Страница 32 из 97
— Скорее всего, в Заболоцке ходят пьяные россказни, но верить им вряд ли стоит, — пришел к такому выводу Михаил.
Алина спросила про Еловку.
— Еловка странное село, — Михаил покачал головой. — Не похожее на лесную деревню. Я поспрашивал про управляющего, все говорят, что, уехал, а когда вернётся, никто не знает. Сын с ним.
— Оксану и Галину нашли? — спросила Алина.
— Нашёл, — Михаил помрачнел. — Девки перепуганные. Сказали, что ничего не знают, ничего не видели. Оксана, дочка того самого Степана Долгого, выглядела подавленной. Я пытался с ней говорить, но она только твердила: «Не знаю, ничего не знаю, не приставайте». Испугана, расстроена, а почему не говорит.
— А эрены? — Алина напряглась.
Михаил развёл руками.
— Ни одного эрена я в Еловке не видел. Спрашивал у людей, все в один голос: «Духи леса, они в лесу, мы с ними не общаемся». Никто не подтвердил, что эрены ходят по улицам, командуют людьми, открывают порталы. Всё, что вы рассказывали, барышня, для них сказки. Причем про эренов говорят спокойно, никто на память не жалуется.
Алина почувствовала, как внутри опускается что-то тёмное, тяжёлое.
— Значит, никаких доказательств?
— Пока нет, — ответил Влад. — Но это не значит, что их нет. Михаил не смог найти Фильку. Это уже странно. Человек, у которого дом, дела, связи, вдруг бросает всё и уезжает в неизвестном направлении. Это похоже на бегство.
— Или на то, что его убрали, — тихо сказала Алина. — Эрены могли не простить ему похищения.
— Возможно, — Влад кивнул. — Но это только догадки.
Михаил помолчал, потом достал из сумки потрёпанную папку.
— Это ещё не всё, барышня. Граф просил меня собрать информацию по другим вопросам. Я поговорил с Петровичем. Вы его не знаете, он у нас по хозяйственной части. Так вот, Петрович составил сводку.
Он положил папку на стол. Влад открыл её, пробежал глазами, потом передал Алине.
— Читайте, — сказал он. — Это интересно.
Алина взяла листы. Почерк был убористым, но разборчивым.
Сводка по состоянию дел в Дальградской губернии (составитель А. П. Петрович)
1. Продовольственная ситуация. Губерния находится в зоне рискованного земледелия. Из-за погодных условий периодически случаются неурожаи. Два года назад, при предыдущем губернаторе, был голодный год. Из центра были выделены деньги на закупку продовольствия. Часть средств была присвоена бывшим губернатором (за что он и был снят с должности), однако на оставшуюся сумму удалось закупить столько продовольствия, что голода удалось избежать. Основную долю закупок составили корнеплоды (репа, брюква, свёкла).
2. Аномалия. Корнеплоды не могут храниться несколько лет, в отличие от зерна. Однако их можно вырастить в тепличных условиях за 2–3 месяца. Возникает вопрос: откуда два года назад, в разгар зимы, на рынке появилось достаточное количество недорогих корнеплодов, чтобы накормить губернию? Официальные поставки из других губерний не могли покрыть объём. Неофициальные — неизвестны.
3. Алхимия. В Заболоцке отсутствуют лаборатории, способные производить алхимию того качества, которое поступает на местные рынки. Многие ингредиенты для алхимических изделий добываются в Изнанке. Слухи связывают эту продукцию с контрабандой из Гольменска — Альдонского города, расположенного по ту сторону болот. Граница с альдонским княжеством проходит через болота, где нет сторожевых постов, однако сами болота служат естественной преградой. Пройти могут лишь те, кто хорошо знает тропы. Переноска грузов по таким тропам весьма затруднительна. Цена контрабандой алхимии в Дальграде должна быть выше, чем в Гольменске, а на деле она продаётся дешевле. Это противоречит логике контрабанды.
4. Вывод. При допущении существования в Изнанке (или в обычном мире под куполами эренов) специализированных теплиц для культивации корнеплодов и алхимических компонентов, а также для производства алхимических субстанций, все наблюдаемые аномалии получают рациональное объяснение. В последнее годы в периоды дефицита продовольствия, эрены (или связанные с ними люди) осуществляли поставки продовольствия по доступным ценам. В настоящее время они выступают в роли поставщиков высокоуровневых алхимических препаратов.
Алина дочитала, подняла глаза на Влада.
— Это вы составили?
— Петрович, — ответил Влад. — Но по моей просьбе. Он не знает про эренов, он просто проанализировал факты. И факты говорят, что ваша версия имеет право на существование.
— Более того, — добавил Михаил, — Еловка, которую я видел, село не бедное. Слишком богатое и большое для глухого леса. Ни сбором дикоросов, ни охотой такой достаток не обеспечишь. Значит, у людей есть другой доход. Тот, о котором они молчат.
— Алхимия и продукция теплиц, — тихо сказала Алина. — Женщины в Заболоцке мне говорили, что эрены часто рассчитываются тем, что выращено в теплицах.
Влад откинулся на спинку стула.
— Я пока не готов официально признать, что эрены существуют и что они командуют людьми. Но я готов признать, что ваша версия не бред, а вполне логичное объяснение странных явлений в губернии.
— И что вы будете делать? — спросила Алина.
— Искать Фильку, — ответил Влад. — Живого или мёртвого. Если он сбежал, то значит, ему есть что скрывать. А через него, возможно, выйдем на эренов. Тихо, без шума, но настойчиво.
— А пока, — он взял её руку, — я попрошу вас не рисковать. Не пытайтесь вернуться в ту теплицу. Не ищите встречи с эренами. Работайте в больнице, обедайте со мной, живите обычной жизнью.
— Обычной жизнью? — Алина усмехнулась. — Это после того, что я видела?
— После того, что вы видели, — твёрдо сказал Влад, — обычная жизнь — лучший способ остаться в живых.
Алина посмотрела на его руку, лежащую поверх её. Тёплую, надёжную.
— Хорошо, — сказала она. — Тем более мне уже скоро уезжать, практика заканчивается. И от эренов я буду далеко.
Они доели обед в молчании. Алина думала о сводке Петровича, о Еловке, об Оксане, о своем возвращении в столицу. О том, что эрены, возможно, вовсе не враги. Они просто живут своей жизнью, а люди сами впутали их в свои дела.
Вечером, вернувшись в общежитие, она долго сидела у окна, глядя на тёмные крыши Дальграда.
— Теплицы, корнеплоды, алхимия, благословление молодых супружеских пар, — перечислила она шёпотом. — Зачем вам всё это? Может, вы просто… помогаете? По-своему, странно, но помогаете? Или у вас есть свои непонятные нам цели?