Страница 25 из 64
Наблюдая за тем, как Арсюха носился с Бьёрном по площадке, я не уловила движение сбоку. Подошла кинолог и глубоко вздохнула.
— Вы знаете, собака в семье, где есть маленький ребёнок — точно такой же ребёнок. Поэтому их воспитывать надо вместе: что-то объяснять, что-то дополнять. Они сейчас просто лучшие друзья. Но я надеюсь на то, что мы всё-таки доведём воспитание Бёрна до того состояния, что Арсений будет не его другом, а его хозяином.
Я тяжело вздохнула.
— Я вас поняла.
— Поэтому, думаю, мы можем даже с Арсением пробовать какие-то команды для того, чтобы Бёрн уже сейчас считывал его хозяином.
Я поспешно кивнула.
Вернувшись с прогулки, мы ещё долго сидели в зале. Я перебирала методические материалы и списки клиентов: что кому я должна была дать на следующем занятии. Лена немного отстранённо наблюдала за тем, как Арсений собирает пирамидку, а потом встала и заварила чай.
— Она позвонит. — Произнесла тихо старшая и погладила меня по плечу.
Я вскинула взгляд и нахмурилась.
— Мила позвонит. — Повторила Лена и пожала плечами. — У неё просто терпения не хватит. Она позвонит и возможно, что-то скажет очень соответствующее случаю. Либо захочет показать, как ей хорошо с папой живётся.
Я прикусила губы.
Лена оказалась права.
Утром, после завтрака, у меня завибрировал мобильный — номер дочери.
— Здравствуйте.
— Привет. — Равнодушный голос. — Слушай, мам, я понимаю… — Мила глубоко вздохнула, как будто бы для неё было большим достижением просто набрать меня. — И я хочу тебе сказать, что не имела права так поступать. Я должна была тебя предупредить, либо предупредить отца. Я поступила не очень хорошо. Я не подумала о том, что ты будешь переживать, и что ты меня потеряешь. Мне надо было быть более собранной и взрослой.
Я глубоко вздохнула.
— Да, ты права.
На секунду в трубке повисла тишина.
— И вообще… я, мам, очень сильно была не права. Я не имела права себя вести так с тобой, потому что ты мне жизнь дала и ты столько всего вытерпела, пока я училась ходить, пока я взрослела. И вообще, мам…
Что-то ёкнуло. Мне показалось, что Мила говорит настолько от чистого сердца, что я сама с трудом сдержалась, чтобы не закричать: «я тебя люблю. Люблю, родная. Пожалуйста, вернись, вернись!» Я понимала, что не могу так закричать. Про любовь могу. Про то, чтобы вернулась — не надо.
— И в общем… я прошу прощения. — Тихо выдохнула я.
И шорох в трубке раздался.
А потом голос дочери, как будто бы в сторону:
— Ну что, я всё ведь правильно сказала, пап?
26.
Я услышала, как в трубке раздался рык, а потом короткие гудки.
Да, Лена была права — Мила перезвонила. Да только, видимо, всё, что она говорила, было изначально прописано Бариновым. Я так понимала, что у него какой-то свой интерес был сейчас к этому вопросу, но не собиралась в это никак вникать.
Однако это было больно. Это было остро, было раняще.
Мила сделала это нарочно, показать, что: «я, конечно, поступлю, как велел папа, но ты там особо не обольщайся — я на самом деле этого ничего не чувствую».
Я посмотрела на то, как Лена собиралась на работу и покачала головой. Не стала ничего объяснять, не стала ничего рассказывать. Не хватало только её с ума свести ещё своим нытьём.
Сегодня у нас был день развиваек, и поэтому работать я начинала только после двух часов дня. Но пока я ждала Арсюху с занятий, меня набрал Влад.
Тяжёлое дыхание в трубке и недовольный голос, как будто бы ему было мерзко, что сейчас необходимо будет объясняться.
— Ты должна понимать, Мила находится сейчас не в самом своём лучшем состоянии.
— Ты мне для чего позвонил? — Тихо спросила я.
— Объяснить, что никто в этой ситуации не виноват.
— Виноват ты. Не надо было мне изменять. Я бы от тебя не ушла. — Спокойно и уравновешенно заключила я, назначив его главным виновником всей этой истории.
И Влад впервые с момента развода ошарашил меня.
— Я виноват. Я что, рассказываю хожу по углам, что святой благодетель, а ты стерва прожжённая? Кать, я виноват и этого даже не отрицаю. Но и то, как себя ведёт Мила, сейчас следствие опять-таки моей вины. И я звоню извиниться перед тобой как раз-таки за то, что всё началось с меня. Она слишком сильно разочарована. Она не готова была к тому, что мы разойдёмся. Она до последнего верила, что я приеду. Она до последнего думала, что я изменю эту историю.
— Так чего ты не приехал? — Резонно уточнила я. — Ты мог приехать. Ладно, плевать, не возвращать меня. Ты бы мог приехать к своим детям. В общем, Влад, я понимаю, что ты сейчас себе там бонусные баллы пытаешься заработать: дочку себе забрал, щенка подарил, с которым я опять-таки не знаю, что делать, потому что это взрослая в дальнейшем здоровая собака. Может, дом мне тогда купишь? Такой собаке нужен дом, не квартира.
— Кать, — тяжело выдохнул Влад.
— И да, твоя Элеонора слишком много болтает, рассказывая, что у нас с ней, помимо тебя, общее есть ещё что-то. Не представляю, что. Может быть, ты паразитами нас наградил? Да я вроде проверялась, лечилась. — Хохотнув, я бросила трубку и переключила своё внимание на то, чтобы разобраться с историей родителей.
Мне не нравилось, как это пахло. Чуйка, может быть, пресловутая женская интуиция кричала о том, что всё здесь неправильно.
Арсюха освободился со своих занятий и мы поехали домой.
Щенок напрудил в коридоре и я закатила глаза.
— Мам, может, ему памперсы возьмём? — Глубокомысленно заключил Арсюха, найдя тут же решение проблемы.
Я хохотнула.
— Он просто ещё маленький. Он не умеет терпеть до улицы.
Бедный щенок сидел и смотрел на нас грустными глазами. Я быстро прибралась. Накормив Арсения, побежала подключаться к занятиям. Я никогда бы не могла подумать, что смогу монетизировать то, что мне вбивалось в голову очень долгое время на протяжении всего детства. Как мне говорили мои знакомые, что у меня есть, наверное, какой-то определённый талант к языкам, поэтому так достаточно просто мне всё давалось. Видимо, талант был ещё и к преподаванию. За счёт этого было намного легче найти контакт со своими учениками. Я была рада, что у меня хотя бы такая была возможность обеспечить себя и своих детей. Я как-то не особо заостряла внимание на тех финансах, которые достались после развода с Бариновым. Я всё-таки проводила чёткую грань: это его деньги, свои я заработаю сама.
Занятия закончились в районе семи вечера. Лена приехала усталая и с дёргающимся глазом.