Цена веры

Черная рябина, кислое молоко — личностью визитёра Джархан был разочарован. Пытался держать себя в руках, но это никто не выходило у него хорошо.

Кадан казался спокойным и собранным. Как и всегда.

— Как твоё здоровье? — спросил он вежливо.

— Прихожу в себя, — ответил Джархан с тенью враждебности, будто услышал упрёк.

Кадан кивнул, продолжил без каких-либо чувств:

— Я рад. Сарано, можно тебя?..

— Я буду мешать вам? — слабо усмехнулся Властелин.

Брат не ответил, только посмотрел на меня с вопросом.

— Не думаю, — прохладно улыбнулась я.

— Прошу прощения, я опасался утомить тебя, — извинился Кадан без каких-либо сожалений, скорее даже немного удивлённо, будто правила игры изменились неожиданно для него.

— Чего ты хотел? — потребовал Джархан.

— Уточнить. Одну из друидесс, которых мы с тобой обсуждали, — снова потерял брат интерес к мальчишке и сосредоточился на мне, — я нашёл в компании оборотней, приехавших с Батуром. Ты уверена, что именно ей стоит охранять Властелина?

— Талория знает своих друидов, — ответила я, впрочем, и сама ощутив лёгкие сомнения. Батур пьёт с роднёй Алтана, а его оборотни наводят мосты к друидам Талории.

Всё это мне не нравилось.

Кадан пожал плечами, не скрывая сомнений, но и не выражая протеста.

«Под твою ответственность — всё что угодно», — словно бы говорил он.

— И ещё кое-что. Уянгу просила передать: «да».

— Что «да»? — с подозрением спросил Джархан.

С подозрением, явно направленным на меня.

Я и сама не сразу поняла, о чём он.

— А я откуда знаю? — недоумённо возмутился брат. — Они не посвящали меня в свои дела. Я встретил Уянгу в коридоре и она попросила передать «да», если я увижу Сарано.

— Я поняла, — оборвала я его, — какие-то другие новости?

Джархан злился, и продолжение странно беседы явно не пошло бы ему на пользу. А я не понимала, чего добивается Кадан этой мелкой провокацией.

Кадан помотал головой:

— Ничего нового. Распоряжения? — продолжал он смотреть только на меня.

— Замени стражу у двери, поставь сюда кого-нибудь из предложенных Талорией.

— Уже, — улыбнулся Кадан.

Не знаю, стоило ли мне его благодарить. Я промолчала и кивнула на дверь.

После того как Кадан вышел, Джархан приподнялся на подушках, попытался посмотреть на меня из положения хоть сколько-нибудь достойного.

Если честно, у него не получилось. Белое лицо, губы, слегка отливающие в серость, тёмные пятна на щеках, лбу и шее, совсем по-детски нахмуренные светлые брови.

— Что «да»?

— Я спрашивала Уянгу, находила ли она похожие проклятия, — ответила я честно.

Едва заметная нотка морошки меня злила. Она была разумна — я и сама подозревала практически всех. Я уже услышала подозрение от Лилит, но оно совершенно меня не задело.

Лилит шутила.

Лилит не была обязана мне всем.

Кто дал этому мальчишке право меня подозревать?

Джархан, кажется, и сам понял, что чересчур увлёкся. В следующей его фразе звучало извинение.

— Хорошо, что ты продвигаешься. Доверяешь Уянгу?

— Нет.

Властелин замолчал. Устал или не нашёлся с другими вопросами, мне было неинтересно.

Прошло немало времени, прежде чем в комнату постучали снова. На этот раз Джархан не проснулся. Я поднялась на ноги и открыла дверь, чтобы не поднимать шума.

У порога стоял Рикардо. Его светлая рубашка была испачкана кровью в районе рукавов. Разбираться в пышном букете принесенных им ароматов я не стала — бессмысленно сложным было отделять его собственные эмоции от чужих.

Хотелось выйти за дверь и не будить Джархана.

Не стоило рисковать и оставлять его одного.

Я шагнула в сторону, запуская иерофанта внутрь, но сразу же прикладывая палец к губам. Кинув быстрый взгляд в сторону постели, Рикардо кивнул понимающе.

— Лилит спит. Что мог я сделал. Девочка жива, её состояние я назвал бы тяжёлым. От моей дальнейшей помощи друидессы отказались.

— Есть шансы? — спросила я шёпотом, едва сумев удержать улыбку. В такой исход не верилось до последнего.

Рикардо кивнул.

— Ребёнок получал яд через Лилит, а потому он был ослабленным. Если повторного отравления не случится…

— То есть, кормить ей нельзя.

— Пока не выясним, чем её отравили — нет.

Я отметила это «выясним». Оно мне понравилось. Несмотря на все мои подозрения, понравилось.

Теперь я позволила себе улыбнуться.

Джархан заворочался, столкнувшись с очередным кошмаром. Захотелось разбудить его, но зачем, если определённости в отношении ребёнка по-прежнему не было?

— Позволишь? — тем же шёпотом спросил иерофант, жестом обозначая желание подойти к постели.

— Зачем? — спросила я в большей степени любопытно, нежели подозрительно. Рикардо, судя по его взгляду, уловил разницу.

— Проверю состояние, посмотрю могу ли помочь.

— Что с ним вообще? Если подробнее, чем «плохо».

— Телу плохо работает, когда нарушена связь с душой. Это не в полном смысле физический недуг, а потому лечится он плохо. Но с последствиями того, что Властелин лежит, не ест и почти не пьёт я могу помочь.

Я кивнула, заодно указала на графин с водой, стоящий на столе.

— Ты можешь уйти, если тебе нужно запугать кого-то ещё. Я доверяю страже у двери.

«А я тебе?» — подумалось мне.

Строго говоря, ответом было нет.

Но смерть Джархана в планы Рикардо навряд ли входила.

— Я могу быть уверена, что ты не сделаешь какую-нибудь глупость? — спросила я строго.

— Обещаю, — ответил он с усмешкой, будто не понимал, как такая мысль вообще могла прийти мне в голову. Будто я пошутила.

Мне не понравилось, и я улыбнулась прохладно.

— Тогда не стоит. Я подожду, пока у меня не появится шанса оставить тебя под более надёжной охраной.

Улыбка иерофанта увяла. Он приподнял руки, словно признавая, что ошибся.

— Прости. Мне следовало прежде обсудить всё с тобой. Я сожалею, что поторопился.

«Не об этом нужно сожалеть, а о том, что такая чушь вообще пришла тебе в голову» — возмутилась я мысленно, но тут же поняла, что сама себе вру.

Мне было бы достаточно, если бы вначале он поговорил со мной.

Я вздохнула, признавая неловко:

— Мне действительно есть чем заняться. Уверен, что будешь чувствовать себя в безопасности?

— Не так, как с тобой, конечно же, — улыбнулся он, — но достаточно.

Почему-то мне казалось, что я делаю глупость, но не рискнуть я не могла.