Страница 28 из 77
Риан пишет короткое предложение крупными буквами, чтобы Илан сумел прочитать вместе с Мирой: «Я помогу, если ты попросишь». Я произношу, не приближаясь. Мальчик удивлённо моргает: это именно те слова, что на странице. Для сравнения он сам настаивает надеть медальон снова, хотя Риан предлагает остановиться. Сестра помогает. Теперь мои слова звучат для него как обещание заставить попросить помощи, а потом сделать больно. Он не успевает записать их полностью; говорит сбивчиво, глядя на отца. Мира записывает с его разрешения и даёт ему проверить, что передала верно.
Мальчик сбрасывает цепочку на стол, едва сестра расстёгивает её во второй раз. Риан не предлагает новой проверки прикосновением. Илан сам подходит ко мне, когда видит, что Мира стоит рядом и спокойно держит мой рукав двумя пальцами. Он сперва касается ткани, затем моей ладони, прижимает к ней свои пальцы и смотрит на отца так сердито, будто хочет, чтобы тот объяснил, куда девалась боль. Я не удерживаю его: через несколько секунд он отходит к рисунку и вытягивает из-под него помятую страницу.
Риан заворачивает оба медальона отдельно, на глазах у детей. Он убирает их в дорожную шкатулку с замком и говорит Эдне принести ему ключ от письменного стола, где она будет стоять до осмотра. Селеста поднимается, чтобы помочь застегнуть Илану ворот без цепочки, но мальчик справляется сам. Потом она спрашивает, могут ли дети узнать, что нашли взрослые. Риан присаживается между ними, так что они видят и его, и меня, и отвечает без объяснения, которого у него пока нет:
— Мы знаем, что рядом с этими медальонами слова Элары звучали для вас иначе и её рука причиняла боль. Почему так случилось и кто это сделал, мы пока не знаем. Мамины вещи останутся целы. Я выясню всё, что смогу, и расскажу вам.
Мира прислоняется к плечу отца, не выпуская свой лист с двумя фразами. Илан, наоборот, смотрит на закрытую шкатулку. Он несколько раз открывает рот, пока Риан разговаривает с Эдной о лекаре, а потом спрашивает то, на что никто из нас не готов ответить:
— Папа, а мама знала, что её медальон будет делать нам больно?