Страница 63 из 80
— Сил окно выломать ему бы хватило, но вот чтобы всех внутри перебить — не думаю. Места глухие и опасные, люди здесь не робкого десятка жили. Постоять за себя могли или передохли бы раньше. От одного, такого как я, отбиться должны были.
— А от нескольких?
— Если нападения не ждали, то навряд ли. Но безумцы друг друга не держатся. Впрочем, здесь и разумные могли поработать.
— Зачем вам на своих нападать? Жили бы здесь предатели, помогающие нашим — мы бы знали.
Я перевела очередной вопрос так близком к тексту, как только могла. Одвал рассмеялся и насмешливо, и горько. Пересказывая Амодею его ответ, я чувствовала себя неловко. Так, будто сама в чём-то была виновата.
— Так убивают-то не только за предательство. Иногда за подозрение, иногда за несговорчивость. А иногда и просто так прикончить могут. Находится поселение на пути вражеской армии — чего б не перебить всех, да не свалить потом на вас?
Глаза Амодея сверкнули глубоким отвращением. Ему потребовалось время, чтобы вернуть контроль над своими эмоциями. Когда слабее стали запахи черники и брусники, исходящие от него, паладин попросил меня перевести.
— Как думаешь, безопаснее будет остаться здесь или убраться подальше?
Брат недолго раздумывал перед ответом — сам, видно, уже успел задаться этим вопросом.
— Лучше здесь. Местных убили ещё зимой, по крови видно, что снег тогда лежал. Ни одна тварь так долго в засаде ждать не будет. А вот тот, кого мы идём искать, на обозы не так уж далеко отсюда нападал. Для меня в боевой форме полдня пути. Можем попасться ему под руку, если сильно не повезёт. Ночью я предпочел бы обороняться в доме.
— Хорошо, — согласился Амодей и ушёл командовать солдатам, контролировать обустройство.
Я смотрела ему в спину, пока паладин не скрылся за углом. Затем спросила у брата:
— Ты правда думаешь, что здесь наши убивали?
Одвал вздохнул, будто отвечать на вопрос ему не хотелось. Поморщился, будто что-то вспомнил. Затем скривился и бросил мне зло:
— Если эта мысль тебя удивляет, то ты, видимо, вообще не думаешь!
Затем он пошёл прочь, и мне тоже пришлось из-за домов выйти.
Про сундук я уже забыла.
Рикардо организовал солдат сложить все найденные остатки в один из домов. Перед тем как уйти отсюда, жрец хотел устроить огненное погребение.
Сейчас — спустя столько времени — я уже не видела в этом смысла. Но с Рикардо никто не спорил.
Я была рада тому, что у нас, наконец, появилась возможность остаться вдвоём. Брат с Амодеем отказались от идеи занимать несколько домов — это показалось им необоснованным риском. Но даже в той крестьянской хате, куда они согнали нас всех, можно было найти тихий уголок.
Сразу после ужина, приготовленного на уличном костре, я потащила Рикардо на чердак.
— А оно точно не рухнет? — спросил жрец с сомнением, стоя у подножья хлипкой лестницы. Я ловко забралась наверх и улыбнулась, выглядывая из чердачного окна.
— Я залезла.
— Я тяжелее тебя, — всё ещё колебался Рикардо.
— Не настолько, — отрезала я, — и не высоко здесь. Ничего не сломаешь.
По лицу Рикардо я видела, что мой план не очень-то ему нравится.
— Пожалуйста, — попросила я тихо. Пара солдат сидела в доме, на чердак которого я звала Рикардо. Ещё двое общались с Амодеем и братом на свежем воздухе прямо за углом.
Я надеялась, что говорю достаточно тихо, чтобы меня не было слышно никому из них.
Не будь я совершенно уверена в последующем недовольстве Амодея, я бы предпочла, чтобы они вообще не знали, где я сейчас нахожусь.
Тяжело вздохнув, Рикардо полез ко мне. Лестница прогнулась, заставив его замереть на полпути. Я цинично оценила расстояние до земли. Едва-едва на полтора метра поднялся!
— Лезь давай!
Жрец посмотрел на меня с лёгкой обидой, но продолжил взбираться. Когда он, наконец, добрался на верха и влез в чердачное окно, я не удержалась от комментария:
— Говорила же, что не рухнет.
Аромат обиды, витающий вокруг жреца, рассеялся, стоило ему заглянуть мне в глаза. Он потянулся вперёд и коротко чмокнул меня в губы.
Я расплылась в широкой улыбке: это был первый раз, когда Рикардо поцеловал меня первым.
— Ты заметила, что стала более многословной? — спросил он неожиданное.
Я безразлично пожала плечами.
— Не обращала внимания, но возможно. Говорить с тобой мне хочется.
Он обнял меня и поцеловал в кончик уха. Это было щекотно, но в чём-то очень мило. Я вывернулась из объятий и потащила его вглубь чердака, подальше от окошка, в которое нас было видно снаружи. Низкий полоток вынуждал пригибаться, а сор под ногами заставлял следить за каждым шагом. То тут то там с покатой крыши свисали клочья паутины.
— По-медленее, — тихо попросил Рикардо.
— Совсем забыла, что ты слепой, как новорождённый котёнок, — усмехнулась я, видящая во тьме не хуже, чем днём.
— Я ведь и посветить себе могу, — в шутку предложил жрец.
Я шагнула вперед, встала вплотную. Взяла его левую руку и положила её себе на талию. Пальцы правой переплела со своими и, привстав на носочки, сказала ему в губы:
— Не надо. Я доведу тебя и без света.
Рикардо коснулся моих губ, и я закрыла глаза, сама не понимая зачем. Не помню, чтобы я делала это, целуясь с Юлом. Он — да, закрывал их часто, а я рассматривала его веки и ресницы. Некомфортно мне было его не видеть. Неуютно.
А сейчас вполне.
Рикардо прижал меня к себе крепко, но осторожно. Я чувствовала, что он отпустит меня, если я захочу отстраниться. Это вызывало смешанные и противоречивые чувства.
Часть меня продолжала скучать по агрессии и напору, не ощущая себя достаточно желанной без привычной игры.
А другая часть таяла, словно золотистое сливочное масло на куске горячего хлеба.
— Странно здесь пахнет, — сказал Рикардо через несколько минут, когда наши губы разомкнулись.
— Травами, — подтвердила я, — здесь травы сушили.
— Хорошее место, — зарыл Рикардо пальцы в мои волосы, — хоть ты на ночь здесь оставайся.
— Если Амодей позволит…
— Мы хорошо его попросим, — с усмешкой пообещал Рикардо.
Я терпеливо ждала, когда же жрец, наконец, полезет ко мне под одежду. Его руки оставались поверх неё. Обнимали мою талию, гладили волосы, касались шеи и подбородка.
Что же, я не видела ничего дурного в том, чтобы проявить инициативу и первой потянуться к завязкам его брюк.
После того, как штаны Рикардо упали на пол, он помог мне стянуть рубаху.