Страница 9 из 48
Что-то оборвалось в груди — и я не сразу понял, надежда это или страх.
«Вернуться. Домой. В свой год. К своей жизни. Это... возможно?»
Но следом прошелестела мысль темнее: «А захочешь ли ты вернуться, когда узнаешь правду? Может, тебя отправили сюда не ради спасения. А ради наказания. Или чего похуже.»
* * *
Следующие несколько часов Лиза меня гоняла.
Хронокинез — не магия. Это работа с восприятием времени: разгон нейронных импульсов до уровня, когда внешний мир проседает в замедление.
Базовое упражнение: сосредоточиться на голубом свечении хрономаркера. Поймать пульс. Синхронизироваться. И — раздвинуть мгновение. Растянуть секунду до десяти.
Первая попытка: мир качнулся в замедление и тут же вернулся. Головокружение. Тошнота к горлу.
Изнутри это ощущалось не как кино с замедленной съёмкой. Скорее — как задержка дыхания перед выстрелом, растянутая до бесконечности: та самая точка между двумя ударами сердца, когда палец уже лёг на спуск, а мир ещё не знает об этом. Только теперь эта точка длилась столько, сколько я мог её удержать. Знакомое состояние. Я жил в нём всю сознательную жизнь — просто раньше оно измерялось долями секунды, а не выбором.
Вторая: удержал три секунды. Прогресс.
— Не дави, — бросила Лиза, следя за мной прищуренным взглядом. Два пальца отбивали ритм по колену. — Хронокинез не берут силой. Его берут спокойствием. Ты держишь его, как гранату с выдернутой чекой, а надо — как дыхание. Отпусти хватку. Не воюй со временем. Дыши с ним в такт.
Странно, но это сработало. Не как инструкция одарённого — как то, что я и так знал. Снайпер не воюет с ветром. Он с ним договаривается.
Десятая: коэффициент один к восьми. Почти цель.
— Быстро схватываешь, — с удивлением сказала Лиза. — Никите на такой контроль понадобились месяцы. Ты вылезаешь на это за часы. Это либо талант, либо неправильно. С тобой, похоже, и то и другое.
— Двойное сознание, — выдохнул я, стирая пот со лба. — Память тела Никиты подсказывает механику. Его опыт хронокинеза ложится на мою боевую подготовку. Рефлексы спецназовца плюс сила одарённого.
— Смертельная комбинация, — поправила Лиза. — Если научишься её носить.
Снаружи — шум.
Лиза замерла. Глаза вспыхнули голубым.
— Патруль. «Ножевые Раны». Трое. С востока. Детектор хрономаркеров при них. Нас засекли.
Я вскочил, перехватывая нож. Адреналин ударил в кровь. Знакомо. Бой.
— Время до контакта? — спросил я, автоматически уходя в боевой режим.
— Две минуты. Один — ранг C, двое — ранг D. Взять можем, но...
— Но если убьём — Кленовый узнает, что Никита жив, — закончил я. — И пришлёт настоящих. Ранга B и выше.
Лиза кивнула.
— Бежим. Сейчас. Есть укрытие в нейтральной зоне — старый метротоннель под рекой. Там хрономаркеры не работают: естественная временная аномалия, глухая зона. Отсидимся, подготовимся.
Я глянул в окно. Сквозь щели — три силуэта. Троица приближалась методично, беря хижину в охват.
«Профессионалы. Тактика окружения. Стандарт спецподразделения. Значит, „Ножевые Раны" — не бандиты со способностями. Военная школа.»
— Задний выход есть? — спросил я.
— Есть. В лес. Оттуда километр до реки. — Лиза уже собирала вещи. — Но нужна фора. Секунд тридцать.
Я посмотрел на свои руки. Голубое свечение пульсировало в такт сердцебиению.
«Двойное сознание. Опыт Макса плюс сила Никиты. Если растяну время достаточно надолго...»
— Дам тебе фору, — решительно сказал я. — Иди к заднему выходу. Жди сигнала. Услышишь шум — беги.
— Макс, ты не готов к... — начала Лиза.
— Я майор спецназа ГРУ с десятью годами поля, — перебил я. — И теперь умею тормозить время. Доверься.
Мы смотрели друг на друга пару мгновений. Потом Лиза кивнула и скользнула к задней стене.
Я занял позицию у окна. Сосредоточился на хрономаркере. Поймал пульс. Синхронизировался.
Дверь распахнулась.
Троица ворвалась внутрь — быстро, слаженно, оружие наготове.
И тогда я раздвинул мгновение.
МИР. ЗАМЕР.
Не замедлился — ЗАСТЫЛ. Капли повисли в воздухе. Пламя в печи остановилось, застыв рваным оранжевым лоскутом. Троица «Ножевых Ран» окаменела на полушаге.
«Коэффициент... один к ста? Больше? Для ранга B это невозможно. Но я это сделал.»
Расплата пришла сразу. Виски сдавило раскалённым обручем, в глазах поплыли тёмные хлопья, по губе поползло тёплое — кровь из носа, капля сорвалась и тоже застыла, не долетев до пола, крохотной красной бусиной в неподвижном воздухе. Но я держался.
Медленно, экономя каждую крупицу силы, подошёл к троице. Осмотрел. Командир — ранг C, псионический клинок на поясе. Двое — ранг D, стандартное снаряжение.
Идти в застывшем мире было странно и тяжело. Воздух держал, как вода на глубине, — каждый шаг приходилось продавливать. Звук исчез совсем: ни треска печи, ни ветра, ни собственного дыхания. Только глухой, ватный вакуум и стук крови в ушах, растянутый в низкий гул. Троица висела на полушаге — передний занёс ногу, ствол его оружия смотрел точно туда, где секунду назад стоял я. Опоздали. В застывшем времени я был единственным, кто ещё принадлежал живым.
Я мог убить их прямо сейчас. Вскрыть горло каждому за секунды.
Но тогда узнает Кленовый.
Вместо этого я обыскал командира. Детектор хрономаркеров — небольшой прибор с голографическим экраном. Вырубил. Дымовые гранаты — взял две. На запястье командира, под рукавом, мелькнула метка. Крохотный кленовый лист. Я задержал на нём взгляд ровно на удар сердца дольше, чем следовало.
Отступил к заднему выходу. Кивнул Лизе. Она поняла.
Сорвал чеки. Бросил гранаты в центр хижины.
И отпустил хронокинез.
Время рухнуло обратно. Взрыв. Дым. Крики за спиной.
Мы неслись через мёртвый лес, а мокрые чёрные ветви хлестали по лицу. Детектор, который я не бросил, тихо попискивал у меня в кулаке. И на его экране, сквозь трещину, разгоралась новая метка — не три слабых огонька патруля, а одна. Крупная. Она шла нам наперерез, к реке, и двигалась быстрее, чем способен бежать человек.
— Лиза, — выдохнул я на бегу. — Что за сигнатура ранга выше B выглядит как одна точка и не отстаёт?
Она обернулась на миг, и впервые за весь вечер в её глазах я увидел не расчёт, а страх.
— Охотник, — сказала она. — Беги.