Страница 27 из 65
Мать Адриена посмотрела на них внимательно. И в этой холодной аристократичной женщине вдруг мелькнуло что-то другое — усталое, земное.
— Я пришла сюда много лет назад, — произнесла она. — Из мира, который вы называете Землёй.
Светлана выдохнула так резко, будто её ударили.
— Вы… с Земли?
Женщина кивнула.
— Да.
Людмила подскочила на месте.
— Я знала! Я знала, что тут есть кто-то нормальный! — воскликнула она. — МАМА! — она осеклась и добавила быстро: — Простите. Не мама. Но… вы понимаете, да?
Татьяна смотрела на женщину так, будто увидела спасательный круг.
— Значит… вы понимаете нас?
Женщина кивнула чуть медленнее.
— Я понимаю ваш шок. Ваш гнев. Ваш страх. И вашу… — она бросила взгляд на Людмилу, — восторженную дурость.
Людмила даже не обиделась.
— Спасибо! — радостно сказала она. — Я старалась!
Светлана вдруг рассмеялась — коротко, не сдержала. Потом зажала рот ладонью, но было поздно.
Лоран тихо выдохнул — и тоже улыбнулся.
Жюльен посмотрел на Людмилу так, будто влюбился в неё второй раз — за то, что она умеет разрядить даже такой разговор.
Татьяна почувствовала, как в груди становится легче. Не потому что всё хорошо. А потому что наконец появились ответы. И кто-то, кто действительно понимает.
Мать Адриена сказала спокойно:
— Завтрак остынет. Ешьте. Потом поговорим о законах. О Короне. О той женщине, которая хотела моих сыновей. И о том, как вы будете жить дальше.
Светлана сухо сказала:
— А если мы не хотим жить «дальше» здесь?
Женщина посмотрела на неё долго.
— Тогда вы будете жить «дальше» в могиле, — сказала она так буднично, что у Людмилы даже кофе в горле застрял.
Татьяна замерла.
Светлана сжала зубы.
— Это угроза?
— Это реальность, — ответила мать Адриена.
Людмила подняла руку.
— Можно уточнение? Нас реально могут… убить?
Мать Адриена посмотрела на неё.
— Если вы станете препятствием для чужих желаний — да.
Людмила на секунду стала очень тихой.
А потом выпрямилась и сказала неожиданно взрослым голосом:
— Тогда мы будем препятствием очень аккуратно.
Татьяна посмотрела на неё с удивлением.
Светлана — с уважением, которое она бы никогда не признала вслух.
Адриен тихо сказал:
— Вот поэтому я и выбрал вас.
Жюльен добавил, глядя на Людмилу:
— И я.
Лоран посмотрел на Светлану:
— И я.
Светлана закатила глаза, но уголок губ у неё дрогнул.
— Прекратите, — буркнула она. — Я сейчас расплачусь, а потом мне будет стыдно.
Людмила тут же оживилась:
— О! Света плачет! Записываем исторический момент!
Светлана схватила ближайшую подушку — и бросила в Людмилу.
Людмила завизжала и нырнула под стол, смеясь.
Слуги снова застыли у стен, не понимая, это праздник или конец света.
Мать Адриена впервые за весь разговор чуть улыбнулась — настолько тонко, что это мог заметить только тот, кто смотрит внимательно.
— Да, — сказала она тихо. — Земные женщины… всегда устраивают конец света.
И завтрак продолжился — уже не как допрос, а как начало новой, очень странной, очень опасной и удивительно живой семьи.