Страница 52 из 108
— У двери достаточно стражи, а вы сидели здесь всю ночь. Займитесь своими делами, а мне дайте побыть наедине с супругой.
«То, для чего с супругой остаются наедине, тебе ещё рано», — едва не брякнула я, но сумела сдержаться.
Арвай, судя по взгляду, судя по кривой ухмылке, подумала о чём-то весьма похожем.
Что было на уме Алтана, я понимала плохо.
— Как пожелаешь, — ответил оборотень нейтрально и вышел за дверь вместе со своей племянницей.
Джархан смотрел на меня с тревогой, с вопросом, который не решался задать.
Я решила побыть понимающей и поддерживающей супругой.
Саму бы кто поддержал.
— Духай сказала, что наша дочь с Талорией.
— А где Талория не сказала? — усмехнулся Джархан.
— Нет. Духай всю ночь сидела со мной. Я послала её узнать, а сама решила зайти к тебе.
Он накрыл мою руку ладонью, чуть сжал, пытаясь поддержать.
Захотелось расплакаться. Выплеснуть всё, накопленное за предыдущие дни.
Я почти уже решилась лечь рядом и предаться постыдному выражению женских слабостей, но в дверь постучали с сухой, размеренной требовательностью. Так заявляла о себе только Сарано — всегда четыре раза, каждый с равной силой, с равными паузами между ударами.
— Кто? — удивил меня Джархан. Он-то знает свою советницу дольше, чем я. Как можно не запомнить?
В приоткрывшуюся дверь вошла советница, помятая чуть больше, чем обычно и одетая чуть небрежнее.
Властелина она поприветствовала первым, но здоровьем поинтересовалась моим.
— Хорошо, — отмахнулась я и задумалась: не послать ли и её тоже искать старшую друидессу? Этим уже занимается Духай, но вдруг вдвоем выйдет быстрее?
Я хотела увидеть дочь, и я не хотела ждать.
Необходимости, как оказалось, не было.
— Я виделась с Талорией, — сама начала Сарано, — твоя дочь с ней в полной безопасности.
— Где она? — спросила я требовательно.
На миг советница показалась мне растерянной, но, вероятно, это было лишь плодом моих фантазий.
— В безопасности, — повторила Сарано с вкрадчивой настойчивостью, — большей, чем мы можем обеспечить здесь.
— Вы обе берёте на себя слишком много, — затрещал морозом голос моего супруга.
Откровенно говоря, я была с ним полностью согласна.
Сарано медленно моргнула, продержала глаза закрытыми на несколько мгновений дольше, чем было нужно.
Мне подумалось, что под тяжестью проходящих через неё решений, советнице должно быть тяжело.
Что отдавать так много власти одному человеку для нас с Джарханом опасно — об этом мне тоже подумалось.
— У меня нет уверенности, что убить вас пытался Батур, — смотрела Сарано уверенно и прямо, — но даже если это он, то действовал он явно не один. Ему помогли с ядом. Обо всех его замыслах наверняка знает его брат. Город Слёз небезопасен. Вы уверены — оба — что хотите рисковать?
Мне хотелось сказать «да».
Я заставила себя выдавить:
— Нет.
Джархан, чьё мнение явно было иным, сжал мои пальцы чуть сильнее. Я поймала его взгляд, безмолвно попросила не спорить.
Пустота и неправильность саднили где-то внутри, но лучше они, чем похороны. Верно?
Подспудное опасение: а что если моих возражений Сарано не послушает, сыграло не последнюю роль. Так я могла хотя бы вид сделать, что это и моё решение тоже.
Джархан взял себя в руки с похвальной быстротой. Перевёл взгляд на Сарано и попросил нейтрально:
— Нужно написать родным Лилит. Принеси, пожалуйста, бумагу из её кабинета.
Советница прищурилась, будто почуяла подтекст, известный только им двоим. Я добавила торопливо, пытаясь сгладить неловкость:
— Из моего серванта. Там письма к сестре и матери, не хочу, чтобы слуги копались.
Сарано посмотрела на меня признательно. Понимающе, но благодарно хотя бы за попытку.
— Конечно.
Когда она скрылась за дверью, Джархан заговорил на меня не глядя.
— Я устал от того, как много они решают за моей спиной. Я не могу не думать: а что если эти игры им надоели?
— Сарано с Талорией? — спросила я иронично.
Мысль казалась дурацкой.
Джархану нет. И по глазам я видела, насколько важно для него сейчас моё понимание.
Я взяла его ладонь в свои руки, переплела пальцы и легла рядом, устраивая голову на его плече.
— Будто бы ты не знаешь, как Талория предпочитает решать проблемы.
— Скрыться в лесу, забрав с собой наследницу? — хмыкнул Джархан, — а потом вернуться, когда нас убьёт Хадаку, или Батур, или ещё кто-нибудь?
Это было ужасающе похоже на правду.
И это совершенно точно не могло было быть правдой, если я хоть что-то понимала в людях.
Юноша, в которого я была влюблена, оказался мразью.
Зато сестра оправдала ожидания.
И Джархан моего доверия пока не предал.
Сохор мне сразу не понравился…
Три из четырёх — лучше, чем подбрасывание монетки. Это определенно тот успех, которому следует доверять.
Я вздохнула и прижала тыльную сторону ладони Джархана к своей щеке.
— Мне приказать выпустить Батура?
Мой супруг покачал головой — я ощутила движение затылком.
— Пока я верю им больше, чем брату. Просто прошу тебя быть осторожнее с Талорией и Сарано. Обещаешь?
Я могла бы соврать.
Я ответила честно.
— Нет.
Джархан вздохнул тяжело. В его следующем вопросе не звучало осуждения, только усталость:
— Хорошо. Когда мне станет лучше, могу я попросить тебя о паре уроков?
— Каких? — протянула я с непониманием.
— Если проблемы с друидами начнутся, я обязан… знать… — замялся он, подбирая слова, — что делать с вашей магией.
Отказать Джархану в этой просьбе я не могла. Не глядя на весь ужас, что поднимали во мне его слова:
— Когда тебе станет лучше.
Он сжал мои пальцы и прижался щекой к макушке, но страха это не уняло.
Сарано
Мне хотелось сказать: «я кипела от возмущения». Возмущение — безопасная эмоция, справедливая и безобидная.
На самом деле я была в бешенстве. В холодном бешенстве, до дна промораживающем полные жизни озера.
Странным образом сочеталась эта ярость с презрением. Уянгу, ощущай я подобное по отношению к ней, мне хотелось бы убить. А Джархана схватить за шкирку и трясти, пока разум этой бесполезной бестолочи не проснётся от своего, несомненно, сладкого сна.
Какое право он имел подозревать меня?
Я убила бы его, если бы хотела. Давно убила бы, но вместо этого бегаю по поручениям, по каким обычно посылают слуг.