кивнула на Номина.
— Спит?
— Да.
— Пошли отсюда.
— Хочу понаблюдать за ним ещё некоторое время.
Пришлось мысленно вернуться к заданному вопросу. Звучал он так, будто требовал отчёта.
Я подняла взгляд и внимательно посмотрела на Рикардо. Он казался уставшим. Я не понимала его эмоций — спокойные и неявные, они терялись под страхом, под пылкой злостью Номина, которыми пропахло здесь абсолютно всё.
— Зашла к твоему племяннику, попыталась извиниться, не произнося слова «извини». Зашла к Лилит, но это наши местные дела. Попросила её составить компанию твоим жрецам.
Удивлённо моргнув после первой части, Рикардо не сразу нашёлся со словами.
— Кхм… да… с Властительницей всё пройдёт проще.
— Перед тобой я тоже хочу извиниться, — сказала я с такой интонацией, будто продолжала прошлую фразу, — и за то, что пугала твоего племянника, и за Номина. Недопустимо то, что он напал, и вдвойне недопустимо, что защищаться пришлось тебе самому. Я медленно среагировала. Это моя вина, и я сожалею.
Мой голос звучал спокойно и ровно: те годы, когда извинения вязли во рту, давно остались в прошлом.
И именно это Рикардо не понравилось.
— Извиняешься просто потому, что должна?
Я подняла глаза, не сдерживая возмущения.
— С чего ты это взял?
— У тебя нет совсем никаких эмоций.
Я чувствовала, что пахну черникой, что пахну малиной и кровью.
А он не чувствовал.
Это было печально.
Кажется, теперь на лице что-то отразилось. Рикардо шагнул вперёд и меня обнял. Вначале осторожно, будто ждал, что я отстраняюсь. Потом твёрже.
Он него пахло чёрной рябиной и чем-то плотным сладким и горьковатым, что нравилось За-Рекой и мужчинам, и женщинам. Я не сразу поняла, приятен ли мне этот запах.
— Я плохо понимаю, что у тебя внутри. Что ты думаешь, что чувствуешь. По тебе совсем ничего не понятно, — пожаловался он мне на ухо едва слышно.
Я заёрзала и обняла его в ответ, прижалась лбом к шее.
Наверное, приятен. А, возможно, мне приятны объятия, и потому я готова терпеть любые духи.
— Мне действительно жаль. Я не буду больше нервировать твоего племянника. Я постараюсь следить лучше за твоей безопасностью.
— Я не настолько беспомощен, — усмехнулся Рикардо.
— И всё же.
— Направь своё внимание на Анкариса и остальных, пожалуйста.
Вскоре я вздохнула сожалеюще и высвободилась из объятий. Кивнула на спящего Номина.
— Долго ещё?