Страница 34 из 34
Арчибальд, всё ещё с призрачными слезами на глазах, произнёс финальное благословение и зал взорвался аплодисментами, криками «Горько!» и звоном бокалов.
Вечером, когда гости разошлись, а драконы улетели в ночное небо, мы с Рэйнаром вышли на крыльцо. Звёзды висели низко, почти касаясь крыши, куст в саду пел колыбельную статуе, из подвала доносился тихий стук хвоста, василиск, кажется, тоже праздновал.
— Ты счастлива? — спросил Рэйнар.
— Да, — ответила с улыбкой. — А ты?
— Странный вопрос. Я женат на женщине, у которой в подвале живёт василиск, а на кухне пекутся орущие пироги. Конечно, я счастлив.
Пихнула его локтём, но он поймал мою руку и притянул меня к себе.
* * *
Три года спустя отель «Последний шанс» всё ещё стоял на улице Последней Надежды, вывеска всё ещё обещала, что здесь рады всем, даже тем, кто в этом сомневается. За три года многое изменилось. Северный филиал открылся и даже пережил первую зиму без единого обрушения.
Мы с Рэйнаром делили жизнь между двумя отелями, драконы привыкли к тому, что их лорд женат на некромантке, а некромантка, в свою очередь, привыкла к тому, что на семейных ужинах иногда подают зачарованное мясо, которое само себя подогревает.
Но самое большое изменение заняло девять месяцев и завершилось счастьем, на свет появились близнецы. Мальчик и девочка. Мальчика назвали Эразмусом, в честь деда, который, как мы подозревали, каким-то образом умудрялся наблюдать за всем происходящим и наверняка комментировал это с той стороны бытия. Девочку назвали Норой, в честь северных ветров, которые Рэйнар так любил.
Эразмус, сокращённо Эр, уже в два года начал чихать дымом.
Первый раз это случилось за завтраком, когда ему не понравилась каша, он нахмурился, набрал воздуха и выдохнул струйку дыма, которая аккуратно подпалила край скатерти. Кнопка тогда ахнула, а Ворчун мрачно заметил — «Ну всё, теперь у нас два дракона, которые не умеют обращаться с бытовыми приборами».
Рэйнар, впрочем, был в восторге. Он заявил, что это драконья искра, и начал учить Эра обращаться с пламенем. К трём годам Эр уже умел пускать кольца дыма и пугал гостей, которые по ошибке думали, что в отеле пожар. Арчибальд в таких случаях выплывал с подносом и сообщал — «Не извольте беспокоиться, это всего лишь наследник. Желаете призрачного чаю для успокоения?»
Нора пошла в меня. Она рисовала руны, как только научилась держать карандаш. Её первая руна была начерчена на стене в коридоре. Правда кривая, с ошибкой в завитке, но работающая. Игрушки в радиусе трёх футов ожили и устроили марш. Марширующий плюшевый медведь прошагал через весь холл, чеканя шаг, и врезался в ведро с водой, которое нёс Ворчун. Ворчун споткнулся, выругался, а потом долго смотрел на медведя, который продолжал маршировать на месте.
Буся взяла на себя обучение разведке. Она заявила, что дети идеальные агенты, маленькие, незаметные и умеют задавать вопросы в самый неудобный момент.
Она учила их прятаться, читать следы и допрашивать кусты. Эр прятался в камине и вылезал оттуда перемазанный сажей, а Нора предпочитала засаду в беседке, откуда наблюдала за гостями и делала пометки в крошечном блокноте. Буся говорила, что у них талант, и что через пару лет она начнёт выдавать им лицензии.
По вечерам, когда дети засыпали, отель возвращался к своей привычной жизни. Василиск выползал из подвала и рассказывал сказки, Плющ предпочитал эпические саги о битвах и героях, Себастьян вставлял лирические отступления о красоте заката.
Мышось дописывал мемуары. Четвёртый том обещал быть самым скандальным, там были главы про битву у разлома, про суд над мэром и про свадьбу.
Арчибальд и Лира наконец разобрались в своих отношениях. Она перестала писать письма на пыли и начала писать на бумаге. Арчибальд складывал их в особую призрачную шкатулку и перечитывал по вечерам. Блестяшка всё ещё полировал всё, что блестит, включая чешую Плюща, который ворчал, но терпел.
Вечером, желая глотнуть свежий воздух, вышли с Рейнаром на крыльцо.
Подняла голову, смотря на звёзды. Дед однажды сказал — «Не бойся мёртвых, бойся скучных». Я не боялась ни тех, ни других. У меня был отель, полный безумцев, дракон, который так и не научился включать кран без подсказки, двое детей с дымом и рунами, и целая жизнь впереди.
Скучно не было ни минуты.
КОНЕЦ