Страница 41 из 97
— Алина? — голос её дрогнул. — Дочка?
— Здравствуй, мама, — тихо сказала Алина.
Клавдия Игнатьевна шагнула к ней, остановилась, не зная, что делать. Потом всё же обняла — порывисто, всхлипывая. Она была совсем была не похожа на ту женщину, которая три года назад приехала разбираться с непокорной дочерью.
— Я так скучала, — прошептала она. — Ты за четыре года учебы так и не навестила дом. Мы думали, ты забыла нас.
— Не забыла, — Алина погладила её по спине. — Просто… было сложно.
Она отстранилась, взяла Влада за руку.
— Мама, это мой муж. Влад, граф Андрольев.
Клавдия Игнатьевна подняла глаза на Влада, потом перевела взгляд на Алину.
— Даже на свадьбу не пригласила. — печально сказала она.
— Мы приехали показаться родне и… помириться, если получится.
Мать заплакала снова, но теперь — вроде бы от облегчения.
* * *
Они прошли в гостиную.
Там уже сидел Олег — юноша лет пятнадцати, с живыми глазами и взъерошенными волосами. При виде Алины он вскочил.
— Алина! Ты приехала!
— Приехала, — она улыбнулась, обняла брата. — Ты вырос. Я тебя не узнала.
— А я тебя узнал, — он улыбнулся в ответ. — Ты почти не изменилась.
Алина представила Влада. Олег смотрел на губернатора с таким благоговением, будто перед ним стоял сам император. Однако парень быстро освоился и начал задавать вопросы — о службе, о Дальграде, о магии. Влад отвечал спокойно, без снисхождения, и это, кажется, ещё больше подкупило юношу.
— Ты, говорят, целитель? — спросил Влад.
— Да, — Олег засветился, будто внутри него зажгли лампу. — Способности не очень сильные, но для учёбы хватит. Дядюшка Павел говорит, что это дорого, но я отработаю, я обещаю…
— Отработаешь? — Павел Игнатьевич, вошедший следом, хмыкнул. — Чем? Ты даже не представляешь, сколько стоит обучение в Академии.
— Дядюшка, — Алина повернулась к нему, и напомнила — мы поговорим об этом позже. Наедине.
— О чём тут говорить? — он развёл руками, и в этом жесте была вся его беспомощность. — Денег нет. Всё в дело вложено. И кредиты… кто мне даст?
Алина подошла ближе, понизив голос, чтобы мать и Олег не слышали.
— Дядюшка, я знаю, что Бурундук требует от тебя помочь Олегу. Хранитель рода не одобряет, когда его волю игнорируют. Ты же чувствуешь?
Павел Игнатьевич побледнел.
— Откуда ты… — начал он, но запнулся.
Алина вздохнула.
— Я иногда общаюсь с Хранителем. И знаю, что он не любит, когда на его просьбы не реагируют. Помоги Олегу, дядюшка. А я помогу тебе, чем смогу.
Она говорила уверенно, хотя на самом деле не общалась с Бурундуком уже давно. Но она точно знала: хранитель переживает за Олега. Ему ведь каждый целитель в роду важен. А после её замужества у Бурундуковых опять не осталось своих магов-целителей.
Алина понимала, почему дядюшка жалеет денег. Если бы Олег был его сыном, а не племянником, он нашёл бы нужную сумму. Может поговорить с настоятелем Марцеллом о кредите? Но это потом. Надо подумать.
Павел Игнатьевич тяжело вздохнул, опустился в кресло.
— Ладно, — сказал он устало. — Поговорим. Но не сегодня. Вам сегодня отдохнуть надо. Да поздороваться со всеми домочадцами. Я вот слышу голос Клавдии Ивановны.
И действительно в гостиную вошла тетушка в окружении кузин и кузенов. Снова приветствия, шум и даже новые знакомства. Одна из кузин, Софья, вышла замуж, и они с мужем как раз приехали в гости.
* * *
На следующее утро Алина попросила дядюшку разрешения посетить дом призрения и княгиню Крыжникову.
— Конечно, конечно, — закивал он. — Княгиня будет рада. Она всегда о тебе спрашивает.
Алина взяла Влада за руку.
— Ты поедешь со мной?
— Если ты не против, — с улыбкой ответил он.
Они сели в экипаж и покатили в Ольберг.
Дом призрения имени святой Немии, который в народе называли «домом тихих теней», находился в центре города, недалеко от собора. Алина попросила кучера остановиться у ворот.
— Подожди меня здесь, — сказала она Владу. — Я скоро.
— Как скажешь, — кивнул он. — Я прогуляюсь по городу.
Алина толкнула калитку и вошла во двор.
Место, как всегда, дышало глухой, почти осязаемой тишиной, нарушаемой лишь шорохом платьев сестёр да приглушёнными шагами в коридорах. Алина прошла прямо в административный корпус, где её встретила сестра-экономка, она как всегда была одета в платье цвета хаки.
— Бурундукова? — спросила она, поднимая глаза от бумаг. — Не ждали вас в этом сезоне.
— Я ненадолго, сестра, — тихо ответила Алина. — Вы правы. В этот свой приезд поработать, увы, не смогу.
Сестра-экономка кивнула, её взгляд оставался оценивающим, но без неодобрения.
— Работа ждёт тех, кто её ищет. Вы своё уже сделали в прошлые сезоны. — Она сделала небольшую паузу. — Пациенткам ваше появление может быть… нежелательно. Лучше ограничиться обходом персонала.
Алина согласилась. Она и не собиралась заходить в палаты. Зная, как вид здорового молодого мага, даже бывшего сотрудника, может растревожить тех, кто потерял свой дар, Алина лишь заглянула в кабинет Агнессы, и там, кроме хозяйки кабинета обнаружилась Марта. Они немного поговорили, обменялись последними новостями. Алина похвасталась, что стала замужней дамой. Женщины ее поздравили.
— А княгиня? — спросила Алина. — Она в доме призрения?
— Нет, — ответила Марта. — Княгиня сейчас у себя дома. Но ты ее обязательно навести. Она будет рада. Она всегда тобой интересуется.
Алина поблагодарила и вышла.
Влад ждал её у ворот, прогуливаясь по тенистой аллее.
— Всё хорошо? — спросил он.
— Да. Теперь нужно заехать к одной пожилой даме, — Алина взяла его под руку. — Княгине Крыжниковой. Она помогает дому призрения. И мне когда-то помогала.
— Она больна?
— Она стара и немощна, — осторожно сказала Алина. — Когда-то она была великой магессой, но после трагедии потеряла дар. Теперь живёт в своём доме, занимается благотворительностью.
— И ты хочешь её навестить?
— Да. Она добра ко мне. И я должна её поблагодарить.
Влад кивнул.
— Тогда поехали.
Дом княгини Дарьи Ивановны Крыжниковой находился в тихом аристократическом квартале. Это был не дворец, а скорее усадьба, добротная, но без излишней помпезности. Чувствовалось, что здесь живёт человек, которому роскошь не нужна. Тишина, порядок, лёгкий запах сушёных трав — вот что встречало гостей.
Их встретил пожилой слуга, узнал Алину и без лишних слов провёл внутрь.