Страница 4 из 71
Дима делает резкий шаг вперёд. И между нами почти не остаётся расстояния. Он слишком близко. Давит на меня своим присутствием, заставляет задохнуться от возмущения и острого ощущения опасности.
Я поднимаю на него глаза. И в этот момент я понимаю, что он зол. Не виноват, не смущён, не оправдывается. Он реально зол. Желваки ходят под скулами, ноздри раздуваются, волчий взгляд.
Вот его реакция на мой перформанс. Его просто раздражает, что я за два года впервые открыла свой рот. Его план нарушен. Переменная, которая обязана была быть тише воды, ниже травы выбилась вдруг из жёсткой концепции.
— Развода не будет, — отрезает он.
— Что?
— Ты слышала.
— Это не тебе решать, Дима! Я не буду жить с мужчиной, который вытирает об меня ноги!
— Это решать не мне и не тебе, ты права. Это решают условия договора, — хрипло произносит он.
Дмитрий наклоняется ещё ближе, и его лицо застывает в паре сантиметров от моего. Я чувствую его горячее дыхание на своей коже. И с ужасом понимаю, что всё равно реагирую на этого человека. Он только что унизил меня своим поступком, а я млею как идиотка.
Мне нужно уйти. Иначе я не прощу себя за то, что всё ещё чувствую к нему то, что не следует чувствовать. У меня есть гордость. Есть же.
— Твой отец, — медленно, по слогам произносит Дмитрий, — потеряет место в совете директоров в тот же день, когда ты подашь заявление на развод, Яна. Ты хочешь этого? Хочешь, чтобы твой папаша вылетел на улицу? Хочешь, чтобы всё, ради чего ты терпела эти два года, пошло коту под хвост?
Я сглатываю. В горле скапливается неприятный комок нервов, который мешает мне мешать. В глазах снова собирается предательская влага. Но я держусь.
— Ты угрожаешь моей семье?
— Я просто напоминаю тебе, Яна.
— Ты… мерзавец, — выдыхаю я с отчаянием. — Дима… зачем ты так со мной? Я же… я же ничего тебе не сделала. Я соблюдала все условия нашего контракта. Я идеально играла свою роль. Я не лезла в твою жизнь. Я…
— Яна. Тебе нужно успокоиться.
— Что⁈ И ты мне ещё указываешь, что мне делать⁈ — повышаю я тон, совершенно теряя остатки своего неприступного имиджа.
Но он вдруг медленно поднимает руку, и его пальцы почти касаются моего подбородка. Зависают в сантиметре от кожи, заставляя меня захлебнуться ощущениями. Я застываю, глядя на него, а он смотрит на свою руку, потом медленно убирает её и отступает на шаг от меня.
— Иди спать, — говорит он сухо. — Завтра поговорим. Не делай глупостей.
Я стою ещё пару секунд, пытаясь понять, что он собирался сделать, но потом понимаю, что сегодняшняя битва проиграна. Он не отступится, он будет тыкать меня лицом в контракт, поэтому мне нужна другая стратегия.
Я молча разворачиваюсь и иду к двери. У порога оборачиваюсь, бросая на него быстрый взгляд. Вижу, как он стоит у стола, опустив голову. Одна рука сжимает край столешницы так, что костяшки побелели. Злится. Не хочет скандалов, интриг, расследований. Чтобы его имя мелькало в прессе.
Вот и весь наш брак. Просто красивая картинка, в которую верят все кругом. И я ведь сама, добровольно, шла на это. И терпела бы и дальше, если бы не Лика. Если бы не увидела, что он сделал сегодня.
Ну ничего, я найду способ выйти из этой сделки.