Страница 64 из 80
Бережно направляя слепого в темноте жреца, я устроила нас на тряпье, пахнущем затхлостью и травами. Я уложила его на спину и села сверху так, чтобы прямо за моей спиной был чердачный проём. Луна и звёзды — куцое освещение, но контуры моего силуэта оценить оно позволяло.
Восторженное лицо Рикардо подсказало мне, что я выбрала правильное положение.
— Это ересь, Сарано, — прошептал он едва слышно, — но ты прекраснее Принцесс Грации и Милости вместе взятых.
Я рассмеялась счастливо.
Я двигалась медленно, и Рикардо меня не торопил. Ни один из нас никуда не спешил.
Через некоторое время, уже после того, как мы закончили, нас зычно позвал Амодей.
— Мы здесь останемся, — крикнул ему Рикардо.
— Нет, вы спуститесь, — приказал паладин тем тоном, с которым мне лично даже в голову не приходило спорить.
Рикардо, однако, нашёл в себе силы возразить.
— Сарано будет спать всего несколько часов, а отсюда — с высоты, ей лучше видно, что происходит вокруг.
— Рикардо, хватит, — зазвучало в голосе Амодея и раздражение, и усталость.
Я видела, что жрец хочет продолжить спор. Взглядом попросив его не ругаться, я начала спускаться.
Брат трепался о чём-то с парой солдат — с теми, кого выбрал себе в сопровождение паладин. Прислушавшись, я уловила суть обсуждения: мужчины беззлобно спорили, когда идти за водой.
Вода в колодце, к сожалению, была испорченной. Набирать её приходилось у ручья в лесу, и ходили мы туда по трое. Двое несут воду — благо вёдер в мёртвом поселении хватало, а один следит за безопасностью. С первой двойкой солдат «охранником» ходил Амодей. Со второй назначили Одвала к откровенной его радости — идти налегке всяко приятнее, чем таскать воду.
Нас с Рикардо никто и не подумал включать в список дежурных, но жрец, спустившийся следом за мной, вставил неожиданно.
— Давайте с вами схожу.
Никто не стал спорить.
Мужчины ушли в лес, а я села на лавку у дома, на чердаке которого мы недавно занимались любовью.
Я догадывалась, что Рикардо пошёл умываться. Погода пока ещё была тёплой и позволяла купаться в открытых водоёмах, если делать это быстро. Я, откровенно говоря, тоже была грязной. Мне тоже хотелось пойти к ручью. Дома — в Городе Слёз, порядки были свободнее, чем у людей. Будь я среди своих, я увязалась бы за Рикардо. Никто не осудил бы купания в присутствии мужчин.
Для людей такое поведение было неприемлемым. Навряд ли запретят, но смотреть будут косо, обсуждать за спиной. Я решила не злить солдат лишний раз — не провоцировать на дурное отношение к связанному со мной жрецу.
Среди ночи сбегаю. Амодей не позволит, но Амодей будет спать. По странным человеческим порядкам меня не включили в дежурство, но вот брата — да. Брат отпустит меня прогуляться.
Почему-то я совершенно не ощущала угрозы.
Когда из леса донёсся звук, напоминающий очень далёкий человеческий крик, я вначале даже не насторожилась. Настроение было слишком хорошим, слишком расслабленно-благостным.
Кто-то зовёт кого-то или на кого-то ругается. Или кричит птица. Или замысловато скрипят ветви деревьев. Обычное дело, чего беспокоиться?
Встрепенулась я, лишь услышав суету за углом — дребезжание посуды и требование Амодея помочь ему надеть нагрудник.
Я замерла, до последнего не желая верить в дурное.
Второй вопль был громче и пронзительнее первого. Орали так, будто кого-то убивают
Я вскочила на ноги и понеслась в лес без лишних размышлений.
Крик Амодея, требующий остаться, я проигнорировала.