Темная кровь

Глава 4

Брат посмотрел на меня устало. Преувеличенно устало. Я знала Одвала достаточно хорошо для того, чтобы разглядеть в его глазах неуверенность, страх и желание избавиться от меня под предлогом тяжёлого дня.

«Боишься, что выдам?» — подумалось мне с горечью.

— Мать убили люди Из-За-Реки. А оказалась у самой границы она из-за Сохора. Его вини.

— Он не выгонял её.

— У нее была причина уйти.

— Мне плевать на размолвки родителей! — не нашла я ничего лучше, чем повысить голос, — мать захотела уйти и ушла. И здорово! Разве плохо нам было с ней? Мне было хорошо! Это Цаагал разрушил нашу с мамой жизнь!

— Сарано, он ни в чём не виноват. Люди не рассказали ему о своих порядках, хотя были должны.

Я задохнулась от возмущения и ярости. Ударила кулаком по стене, громко зашипела от сильной боли. Брат ругнулся и перехватил моё запястье.

— Ты кисть себе сломать хочешь⁈

— Он полез к людям За-Рекой. Захотел быть как они, но только взбесил их своим нелепым фарсом. Разозлил всех, устроил новую войну. Дал надежду таким, как наша мама, а потом сам сломал всё, что они успели построить. Он жалкий, слабый, бесполезный…

Брат ударил меня по щеке. Коротко и без замаха, а потому совершенно не больно.

Но и этого было достаточно, чтобы я потеряла голову от обиды и ярости.

Тень сгустилась вокруг кулака, словно боевая перчатка. Брат сжимал моё правое запястье, а потому я замахнулась слева.

Разумеется, он успел сотворить и подставить теневой щит. Ударил меня по лицу ещё раз. Уже сильнее.

Я извернулась и укусила его ладонь, словно дикий зверёныш. Вкус крови наполнил мой рот. Выпустив мою правую руку, брат болезненно зашипел и ударил меня по голове локтем.

В глазах потемнело, и я почти осела на пол, не видя и не чувствуя ничего вокруг. Когда сознание прояснилось, брат прижимал меня животом к постели, держа мои руки за спиной.

— Ещё одна дурость и я сам тебе что-нибудь сломаю, — прозвучало злое.

Я провела языком по зубам. Целые. Надо же, даже рот не разбил.

— Отпусти.

Брат задумался на мгновение, но, судя по всему, тон у меня был достаточно уравновешенным. Он выпустил мои руки и позволил сесть на пол, прижимаясь к постели спиной.

Пахло виной и яростью. Смешиваясь на моём языке, эти запахи наводили на мысли о протухшей еде или компостной куче. Тошнило. Остро хотелось быть где угодно, лишь бы не здесь.

Брат провёл ладонью по лицу. Он казался очень, очень несчастным.

— Хочешь ты этого или нет, но я с Цаагалом. Расскажешь Сохору, и он меня прикончит.

Брат смотрел на меня испытывающе и словно бы ждал ответа.

Я молчала.

— Ты понимаешь меня?

Я поджала колени и положила на них подбородок.

Всадник без сменных лошадей от Реки до Города Слёз доберётся за неделю. Мы с сестрой и братом бродили по лесу больше месяца. Еды не было, а тварей Бездны тогда извели ещё не всех. Моя память была милосердна — я совершенно ничего не помнила о тех днях. Только знала, что без брата давно уже была бы мертва. А ему без меня было бы только легче.

Одвал поднялся на ноги.

— Цаагал лучше Сохора и иметь с ним дела приятнее. Да и близнецы, я уверен, могут тебе понравиться. Батур говорил мне как-то, что считает тебя красивой.

— А я его нет.

Брат тяжело вздохнул и протянул мне руку, предлагая помощь.

Не то чтобы мне хотелось вставать — шкуры были мягкими и тёплыми, а голова кружилась, но символизм жеста был очевиден. Я приняла его руку и поднялась на ноги.

— Ты скотина, и я нескоро это тебе прощу. Но Сохору не выдам. Доволен?

— Нет, но большего сегодня я всё равно от тебя не добьюсь.

Брат ушёл, а легла обратно на пол. Стащила с постели одеяло и завернулась в него по самую макушку.

С утра, едва я позавтракала, меня нашла Оюун.

— Ты нужна мне, — потребовала она тоном, не допускающим возражений. Я, в меру заинтересованная, пошла за ней.

Оюун отвела меня в библиотеку и указала на расстеленную по столу карту.

«Город Слёз», — поняла я с ходу, но поленилась думать дальше.

— Чего ты от меня хочешь? — спросила я.

— Мне нужно знать, где находятся все до единой «норы» в округе. Ты возьмёшь вот эту часть, — обвела она пальцем юго-восток пригорода, — город изучен хорошо, но дальше карта составлена небрежно. Теперь мне нужны детали. Справишься?

Я задумалась. Помочь Оюун было хорошим делом — она нравилась мне, да и расположение женщины Сохора не бывало лишним. Но разочаровывать её было опасно.

— Меня не учили работать с картой. Я рада буду помочь, но боюсь ошибиться и отметить «норы» неточно.

Теперь задумалась Оюун.

— Найди Уянгу, и пусть она подскажет тебе, что делать. Ты старательная. Остальные или хуже, или их уже занял Сохор.

Ну, я по крайней мере попыталась её предупредить.

Вряд ли это сняло бы с меня ответственность в случае её недовольства.

Моё настроение улучшилось после того, как я выслушала объяснения Уянгу. Я умела ориентироваться по солнцу, могла сосчитать число шагов, построить треугольник и вычислить его углы — хоть где-то пригодились книжки, что меня заставлял штудировать брат. Для начала этого должно было быть достаточно.

Перед тем как уйти, я написала записку Одвалу.

«Занимаюсь поручением Оюун — отмечаю на карте „норы“. Начну от старых ворот и пойду строго на Юг. Вернусь ближе к ночи».

Наскоро собравшись, я побежала к указанной мне зоне. Поколебалась немного, но всё же решила идти кратчайшим путём — вдоль старой каменной дороги, крепкой и широкой.

Я редко бывала в этой части города. Как правило, мне просто нечего было здесь делать. Однако, когда я всё же оказывалась поблизости, то всегда старалась сделать крюк на восток — большая часть построек там сохранилась, что позволяло не идти на виду. В детстве, ещё до возвращения брата, я опасалась теневых тварей и искажённых животных. Последние годы в пределах города их уже извели, но теперь меня доставал Джархан. Вместе со стаей своих приятелей он частенько ошивался в районе здания, которое я называла «шпилем». Оюун говорила, что в прежние дни башню с высоченной остроконечной крышей каким-то образом использовали для магических изысканий. Я не знала как, но это объяснение было похоже на правду. Иссиня-чёрный камень, изрисованный волнистыми узорами, был невероятно прочным. Две тысячи лет простоял без единой щербинки. Явно какая-то магия.

Встречи с Джарханом редко бывали приятными, но делать крюк — потратить лишний час.