Страница 16 из 77
Я не нахожу ответа, который не заставил бы её выбирать между собственными ушами и отцовскими. Листы перед нами показывают, как меняются слова; они ничего не говорят о том, почему Элара запирала детскую. Я подвигаю к Мире её карандаш, закатившийся под мой локоть. Она не берёт его. Вместо этого отыскивает мою первую запись, разглаживает угол с обещанием уйти по её просьбе и спрашивает едва слышно:
— А если… вы правда никогда такого не говорили?