Страница 29 из 34
Глава 13
Мы собираем совет, сражаемся с Тьмой и я чуть не умираю
Совет собрался в холле через час после того, как мы выбрались из катакомб. Я разложила на столе карту аномалий, свиток деда и схему круга, которую перерисовала по памяти на обороте старого счёта за муку.
Вокруг стола собрались Буся с топориком и блокнотом, Арчибальд с подносом, Мышось с гвардией, Отельные в полном составе, Лайра с карточками каталога, Морк с бутылкой томатного сока, Бургун с дымящимся чемоданом, Крош с булочкой, которая что-то возбуждённо шептала, Лира, парящая под потолком, и василиск. Ирис, скрестив руки на груди, держалась поодаль, но не уходила.
— Разлом под отелем, — сказала им, когда все затихли. — Дед закрыл его четырьмя рунами. Четвёртая умирает. Если она погаснет, то Тьма хлынет в наш мир. Мэр пытался её сломать. Пять лет долбил по ней разными инструментами, сумасшедший. У нас есть два дня, а может и меньше.
— Что нужно делать? — спросил Рэйнар.
Вроде и спросил он спокойно, но в голосе дракона я услышала готовность действовать немедленно.
— Я восстановлю руну. Это сложная восстановительная вязь, высший порядок. Для неё нужна энергия, честно, очень много энергии, но Рэйнар согласился дать мне её. Остальным держать оборону. Разлом не сдастся без боя. Когда я начну чертить, он почувствует угрозу и есть вероятность, что из него полезут Тени.
— Какие Тени? — вздрогнул Крош, да так, что его булочка испуганно зашептала.
— Безликие, голодные. Они высасывают жизнь. Магия против них работает, но недолго. Им нужна плоть, тепло, душа, то есть всё, до чего могут дотянуться. Нам нужны щиты, баррикады и оружие. Ребят, много оружия.
Повисла тишина. Все настороженно переглядывались. Я понимала их страх, но времени на долгие уговоры не было. К счастью, первым заговорил Ворчун.
— Баррикады, это ко мне, я же строитель, построю. Из досок, камней и всего, что найдётся в сарае. Буду ворчать, но построю и плевать на Теней, у меня молоток, всех замолоточу.
— Я помогу! — подхватил Бургун, его странный чемодан одобрительно дзынькнул. — У меня есть такое устройство, оно создаёт силовое поле. Правда, иногда взрывается, но это даже к лучшему. Взрыв, это всегда неожиданность для врага.
— Я обеспечу чистоту! — заявил Блестяшка, выхватывая тряпку. — Враг не пройдёт! Потому что пол будет скользким! Я натру его так, что Тени упадут и растянутся! А потом я их отполирую!
— Я испеку пирог, — сказала Кнопка. Ее глаза зажглись от предвкушения. — Боевой. Он будет орать на Теней. «ПОШЛИ ВОН! У НАС ЧИСТО!» Или что-нибудь более обидное. Я ещё не придумала текст.
— Я могу спеть погребальный гимн, — предложил Арчибальд. — Для поднятия боевого духа.
— Погребальный гимн, это для опускания духа, — заметила Лайра, подлетев к нему. — В землю.
— Всё зависит от исполнения, — не согласился с ней Арчибальд, сложив руки на груди. — У меня есть опыт.
— Не надо погребальный, — сказала мягко. — Спойте что-нибудь бодрое.
— Я знаю гимн чистоты! — закричал Блестяшка. — Он очень бодрый!
Лира, парящая под потолком, спустилась ниже:
— Я спою с Арчибальдом дуэтом. Это будет прекрасно и ветрено. Я добавлю ветра.
Морк поднял бутылку томатного сока:
— Я не боец, но я могу лечить, а еще у меня есть запас сока для восстановления сил и, для примирений, на всякий случай.
Мышось деловито поправил монокль:
— Мышиный двор предоставит разведданные и отвлекающие манёвры. Моя гвардия будет бегать под ногами Теней, это сбивает с толку, проверено на мэре.
Василиск выдвинулся вперёд, раздув капюшон:
— Я буду превращать Теней в камень. Даже если они бестелесные, я найду способ, у меня талант.
— Мы будем действовать вместе, — тихо добавил Себастьян. — Как в саду с улиткой, только теперь с Тенями.
— Хорошо, — произнесла Хранительница.
От этого «хорошо» у меня мороз по коже прошел, это прозвучало как приговор врагу.
Обвела взглядом свою команду, удовлетворенно улыбнувшись, чувствуя гордость и немного плакать захотелось, если честно, но я себя сдержала. Никаких соплей, пока не закончим дело.
— Тогда начинаем, — объявила. — Завтра на закате, а теперь идем отдыхать и набираться сил.
Я покинула зал последней, как только все разошлись.
Ирис поймала меня в коридоре.
Она стояла, прислонившись к стене, смотря на меня с презрением, сжав губы, странно на ней было дорожное платье, она явно собиралась куда-то уезжать.
— На два слова, — скомандовала она, отлипая от стены, подходя ко мне. — Без свидетелей.
Кивнула, предложив выйти на улицу.
Мы вышли на крыльцо.
Ночь была тихая и звёздная. Куст в саду молчал, думаю, он тоже чувствовал напряжение. Даже серенаду свою любимую не пел.
— Ты человек, — сказала Ирис без предисловий. Голос у неё был ровный, но я чувствовала, чего ей стоит этот разговор. — Рэйнар, дракон. Он лорд, глава клана. У него есть обязательства перед Севером, перед семьёй, перед старейшинами. Я не знаю, что между вами происходит, но это ничем не кончится. Вы из разных миров. Ты ему не пара.
Помолчала, смотря на свои удобные зеленые тапочки, раздумывая над ее словами. Отчасти она была права.
— Ирис, — сказала, взглянув ей в глаза, — Я не собираюсь уводить твоего брата. Я хозяйка отеля и не претендую на его клан, его титул и, уж тем более, на его обязательства. Если между нами что-то есть, это наше дело, но я не собираюсь мешать ему выполнять то, что он должен. И тебе не советую мешать мне.
— Я не мешаю. — расстерянно моргнула она, явно не ожидая такого отвела. Она думала я буду ей что-то доказывать и оправдываться? Как бы не так. — Я предупреждаю.
— Предупреждение принято, — кивнула, сложив руки на груди. Однако, на улице прохладно.
Она открыла рот, чтобы ответить, но в этот момент дверь распахнулась, и на крыльцо вылетел Ворчун с ведром краски в одной руке и кистью в другой. Он замер, увидев нас, его лицо приобрело оттенок перезрелой свёклы, а в глазах прорезалась паника.
Подслушивал?
— Простите! — рявкнул он нервно. — Я думал, это кладовка! Мне нужна краска! Для баррикад! А тут вы! Я ничего не видел! Я вообще слепой! Почти! С рождения! Точнее, с момента создания, но это не важно! Я ухожу!
Он попятился, споткнулся о собственную кисть и скрылся за дверью, продолжая ворчать что-то про «всё не как у людей».
Мы с Ирис посмотрели друг на друга. Пауза. А потом, неожиданно для самих себя, мы рассмеялись.
Ворчун точно подслушивал. Он точно не мог перепутать входную дверь с кладовкой.