Страница 60 из 116
Глава 27
София
Ресторан назывался «Оливия» — итальянский, уютный, с приглушённым светом и свечами на столах. Не помпезный, как я ожидала от Ярослава, а почти домашний.
— Бэлла выбирала, — шепнул мне Алекс, угадав мои мысли. — Ярослав хотел «Метрополь».
— Конечно, хотел.
— Она сказала, что, если он закажет столик там, она придёт в спортивных штанах.
Я рассмеялась. Это было так похоже на Бэллу — мягкую, но с железным стержнем внутри. Она знала, чего хочет, и умела этого добиваться без криков и скандалов.
Мы сидели за круглым столом у окна. Я — рядом с Алексом, наши колени соприкасались под скатертью. Бэлла — напротив, её рука лежала на руке Ярослава с такой естественностью, будто они были вместе годы, а не месяцы.
— Итак, — Ярослав поднял бокал с вином, — за официальное объявление. Наконец-то.
— Мы ничего не объявляли, — возразила я.
— Интернет объявил за вас. — Он усмехнулся. — Фото на мосту видели три миллиона человек.
— Три миллиона?!
— Плюс-минус. Ты теперь знаменитость, Ларина.
Алекс сжал мою руку под столом.
— Это пройдёт, — сказал он. — Через неделю найдут новую сенсацию.
— Или не найдут, — весело добавил Ярослав. — И вы станете новым Бекхэмом и Викторией.
— Ярослав, — Бэлла толкнула его локтем. — Хватит их пугать.
— Я не пугаю! Я радуюсь! — Он откинулся на спинку стула, расплываясь в улыбке. — Знаете, как долго я этого ждал?
— Ты ждал? — Алекс приподнял бровь.
— Конечно. Смотреть, как вы двое месяцами кидаетесь друг в друга колкостями, было невыносимо. Особенно когда очевидно...
— Что было очевидно?
— Что вы хотите друг друга.
— Ярослав! — Я почувствовала, как щёки вспыхнули.
— Что? Это правда! — Он повернулся к Бэлле. — Скажи им.
Бэлла улыбнулась — той мягкой, понимающей улыбкой, которую я любила и ненавидела одновременно.
— Он прав, — сказала она. — Это было очевидно всем, кроме вас.
— Вот! — Ярослав торжествующе ткнул пальцем в воздух. — Даже Бэлла согласна. А она никогда со мной не соглашается, если дело касается ее лучшей подруги и моего лучшего друга.
— Я соглашаюсь, когда ты говоришь разумные вещи.
— То есть раз в год?
— Примерно.
Они смотрели друг на друга — с той лёгкой насмешкой, за которой пряталась настоящая нежность. Я помнила времена, когда эти двое едва могли находиться в одной комнате без скандала.
— Расскажите, — попросила я. — Как вы поняли, что это... ну, настоящее?
Бэлла и Ярослав переглянулись.
— Это долгая история, — сказала Бэлла.
— У нас целый вечер.
Она помолчала. Отпила вина.
— Мы ненавидели друг друга, — начала она. — По-настоящему. Я считала его избалованным, самовлюблённым...
— Спасибо, дорогая.
— ...а он считал меня занудой с комплексом жертвы.
— Я никогда...
— Ты именно так сказал. Дословно. На той вечеринке.
Ярослав замолчал. Опустил глаза.
— Да, — признал он тихо. — Сказал. И это было жестоко.
— Было. — Бэлла накрыла его руку своей. — Но потом всё изменилось.
— Как? — Спросил Алекс.
— Постепенно. — Бэлла посмотрела на меня. — Мы начали видеть друг друга. Не маски, не роли — настоящих людей. Это... страшно. Но оно того стоит.
Я кивнула. Понимала — слишком хорошо понимала.
— У нас было что-то похожее, — сказала я, глядя на Алекса. — Ненависть, потом... что-то другое. Непонятное.
— Электричество, — подсказал он.
— Да. Электричество. Которое било током каждый раз, когда мы оказывались рядом.
— И вы решили перестать бить друг друга током? — Спросил Ярослав.
— Мы решили попробовать направить его в другое русло.
— Красиво сказано. — Он снова поднял бокал. — За электричество!
Мы чокнулись. Смеялись. Это было легко — удивительно легко.
Еда была превосходной.
Карпаччо, паста с трюфелем, тирамису на десерт. Мы ели медленно, растягивая вечер, перебрасываясь историями и воспоминаниями.
Ярослав рассказал, как Алекс однажды прыгнул в фонтан на спор — в январе, в костюме, на официальном приёме.
Алекс ответил историей о том, как Ярослав заблудился в собственном доме после вечеринки и проснулся в гардеробной, обнимая манекен.
Бэлла вспомнила, как они с Софией познакомились — на танцевальном классе, где София пришла в качестве «эмоциональной поддержки» и случайно выбила преподавателю чашку кофе из рук.
— Это был несчастный случай! — защищалась я.
— Ты целилась ему в лицо.
— Он сказал, что твоё плие выглядит как у беременной коровы!
— София!
— Что? Я защищала твою честь!
Смех, вино, свечи. Всё было почти идеально.
Почти — потому что в какой-то момент разговор свернул не туда.
— Кстати, — сказала Бэлла, накручивая пасту на вилку, — я слышала, в ваш институт взяли нового хореографа.
Я напряглась. Не знала почему — просто что-то в её тоне...
— Да, — ответила я осторожно. — На прошлой неделе. Мы ещё не пересекались.
— Как его зовут?
— Не помню... — я нахмурилась, вспоминая. — А что?
Бэлла уронила вилку.
Она не выронила — именно уронила. Пальцы разжались, и вилка звякнула о тарелку. Её лицо стало белым.
— Бэлла? — Ярослав мгновенно оказался рядом, взял её за руку. — Что случилось?
— Ничего, — сказала она быстро. Слишком быстро. — Просто... выскользнула. - Но я видела её глаза. Видела панику, которую она пыталась спрятать. – Лишь бы не Валентин…
Валентин… Это имя я слышала раньше. Не в институте — в другом контексте. В разговорах с Бэллой, когда она рассказывала о прошлом. О человеке, который...
О господи.
— Бэлла, — сказала я тихо. — Думаешь, тот Валентин?
Она не ответила. Но её молчание было громче любых слов.
— Какой «тот»? — Алекс смотрел на нас с непониманием.
Ярослав сжал руку Бэллы крепче.
— Её бывший преподаватель, — сказал он глухо. — Который... который домогался её.
Мир вокруг замер. Свечи продолжали гореть, люди за соседними столиками смеялись, официант разносил вино — но для меня всё остановилось.
— Может, это другой человек?
— Может, — сказала Бэлла. Её голос был странно ровным. — Может, и другой.
Но она не верила в это. И я не верила.
— Я могу проверить, — предложил Алекс. — Дэн найдёт все, что нужно.
— Нет. — Бэлла покачала головой. — Не нужно. Это... это в прошлом. Я справилась. И если это он — что с того? Он больше не имеет надо мной власти.