Секреты

— Выходите с поднятыми руками! — раздаётся голос за дверью спальни. — Мы знаем, что вы там.

Вот оно.

Гарри ступает на внешний подоконник, раскинув руки для равновесия, спеша уйти невредимым.

Я чувствую, как подкрадывается тревога.

Это должно пройти гладко.

И хотя я хотела бы признать, что в моём возрастающем страхе я надеюсь, что он не упадёт со стены и не разобьётся насмерть, дело не в этом.

Гарри разводит ноги на выступе, сохраняя равновесие на носках.

Ещё чуть-чуть…

Он хватается за трубу ладонью.

— Хорошо. Хватайся за меня… — Гарри начинает поворачиваться.

Сейчас!

Я достаю из кармана наручники, защёлкивая один на его запястье, а другой — на трубе. Обхватив его тело, я нажимаю на экстренную кнопку, спрятанную во внутреннем кармане его пиджака.

Завораживающе наблюдать, как последствия твоих собственных действий разворачиваются прямо перед твоими глазами. В данном случае первая реакция Гарри — замешательство.

Я улыбаюсь.

— У тебя меньше трёх минут.

Экстренный сигнал предупредит машину о его скором прибытии. У него будет меньше трёх минут, чтобы добраться до машины, прежде чем они заподозрят неладное и ворвутся в здание с оружием и взрывчаткой.

Спуск по зданию займёт как минимум минуту.

И как бы зол он ни был на моё решение, он не настолько глуп, чтобы позволить им ворваться сюда с оружием. Мы бы не продержались и двух секунд против итальянцев.

Поверьте мне, я знаю их арсенал.

— Что ты делаешь? — спрашивает Гарри, его голос дрожит.

— Мне не составило труда отстегнуть наручники от этой паршивой кровати. — Я касаюсь головы. — Моя верная шпилька никогда не подводит.

— Джиджи! — кричит он, его лицо искажается от гнева.

— Я не могу пойти с тобой.

— Что? Почему, чёрт возьми?

Он вот-вот узнает, что я скрывала секрет. Если не сейчас, то очень скоро. Как лицемерно с моей стороны. И это не просто маленькая ложь во спасение.

Людям действительно не стоило ошибаться, недооценивая меня.

— Ты теряешь время, — говорю я.

Гарри должен уйти сейчас. Если я буду стоять здесь слишком долго, я рискну позволить ему убедить меня развернуться и побежать с ним. Я пытаюсь быть храброй. Стараюсь не представлять предательство, которое должно сидеть в его груди.

Я не знаю, когда я наконец сдалась своим чувствам к нему. Возможно, поцелуй подсластил сделку, или, возможно, это было то, как побеждённо он звучал после.

Я поворачиваюсь к нему спиной и направляюсь к двери. Снаружи начинается суматоха, заставляя меня крикнуть:

— Я выхожу. Не стреляйте!

Грудь Гарри содрогается от отчаяния освободиться, разочарование душит его, когда моя рука зависает над ручкой.

— Не будь героиней! — кричит он.

— Поверь мне, я не героиня.

Он яростно бьёт по наручникам, наконец сдаваясь в поражении.

— Вернись! Хочешь встретиться с ними лицом? Хорошо. Мы сделаем это вместе. — Его голос срывается. — Пожалуйста.

Его отчаяние почти пробивает мою броню, соблазняя меня обернуться.

Почти.

— Вместе, — говорю я, сосредоточившись на двери, — закончилось давно.