Цена веры

Глава 20

Анкариса проводили в комнаты светлых, не смотря на его возражения. Номин сидел на полу, постепенно приходя в себя. Через несколько минут он начал концентрировать взгляд. Затем попросил воды. От воды его вырвало, и мы переместились к окну, усадили пострадавшего на подоконник. Потом, наконец, пришла Уянгу.

Я отослала стражу с приказом перекрыть коридор. Поговорить хотелось спокойно и без лишних ушей.

Сестра была раздражена. Не удивлена и не взволнована.

Поприветствовала меня, даже не глядя. Проигнорировала Рикардо. Подошла к Номину и заставила его поднять подбородок.

Молчание затягивалось. В глаза ученику Уянгу смотрела с такой настойчивостью, будто умела читать мысли.

Мне надоело.

— Ты делала снадобье на его крови?

— А на чьей ещё? — удивилась сестра. — Кадан — мой брат по матери, а ты, вполне возможно, двоюродная сестра. Не буду же я делать мазь, которой вас двоих можно убить.

Предположения, от кого родила Оюун свою старшую дочь, никогда не интересовали меня. Возможно, от Цэцэга. Возможно, от кого-то другого. Прежде это не было важно.

Теперь — да, а я даже и не вспомнила без подсказки.

Догадка заставила меня оскалиться.

— Драгоценная сестра, ты весьма талантлива в том, чтобы сбивать меня с мысли.

Уянгу поморщилась, будто обиделась на напрасный навет.

Вот только не пахло от неё обидой. Раздражением пахло, настороженностью и странно-сладким возмущением.

— Я не приказывала своему ученику ставить на себя эксперименты. Не просила. Не намекала.

— Не запрещала, — резко бросила я.

— Я сам, — вмешался Номин без тени сомнения в голосе, — я хотел. Хотел больше сил, сильнее магию. Почему нет?

— Потому что я не позволяла, — прозвучало со стороны Уянгу несвойственным для неё тоном.

Я скосила глаза на Рикардо. Сестра дёрнула плечами чуть заметно. Ей было всё равно, слушает ли нашу беседу светлый жрец.

Номин перемен в настроении наставницы не уловил и говорить продолжил всё также увлечённо:

— Разве спрашивают разрешения на то, чтобы возвыситься? Ты сама говорила, что людского не должно быть много. Я хочу стать лучше. И у меня получилось! Я колдовал быстрее, чем она, — кивнул маг в мою сторону, — успевала отвечать.

— Она не хотела тебя покалечить, — без тени сомнений прошипела сестра.

А Номин ведь был прав. Второе заклинание я пропустила по рассеянности, что само по себе не красит. Но с третьим маг оказался быстрее.

Это было опасно.

— Я тоже мог… — запальчиво повысил Номин голос, но был прервал звонкой пощёчиной.

Рикардо дёрнулся. Как целитель, он явно не одобрял подобного обращения с пострадавшим.

Пострадавший собрался с мыслями, заговорил спокойнее и тише, глядя на шею сестры слегка расфокусированным взглядом.

— Я чувствовал, что могу всё. Могу даже приказывать. Я почти сделал это.

Рассеянный, словно сонный голос Номина пробрал меня до костей. Выходит, мою заминку, моё удивление неожиданной властностью он тоже заметил.

Он второй пощёчины голова мага дёрнулась и звучно ударилась о раму окна.

— Вы добить его хотите⁈ — не сдержался Рикардо.

Мы с Уянгу зашипели на него в один голос. Иерофант отступил на шаг, за лучшее сочтя заткнуться.

Сестра вернула внимание своему ученику. Потянулась рукой к его лицу. Номин вжал голову в плечи, но бить его она не стала. Подхватила подбородок, вынуждая посмотреть в мою сторону.

— Ты ей командовать пытался? Десятилетие назад моя сестра загрызла полноценного демона, а ты решил, что эксперимент мага-неудачника позволит тебе ей приказывать?

Мой шок был столь откровенным, что заметить его мог бы даже Анкарис: ни чутья не нужно, ни проницательности.

О случившемся в ту ночь сестре я не рассказывала.

«Рассказывала, — осознала я, — врала теми же словами, что Цаагалу и Сохору. Они правды не разгадали, а Уянгу, выходит, поняла.»

Сестра продолжила вкрадчиво, почти нежно:

— А дальше кто? Я?

— Я не посмел бы, — прозвучали откровенно просящие, перепуганные нотки.

«Да, — поняла я, — конечно же, потом ты. Какой ученик не мечтает превзойти учителя?»

Третья пощёчина была лёгкой — символ недовольства, а не удар.

— Лжёшь, но это и неважно. Почему без моего позволения?

Номин молчал. Ответ был очевиден.

Я не могла положиться на благонадёжность сестры. Не могла на верность. Но на рассудительность — да.

Сейчас — под столь пристальным вниманием — на сомнительные эксперименты Уянгу не решилась бы.

— Номин, ты правда думаешь, что я запретила бы тебе вещь, способную пойти во благо?

Возражать прямо он не посмел и вместо этого принялся несмело уговаривать.

— Я лучше чувствую магию. Мне проще сплетать чары. Я даже дышу как-то иначе.

— У тебя лихорадка, — безжалостно отрезала Уянгу, — ты нахальнее обычного, неосторожнее, безрассуднее… И ты всё равно проиграл.

— Сохор использовал это, — сказал Номин тем тоном, каким хватаются за последнюю соломинку, — ты сама говорила.

Уянгу расхохоталась. Её весёлый, звонкий смех прозвучал неестественно и почти издевательски.

— И Сохор тоже проиграл! Вначале Цаагалу, затем Сарано с Талорией, а после мальчишке, в каком человека больше, чем демона. Проиграл!

Номин молчал. Прислонил голову к раме, словно держать шею было выше его сил. Рассеянный взгляд блуждал по обстановке, не останавливаясь ни на чём конкретном.

— Ты разочаровал меня, Номин. Хочешь повторить путь Сохора — давай, но направлять тебя на нём буду не я.

Смысл слов сестры дошёл до меня не сразу. Ученик Уянгу — теперь уже бывший ученик — вскинул голову, зашипел болезненно, будто это простое действие причинило ему боль. Попытался сфокусировать взгляд, но не справился даже с этим. Открыл рот, но не нашёлся со словами.

Отвернулся к окну, поджал губы, зажмурился, словно пытался унять головную боль.

— У него сотрясение мозга и ушибы. Я хочу знать, можно ли лечить его светлой магией, — встрял Рикардо с вопросом, до которого нам с Уянгу почти уже не было дела.

— Попробуй, — равнодушно ответила сестра.

— Я не хочу сделать хуже, чем есть сейчас. Моя магия не причинит ему вреда? — настойчиво пытался добиться иерофант однозначного ответа.

— Не должна.

Рикардо не был удовлетворён, но шагнул к Номину. Уянгу зачем-то добавила, потирая запястья.

— Заодно проверим, насколько выраженным будет эффект.