Тьма

Кети замедлила дыхание, практически перестала дышать. Она понимала, к чему он клонит, и в глубине души полностью с ним соглашалась.

Но изменить ничего не могла. Её внутренний воин продолжал держать оборону и уверять, что она всё делает правильно.

- Ты сама всё видела! - не унимался Тед. - По каким-то странным, только ему понятным причинам ты нужна этому психу! И он ни перед чем не остановится, пока не получит тебя! Кети очень внимательно вгляделась в глаза своего друга - и увидела дикий страх. Она не могла винить его в этом. Ведь и она боялась. И Кристина. Да что там говорить, даже отец Марк дрожал от ужаса. Но это ничего не меняло. Вампир никуда не денется, если Тед не сможет перебороть в себе этот первобытный

ИНСТИНКТ…. ЧТо же...

Что, Тедди? Столкнулся с чем-то, что не влезает в твою картину мира, и сразу струсил? - Кети знала, что мальчишки ненавидят, когда их берут на слабо. - Отлично! Можешь отсиживаться и молиться. А мы с Кристиной доведём дело до конца. Две слабые девчонки надерут зад говнюку. А если нет? - никак не отступал от своего Тед. - Если у вас ничего не получится? Если Кристина погибнет из-за тебя? Что тогда ты будешь делать, храбрая Кет?

Она уже собиралась швырнуть ему в лицо колкость, но в последний момент сдержалась, стиснув зубы. Энергия гнева была слишком ценной, чтобы тратить её на этого перепуганного щенка. «Конечно, у меня всё получится! Я смелая! Я сильная! И самое главное - я злая! А ещё у меня есть тайное оружие. И я убью монстра. Обязательно убью».

VIII

Первые лучи рассветного солнца, похожие на окровавленные клинки, с трудом разрывали пелену свинцовых туч, слабо освещая горизонт зловещими багровыми всполохами. Сама природа, казалось, ополчилась против этого дня; грозовые облака, тяжёлые и неподъёмные, продолжали клубиться над ничего не подозревающим городом, сжимая его в тиски и не позволяя живительному свету в полной мере омыть землю. В церкви, несмотря на работающее электрическое освещение, царила зловещая полутьма. Дрожащие огоньки лишь подчёркивали мрачную атмосферу, превращая главный зал в подобие склепа, где тени плясали _на каменных стенах, словно сумасшедшие демоны.

В этом святом месте кипели нешуточные страсти. Бывшие лучшие друзья сошлись перед алтарем, как заклятые враги на поле брани. Кети с лихорадочным, почти безумным блеском в глазах, и Кристина, яростно, до боли сжавшая кулаки, противостояли Теду. Он был бледен, как погребальный саван, и его голос, срывающийся на крик, был полон животного ужаса. Он пытался достучаться до здравого смысла, который, казалось, навсегда покинул девушек.

Каждое их слово, каждое действие были лишь очередным гвоздём, с оглушительным стуком вбиваемым в крышку собственного гроба. Они не понимали тщетности своей затеи - попытки противостоять самой смерти, что терпеливо ждала их за воротами

А Тед знал.

Со всей леденящей душу ясностью он осознал это, глядя в бездонные глаза вампира там, на улице, когда: тот ломал шею абсолютно безвинному человеку. И будь он проклят, если позволит Кристине выйти из этого укрытия и оказаться перед лицом того монстра!

За Кети он переживал меньше, потому что видел в её глазах тот же огонь безудержной ненависти, что и в глазах Дерека. И пусть это было безумием, но в самой глубине души Тед сожалел, что Кети удалось бежать от вампира тогда, в доме. Ведь если бы она осталась с ним, они с Кристиной были бы сейчас в безопасности. А Кети…... Пусть она сама расхлёбывает ту адскую похлёбку, которую заварила. Отец Марк, не понимая, к какой стороне примкнуть, метался между ребят, словно спасатель на тонущем корабле. Он пытался вставить хоть слово о вере и Боге, но натыкался лишь на стену ярости, с которой каждая из сторон отстаивала свои позиции. Наконец его лицо исказила гримаса мучительного бессилия, и он отСТУПил. Тем временем снаружи, в тени мрачных небес, недвижимо, как изваяние из мрамора, стоял Дерек. Лицо его было застывшей маской спокойствия. Он не суетился, не переживал - он просто ждал. Ждал, как паук в центре паутины, чувствуя малейшую вибрацию отчаянных попыток мухи вырваться. Он знал: сбежать она не сможет.

Победить - и подавно.

И это знание доставляло ему садистское удовольствие - он привык в любой ситуации выходить победителем.

Лишь одна крошечная, назойливая заноза царапала изнутри его холодное сердце - раздражение. Его бесила её упрямая, нелогичная стойкость. Любая другая на её месте уже давно бы сломалась и сдалась. Но не Кети.

В ней он ощущал силу, сродни его собственной. Она была его отражением, его родственной душой, сама о том не ведая. Он видел, как она страдает от боли других, но при этом отчаянно цепляется за жизнь, не спеша приносить себя в жертву. И пусть она думает, что её поступки пропитаны добродетелью, но на деле - это чистейшей воды эгоизм.

«Кто бы мог подумать, что женщина может оказаться таким крепким орешком! При всей своей мягкости и правильности, она смогла пережить убийство, совершённое в её честь, и не сломаться. Видимо, придётся приложить куда больше усилий... Придётся ломать её не грубой силой, а искусно, разбирая по одному кирпичику стену, что отделяет её от меня. И это... это будет весьма увлекательной игрой». Уголок его изящных губ дрогнул в подобии улыбки, в которой не было ни капли тепла. Ожидание внезапно обрело вкус - терпкий и пьянящий.

Часть 6

I

- Исходя из того, что у нас есть, - Кети стойко заняла позицию лидера, стараясь полностью игнорировать нытьё Теда. - Главнейшая задача - понять, как подобраться к вампиру на достаточное расстояние, чтобы нанести удар? Холодный разум девушки не давал эмоциям выплыть наружу. Всё, что ей нужно было сделать - это погрузить их в себя как можно глубже: страх, неуверенность, тревогу и сомнения. Это были враги, не способные оказать помощь. А вот ярость, гнев и ненависть - были теми самыми друзьями-воинами, что должны были принести ей победу. Всё её нутро кричало:

«Вампир жив! Это - ошибка. И её надо исправлять».

Тед, беспомощно склонив голову, ходил за Кети по пятам, словно призрачная тень. Его присутствие раздражало, мешая выстроить чёткий план. Он не умолкал и продолжал без остановки бубнить одно и то же.- Пойми же ты, наконец! Он бессмертен! Его нельзя убить! - голос его дрожал от подкатывающей к горлу истерики. - Он сам сказал тебе это! И то, что он воскрес после стольких лет... Разве этого недостаточно? Неужели ты настолько глупа?