Детектив на лето

Откуда камешек взялся нынче? Из какого подвала? Или не из подвала, а, например, из сундука той самой бабушки, у которой гостит пока не известная ему девочка Лена?

А как он мог там оказаться? Не только прямиком из подвала, ведь так? Он мог быть украден у убитого Рачкова. Выходит, Ленина бабка и есть убийца?

Иван понял, что его воображение слишком разгулялось, и пошел в кухню выпить холодной воды.

Он был человеком азартным и знал за собой этот недостаток. Негоже оперативному сотруднику охотиться за призраками. Он должен апеллировать к фактам, а их сейчас ни одного.

Есть только странный зеленый камень. И больше ничего.

Выпив воды, Иван вернулся за стол и нашел в записной книжке адрес того самого профессора, который просветил его насчет драгоценных камней вообще и изумрудов в частности.

Тринадцать лет — срок немалый, но вдруг повезет!

С этой светлой надеждой майор Иван Комаров уже под утро лег немного вздремнуть и проснулся через полчаса с готовым планом действий в голове.

Профессор Каталов, сообщил голос по телефону, умер семь лет назад.

— А что вы хотели?

— Камешек один проверить, — кашлянув, сообщил Иван.

— На подлинность? — уточнили на другом конце сети.

— Ну вроде.

— Так это сейчас в любом ювелирном сделать могут.

— Мне не нужно в любом. Понимаете, я из полиции.

— Понятно. В таком случае запоминайте московский адрес. Сможете подъехать?

Иван подъехал через два часа. Адрес был частный, но человек, встретивший его, показался серьезным профессионалом. Представился геммологом, показал сертификат, лишнего не выспрашивал, взял камень и склонился над ним, пристроив на лоб лупу.

— Изумруд подлинный. Колумбия, — подняв глаза, сухо сообщил он через несколько минут. — Первая половина шестнадцатого века. Хорошие включения. Сохранность неважная. Процентов сорок надо реанимировать.

— А можете сказать хотя бы приблизительно, откуда он? Ну в смысле, из перстня или иконы?

— Не ювелирка точно, — уверенно заявил специалист. — Икона — возможно. Или книга. Характер царапин говорит, что камень был вправлен в кожу. Есть следы на задней стенке. И огранка специфичная. Это вставка, да.

У Ивана в горле пересохло, но попросить воды он постеснялся.

— Будете продавать? — осведомился человек, впервые взглянув на посетителя с интересом.

— Нет, не буду. А если продать, то сколько, по-вашему, он стоит?

— Ну, учитывая состояние камня и прочее..

— Прочее — это что?

— Происхождение, отсутствие документов.

— Понял. Так сколько?

— Несколько сот тысяч или больше. Все зависит от механизма продажи. Аукционы, например, берут комиссию..

— Спасибо вам огромное! Я что-нибудь должен за экспертизу?

— Ничего. Было интересно. Камню пятьсот лет, а он все еще дышит.

— В смысле?

— Живет своей жизнью, — непонятно пояснил человек. — И, как я понял, его жизнь полна тайн.

— Пожалуй, — согласился Иван.

Установить, кто такая Ленка, приехавшая на лето к бабушке, было делом пустяковым. Иван уже сорок минут наблюдал из окна машины, как девочка возится на огороде, дергая сорняки на грядке с морковкой.

По закону разговаривать с Леной допустимо только в присутствии бабушки, но это ему никак не подходило по многим причинам. Можно было не сомневаться, что буквально через полчаса сказанное станет известно всему населению города от мала до велика, а это загубит все дело.

Пришлось париться в автомобиле в ожидании, когда девочка выйдет за калитку.

Ждать пришлось еще час. Наконец бабушка отправила внучку погулять.

Лена вышла и долго стояла, поглядывая по сторонам, словно не решаясь отойти от дома.

«Не Дениску ли моего опасается?» — глядя на ее напряженное личико, подумал Иван и решил поговорить с сыном серьезно. Упустит парня, вырастет у полицейского вместо нормального человека — хулиган. И это в лучшем случае.

Постояв, Лена все же двинулась вдоль улицы. Иван пошел за ней и на повороте окликнул:

— Девочка, постой, не ты ли потеряла?

Лена оглянулась на дяденьку, протягивающего ей карманное зеркальце.

— Нет, — ответила она и на всякий случай сделала шаг назад.

Разговаривать с незнакомыми и подходить к ним слишком близко нельзя, это она помнила хорошо.

— Не бойся. Я полицейский. Дядя Ваня Комаров. Слышала, может? Я в школу приходил с беседой. Знаю твоих друзей Диму и Володю. А ты к бабушке приехала?

— Ага.

— Из Москвы или Владимира?

— Из Москвы.

Разговаривая, Иван подошел и присел на корточки.

— Так, говоришь, зеркальце — не твоя потеря?

— Нет.

— А это?

Иван раскрыл ладонь. Зеленый камешек блеснул на солнце.

Лена открыла рот. Глаза стали круглыми.

— Вот нашел у сына. Дениска у тебя бусинку отобрал?

Лена кивнула.

— Ну так я тебе ее верну. Только при одном условии: скажи, где взяла.

Она уставилась себе под ноги.

— Понимаешь, Леночка, я ведь полицейский. Я могу вернуть бусинку только настоящему хозяину. Она точно твоя? Только честно.

Не поднимая глаз, Лена покачала головой.

— Так где ты ее нашла? Мне можешь говорить без утайки. Я тебя не выдам.

— А бабушке не скажете? — выдавила девочка.

— Конечно нет. Ты же ее не украла, а нашла, так?

— Я думала: она ненужная.

— Ну так как все случилось?

Вздохнув и стараясь не плакать, она рассказала обо всем и, закончив, добавила:

— Я клубники всего три ягоды съела.

— Ты хорошая девочка, Лена. Не переживай. Только бусинку я тебе отдать не могу. Понимаешь почему?

Лена кивнула.

— Вот и хорошо. Дяде Боре Фильчикову я тоже ничего про тебя говорить не стану, но и ты пообещай, что не скажешь бабушке. Пусть это будет наш секрет. Договорились?

— Договорились.

— А Дениску ты не бойся. Больше он тебя не тронет. Веришь?

— Верю, — светлея лицом, заверила Лена.

— Ну беги, гуляй.

Вернувшись в машину, Иван включил кондиционер и задумался. Итак, неприметный и ничем не примечательный пенсионер Фильчиков прячет на чердаке нечто похожее на книгу, вернее, переплет от нее. Кожаную обложку, другими словами. И бусинок разного цвета на ней много. Какой из этого можно сделать вывод? Фильчиков когда-то тоже побывал в царском тайнике?

Придется проверить, и, в случае если экспертиза подтвердит, что ценности именно из хранилища Ивана Грозного, изъять их в доход государства.