Страница 54 из 71
Глава 37
Влада
— Привет… — резко, на полном автопилоте бросаю я и запинаюсь. Честно, я никак не ожидала, что от одного только взгляда на Морозова меня снова накроет с головой. Сердце бешено колотилось, а слова непроходимым комом застревали в горле.
— Я приехал, как ты и просила, — недружелюбно рыкнул парень и на запредельной скорости попёр на меня. — Выкладывай, Кукла, что тебе нужно?
Чувство гордости и собственного достоинства требовали послать Барса на три весёлых буквы, ведь мне категорически не нравился настрой парня.
Я ещё ничего не сказала, а Морозов уже сделал на меня жесткую стойку.
Логично, конечно! К бесчувственной стерве и конченой суке только такое отношение…
Противоестественно то, но я не ощетинилась в ответ.
Глупо строить из себя королеву, когда на лбу лейкопластырь, на скуле царапина, а на щеке припухлость от маминых пощёчин.
— Я хотела вернуть деньги за лечение… — потянула я и отступила на шаг. Омут этих холодных глаз не сулил ничего хорошего. — И сказать спасибо, — просипела я еле слышно.
— Обойдусь без денег и тем более без твоего спасибо! — устрашающе оскалился Морозов, а мне отчего-то до слез стало обидно
Я пыталась не чувствовать, заглушить этот водоворот эмоций. Но не справлялась. Когда мать костерила меня последними словами, я без усилий оставалась безучастной. А сейчас захлебывалась нерациональной жалостью к самой себе.
Парень, которого я любила, которому отдала свой первый раз…
Господи! Неужели он никогда ничего не чувствовал ко мне.
Сейчас, когда спор выиграл и больше не нужно притворяется, пала маска благородного рыцаря, сменившись гримасой высокомерия и брезгливости.
— Если это все, Кукла, то я пошёл. Если нет, то вываливай скорее. Нехрен ходить кругами.
— Подожди меня здесь минуту, — копируя собеседника, повысила я голос. — Я не думала, что ты приедешь так быстро после моего звонка, поэтому не подготовилась заранее…
— Не мог ждать, так сильно сгорал от желания увидеть тебя, — перебил меня парень насмешливым голосом и с саркастической улыбкой на устах, от которой меня передернуло.
А ведь он уже говорил мне что-то подобное только с другим выражением лица и другим тоном. И тогда я глупая верила ему…
— Я быстро сбегаю в одно место и верну тебе деньги, которые заплатил твой менеджер в больнице… — выпалила я и быстро повернулась, чтобы уйти и дать себе возможность совладать с разумом. Я не хотела себя винить за то, что так беспечно отдалась парню, который искренне ненавидел меня.
— Тебя побил отец? — перехватил меня за локоть Барс.
— Нет… Тот мужчина… — не договорила.
— Мать?
— Нет, — почему-то соврала я. Наверно, не хотела делать из мамы ещё больше аморальную личность, чем её видел Морозов. — Я споткнулась на лестнице. Сама. И, кстати, тот мужчина, с которым ты сцепился у подъезда, не мой отец. Мамин сожитель. Но это сейчас неважно… Я больше не живу с ними, — оттараторила я на каком-то бешеном адреналине и рванула прочь. От воспоминаний волосы до сих вставали дыбом. — Никуда не уходи я скоро вернусь.
Ужасно, но у меня не было нужной суммы. Зато была пара новых брендовых туфель и ломбард поблизости.
— Что ты делаешь? — окликнул меня знакомый голос, когда мужчина за ломбардной стойкой тянул мне заветную пачку денег. — Влада!
Испугалась, не Морозова, а объяснений…
Зачем он пошел за мной? За чем заставляет снова чувствовать себя убогой?
Но, как оказалось, говорить правду куда проще, чем лицемерить и врать.
— Сдаю ненужную вещь. Не волнуйся, я её не украла. Папа… Настоящий папа подарил на день рождения.
— У тебя сегодня…? — как-то неожиданно запаниковал парень.
— Нет. Завтра… Он просто заранее…
Я по-прежнему не называла в лицо Павла Андреевича папой, так как он ещё однозначно не решил, какие между нами отношения. Но меня утешало одно, его жена или не рассказала о нашем с ней разговоре, или отец не собирался избавляться от меня и действительно просто медленно и осторожно готовил семью к появлению в их жизни взрослой внебрачной дочери.
Ясно, что я никогда не стану полноценным членом папиной семьи. Но мне достаточно хоть и редкого, но родного общения.
И пусть Павел Андреевич и перепутал, когда у меня день рождения, но он не забыл о нем совсем, как мама. И что с того, что он читает полтора часовую лекцию, ни разу не заглядывая в конспект. Любой человек может ошибиться.
— Ладно, Антон, спасибо за помощь и пока… — поспешно отбила я, вручила деньги и устремилась прочь.
Пора…
Я прекрасно понимала это.
Но сердце обезумевшей птицей забилось о ребра, требуя от меня чего-то невозможного.
Да и разум был глух к моим просьбам: “ Убегать. Не теребить затянувшиеся раны. Спасаться”.
— Кукла, это действительно все? — взволнованно остановил меня Барс, перегородив дорогу. — Больше ничего не скажешь? Ничего не потребуешь?
— Мне нужно идти, Антон. Меня ждёт отец… — дрожащим, хриплым шепотом умоляла я Вселенную не мучить меня.
Тело горело и покрывалась мелкими мурашками от такого другого... прежнего выражения глубоких голубых глаз.
Между нами было больше метра, но меня душило близостью парня. Жгло по живому взглядом, дыханием, ароматом, голосом.
Господи, неужели я все ещё люблю его?
— Тогда я спрошу, Кукла… — рассеянно вцепился мне в предплечья парень и легонько сжал. — Почему ты не сказала, что знаешь о споре? Почему не удалила видео нашего секса с моего планшета? И почему не воспользовалась записью для шантажа, если скачала ее?
— Барс, ты пришел только потому, что думал, что я позвала тебя сюда, чтобы шантажировать?