Страница 37 из 116
— А ты бы не выбрала?
Она не ответила. Вместо этого — села рядом со мной на скамейку. Близко. Слишком близко.
— Покажи, — сказала она.
— Что?
— Плечо. Покажи.
Я хотел отказаться. Но её рука уже лежала на моём предплечье — тёплая, лёгкая. Я повернулся, позволяя ей увидеть.
Она осторожно коснулась плеча. Пальцы скользнули по коже — там, где воспаление, там, где больнее всего. Я зашипел.
— Прости, — она отдёрнула руку.
— Нормально.
Мы сидели молча. Её колено касалось моего. Я чувствовал тепло её тела сквозь мокрую ткань костюма.
— Почему ты мне это рассказал? — Спросила она наконец.
— Не знаю.
— Ты избегал меня три дня. Смотрел сквозь меня, как будто я — пустое место. А теперь...
— Не говори ничего…
— Тогда объясни.
Я повернулся к ней. Наши лица оказались близко — слишком близко. Я видел каждую веснушку на её носу, каждую крапинку в зелёных глазах.
— Ты пугаешь меня, — сказал я тихо.
Её брови поднялись.
— Я?
— То, что я чувствую рядом с тобой. — Слова выходили сами, без разрешения. — Я не умею... это. Близость. Уязвимость. Я умею играть роль. Улыбаться, флиртовать, быть тем, кого все ждут. А рядом с тобой...
— Что?
— Рядом с тобой я не могу притворяться. И это чертовски страшно.
Тишина.
Она смотрела на меня. Я смотрел на неё. Мир сжался до этой раздевалки, до этой скамейки, до пространства между нами.
— У меня тоже есть кое-что, — сказала она. — Кое-что, что тебе нужно знать.
— Что?
— Не сейчас. Не здесь. — Она встала. — Но скоро. Обещаю.
Она направилась к двери. Уже на пороге обернулась.
— Алекс.
— Да?
— Не разрушай себя ради мечты. — Её голос был мягким. — Ты стоишь большего.
Она ушла.
Я остался сидеть на скамейке, с рассыпанными таблетками у ног и странным ощущением, что впервые за долгое время кто-то видит меня настоящим.
И не отворачивается.