Второй Шанс

Глава 14

Миранда проснулась резко, как будто вынырнула из глубины омута. В голове набатом стучала фраза Бедфорда: «ты все вспомнишь, жемчужинка, сама» и холодное прикосновение к шее, после которого помнилась только темнота.

Сейчас солнечный свет заливал каюту теплым золотом, и она уже не казалась таинственной и мрачной. Просто грязной, разграбленной и нежилой. Бедфорд, лохматый, босой, в простой рубахе, заправленной в найденные где-то на корабле штаны, стоял у стола и разворачивал грубую ткань. Внутри оказался хлеб, ломоть сыра и что-то завернутое отдельно.

– Проснулась? – он улыбнулся, и на мгновение его лицо стало совсем юным. Он подсел к ней, протягивая нехитрый завтрак. – Я сплавал в город, принес тебе немного еды. Еще теплые вещи… добыл. Одеяло вот.

– Ты не разбудил меня, – она взяла из его рук еду. Пальцы мага были холодные, словно он только что вышел из воды. Это случайное касание затянулось на секунду дольше, чем нужно, и маг первым одернул руку.

– Ты спала.

– Ты столько принес, будто мы тут на год останемся! – Миранда впилась зубами в хлеб, на мгновение подумав, что денег у дракона при себе не было, а значит… но разбираться, как добыл эти вещи Бедфорд не хотелось. Уж слишком она была голодной.

Колдун отвел взгляд. Хотя, как уже поняла некромантка, врать и не краснеть он мог, глядя прямо в глаза.

– Мне нужно разобраться с пропажей девушек и расторгнуть магический контракт с Созерном. Потом мы отсюда уедем.

Он собирался еще раз поговорить с бароном Керротом. Слишком уж странно тот себя вел: то требовал поднять на уши весь город, то сам же приказывал прекратить поиски. А еще есть другие пропавшие девушки и ведьма, которая может возвращать молодость. Скорее всего это не связано друг с другом, но очень подозрительно. Но если так, то… барон Суббота будет доволен. Странно, что дух Смерти дал такое простое задание.

К тому же… Барон Суббота не любит ждать. И с него станется не пустить их обратно в 19 век.

– Я пойду с тобой!

– Нет! Чем быстрее ты вспомнишь, тем быстрее мы вернемся в свое время. Там ты будешь в безопасности. А здесь… Здесь 1605 год.

– Пороховой заговор… – кивнула Миранда. – Когда староверы пытались вернуть себе власть и заложили под Парламент бочки с порохом. И на что они надеялись при такой-то магической защите? Мне на этот вопрос ни один учитель истории не ответил.

Бедфорд рассмеялся.

– У тебя сейчас есть шанс спросить об этом непосредственно у участников! Но давай не будем, а?

– Согласна, история не любит, чтобы в нее вмешивались.

Касается ли дело смены королей либо сивилл. Миранда задумалась о дочери барона Керрота – она ли станет следующей пророчицей или нет? И какая же она – та, что грезит в этом времени? И какая же у нее миссия, что она уже столько лет не может уйти на покой?

Почему-то девушке казалось, что, если она останется в стороне – станет только хуже.

– Да. Так что просто посиди на корабле. Я быстро.

Миранда кивнула в ответ.

***

Сивилла не оборачивалась. Она сидела у окна, вглядываясь в серые воды гавани, и медленно, палец за пальцем, стягивала тонкую шелковую перчатку.

Как же ей нравилось, когда вокруг нее все бегают, суетятся. Терпят ее капризы. Выбросили целого зажаренного лебедя, потому что она такое не ест. Подали лучшее вино, еще старых запасов. Слушали ее рассуждения о жизни и смерти, внимая каждому слову, хотя она говорила полную чушь и даже не скрывала этого. Откуда-то достали тяжелые шелковые и бархатные платья, пусть и немного вышедшие из моды, но так богато вышитые жемчугом и золотом, что могли запросто стоять в углу вместо молчаливого телохранителя.

Мужчина вдруг согнулся в приступе кашля.

Опять? Пророчица нахмурилась. Что-то они какими-то хилыми стали. Раньше такие держались дольше.

– Простите, госпожа, – прохрипел маг.

– Иди, отдохни, – махнула рукой старуха. – До вечера ты мне не понадобишься.

Когда пророчица осталась одна, она перестала рассматривать неинтересный ей пейзаж, подошла к стене, сорвала какую-то безвкусную картину в резной раме и махнула рукой, как будто стирая пыль. По тканевой обивке стен вначале пробежали трещины, а потом часть стены как будто исчезла или стала стеклянной, а за ней обнаружилась комнатка поменьше и потемнее, заставленная шкафами с горшочками и баночками, с пучками трав на стенах и длинным столом, заставленным в строгом геометрическом порядке кристаллами и свечками. Ведьма, зачитывающая какие-то напевные заклинания, сбилась, выругалась. Один из магических накопителей налился фиолетово-бордовым светом, звякнул и потух. Готланд смахнула бесполезный теперь черный камень на пол, и он рассыпался в пыль.

– Здравица желаю, хозяюшка моя бедовая! – она подошла к стеклянной стене и стала, уперев руки в бока. – Ты ж предупреждай, когда язык почесать захочешь, а то я ни одного твоего желания не исполню. Все мимо пойдет, аки пёсья моча!

Сивилла поджала губы и на ее напудренных свинцовыми белилами щеках вспыхнули два некрасивых алых пятна.

– Я вижу, ты не сильно торопишься.

– Делаю, что могу! Но ваши задания… Они такие противоречивые, такие ветреные. Вот не нагулялись вы в молодости, пыл не растратили. Результата-то вы требуете, а вот платить не желаете. Не по закону это, госпожа небом поцелованная, не по закону.

– Как я вижу, ты и сама неплохо подкармливаешься.

Готланд со смехом дотронулась до своего помолодевшего лица.

– Так я сдохнуть тут от старости и немощи не могу, – она развела руками. Кожа на них еще оставалась сухой и тонкой, как пергамент, сквозь который проглядывала синева жил. – Вынужденная мера, что ж сделать, – ведьма даже сделала вид, будто и не знала, что такое бывает. Редко. Почти никогда. То есть регулярно. – Вам то девушек с вашим даром ищи, то усиль этот демонов…

– Не говори, – сивилла отвернула голову и прикрыла глаза рукой, словно отгораживаясь. – Чем меньше я интересуюсь, тем больше я могу видеть.

Готланд с понятливой улыбочкой закивала.

Кто она такая, чтобы разубеждать своего хозяина.

Чем быстрее в петлю попадет, тем быстрее новый появится. И в этот раз точно адекватнее.

– Если без всяких этих ваших этикетов-шметикетов, вы уж определитесь, за что я плату получаю: за порох или за новую носительницу дара. За двумя зайцами погонюсь, с голым задом останусь. И вы со мной заодно.

Сивилла благосклонно кивнула.