Тёмная советница

— Сейчас бы сигару, двойной виски и приятную иллюзию, что у нас впереди беззаботный вечерок, – вздохнул он. – А вместо этого я буду нудно рассказывать, как Хлоя Кинни незаметно вербовала генетиков для выполнения разных задач. И главной из них была попытка определить, какие из её генов были изменены Источником. Видите ли, моей дорогой невесте пришла идея вшить свои цепочки всем желающим.

Дир не шевельнулся, но его пальцы, лежащие на подлокотнике, напряглись.

Хлоя с безразличным видом пожала плечами.

— Всего лишь небольшой эксперимент. Не всё же Светлым держать монополию. – Она насмешливо улыбнулась Диру. – К тому же вы устарели. Двадцать с лишним лет после твоего рождения – и вы до сих пор не штампуете новых Светлых? Позор.

— Твои исследования незаконны.

— Мои исследования, – отрезала Хлоя, – привели меня туда, где я стою сейчас. И благодаря им вы ничего со мной не сделаете.

Она коснулась линка, и над камином вырос огромный виртуальный экран.

— Хотите увидеть почему?

— Как, ты даже не предложила им выпить? – раздался от входа голос, хорошо знакомый Таиссе. – А они не потребовали? Я был о вас лучшего мнения, ребята.

Наёмник Харон стоял, опершись на тележку с напитками. И ухмылялся.

Таисса мгновенно оказалась на ногах. По залу пронёсся вихрь, и Вернон оказался напротив Харона.

— Здравствуй, дорогой друг, – нехорошо улыбаясь, сказал он. – Давно не виделись.

— Вернон, сядь, пожалуйста, – не повышая голоса, попросила Хлоя. – Он не собирается никуда бежать. Ни ему, ни мне это больше не нужно.

Вернон, словно бы невзначай положивший Харону руку на плечо, обернулся к ней.

— Интересно, – проронил он. – Это потому что вы готовы отдать нам украденное взамен на частичную амнистию? Или..

— Никакой частичной амнистии, – прохладно улыбнулась ему Хлоя. – Или.

И включила экран.

— Нам пришлось начать раньше из-за вас. Кто же знал, что у тебя так хорошо работает разведка? – Хлоя кивнула на экран. – Но мы успели.

Таисса перевела взгляд на интерьер студии, возникшей на экране.

Судя по заднему плану, съёмка велась в Цюрихе. Напротив ведущей в глубоком кресле расположился известный финансист Пол Фоссе. Таисса тут же вспомнила корпорацию «Фоссе и Кляйн», на короткое время ставшую частью Альянса. Как-то незаметно сложилось так, что те, что рождались в настоящей элите, оставались в ней.

В человеческой элите. Которая меркла перед возможностями того же Совета. Ведь даже Альянс в итоге был побеждён. Хотя, не встань во главе Альянса Берн Тьелль, как знать, что могло случиться?

— Пол, наши зрители забросали нас вопросами, – с улыбкой сказала ведущая. – Всё чаще можно слышать, что инвестиции в защитные активы и ценные бумаги себя не оправдывают и вкладывать нужно в себя. Мнения в нашей аудитории разделились примерно пополам. Что скажете вы?

— Что это, Хлоя? – подал голос Дир.

Хлоя лишь улыбнулась.

— Слушайте.

— Раньше я придерживался мнения, что стоит сочетать эти инвестиции в здоровой пропорции, – блеснул улыбкой Пол. – Так, кажется, принято отвечать? Но в этот раз я, пожалуй, вас удивлю.

В следующий момент глаза ведущей округлились. Не меняя позы, Пол Фоссе поднялся в воздух и завис в двух метрах над креслом.

Камера дёрнулась вслед за ним. А потом по экрану скользнула смазанная тень, и Пол внезапно оказался посреди зала.

— Как видите, – раздался торжествующий голос Пола, – я выбрал инвестировать в себя. И советую всем, кто может себе это позволить, сделать то же самое.

Таисса смотрела на экран, не веря своим глазам. Только что один из самых богатых и влиятельных мужчин в мире взлетел, будучи человеком. Он был рождён без ауры, это Таисса знала совершенно точно. Но сейчас.. сейчас он обладал способностями.

— Что за чёрт? – очень спокойно поинтересовался Вернон.

Дир один за другим раскрывал экраны на линке.

— Это уже по всей сети, – проговорил он ровно. – Спрятать эту новость не удастся.

Хлоя тихо засмеялась.

— Ещё бы. А представьте, что будет, если вы попробуете арестовать меня и спрятатьэтуновость? Те, кто не успел получить способности из моих рук, будут очень, очень недовольны.

— Из наших рук, – поправил Харон. Он похлопал Вернона по плечу. – Я же говорил, будет интересно. Ну что, удалитесь для консультаций? Когда ждать вас обратно?

Наёмник с весёлым вызовом смотрел на Вернона.

— Я, конечно, пожалею об этом вопросе, но зачем вы это сделали? – осторожно спросила Таисса. – Зачем дали Полю Фоссе способности? И почему именно ему?

Хлоя торжествующе улыбнулась.

— Потому что могли. Почему ещё?

— Вы хотите продолжать это, – утвердительно сказала Таисса. – Давать способности тем, кто может за это заплатить. Тем, у кого есть власть и влияние. Кто представляет из себя..

Её взгляд упал на Дира.

— Угрозу для Светлых. Для монополии Совета.

— Для этого нужно, чтобы все, кому мы вшиваем способности, становились Светлыми, – возразила Хлоя. Она картинно потёрла лоб. – Ох, постойте! Кажется, так и есть. Небольшое ограничение, которое мы не можем обойти. Удобно, правда?

В горле у Таиссы пересохло.

— И эти Светлые такие же сильные, как Лара или Дир?

Хлоя покачала головой.

— Они слабее большинства Светлых. Яркими аурами они не выделяются, да и характер, кстати, меняется не особенно. Но какое это имеет значение? Им никогда не понадобится «Амиго», они не боятся внушений и покушений, регенерация превышает все мыслимые мечты, а уж умение летать.. – Короткий смешок. – Как сказал Пол, лучшая инвестиция – это инвестиция в себя.

Хлоя улыбнулась Вернону.

— Ты гордишься мной, милый?

Вернон выпустил плечо Харона. Он задумчиво глядел на Хлою и, казалось, вовсе не торопился ей отвечать.

— Но ты же работала с Викторией! – выпалила Таисса. – Зачем тебе новые Светлые, если вы хотели исключительно победы Тёмных? Пусть варварскими методами, но Виктория направляла свои излучатели против..

— Против всех, кто ей не нравился, – жёстко перебила Хлоя. Она холодно улыбалась. – Виктория проиграла, потому что хотела надеть на мир ошейник. Голым насилием власть не удержать. А вот если найти визионеров из числа людей, рождённых в элите, и дать им ауру, способности и возможность противостоять Совету..

Хлоя улыбнулась Диру. Не вызывающе. С сочувствием.

— Харон прав. Это действительно будет интересно, не так ли?

Таисса стояла на ступенях особняка. Ветер развевал её волосы, и над идеальной подъездной дорожкой гуляла пыль.