Секреты

Глава 65

Ярость пожирает каждую часть меня, пока я не чувствую, как она обжигает мою кожу. Когда я доберусь до источника моего существования, я сожму свои руки вокруг её хорошенькой маленькой шеи. Она не ожидает, что я буду настолько глуп, чтобы ворваться за ней — так что именно это я и сделаю.

Приземлившись на землю, я приказываю машине отхода стоять на месте и ждать на боковых улочках, пока я заберу груз. Я слишком зол, чтобы даже думать о надёжном плане, поэтому я врываюсь на ступени особняка, будто владею этим местом, бросаю пиджак на землю и закатываю рукава рубашки до локтей, готовясь к делу. Но, как ни странно, кроме двух человек, охранявших вход в здание (чьи глотки я перерезал, врываясь), вокруг никого нет.

Итальянцы и их грёбаные крепости. Можно подумать, у них была бы более надёжная охрана.

Затем до меня доходит, насколько серьёзным должно быть присутствие Джиджи для этих придурков.

Неужели они…?

Я качаю головой, отказываясь делать поспешные выводы.

Засунув руки в передние карманы, я неторопливо прогуливаюсь внутрь. В коридоре не меньше шести охранников, окруживших двух человек в центре. Одну из них я узнаю мгновенно — это Джиджи. Охранники с их тяжёлым оружием поворачиваются в мою сторону, когда я приближаюсь.

— Здравствуйте, джентльмены, — приветствую я.

Голова Джиджи резко поворачивается ко мне на шум, её каштановые пряди прилипают к губам. Она откидывает голову назад с раздражением, глядя в потолок, когда я подхожу.

Я усмехаюсь, подходя к ней.

— Я убью тебя нахрен, если мы выберемся отсюда живыми, — шепчу я ей на ухо и замечаю мурашки на её коже.

Интересно.

— Думаю, нам пора, — говорю я.

— Я никуда с тобой не пойду.

— Вы знаете этого человека? — спрашивает мужчина с сильным итальянским акцентом.

Я поворачиваюсь к голосу и вынужден посмотреть дважды.

Паоло, черт возьми, Риччи.

Его волосы аккуратно уложены гелем для раннего утра, его серый костюм дополнен платком, туфли только что начищены. Если бы я мог поспорить на деньги, я бы поставил, что он ожидал этой встречи.

Какого, блять, хрена?

— Похоже, он тебя знает, — констатирует итальянец.

Ничтожество.

— Кто ты, блять, такой? — выплёвываю я, хотя отлично знаю, кто он.

— Этот мужчина вас беспокоит? — спрашивает он Джиджи.

Маленькая паршивка усмехается.

— Беспокоит.

Охранники кивают в унисон и надвигаются на меня. Я вскидываю ладонь, удерживая их на расстоянии.

— Если вы хотите ещё увидеть своих жён и детей за ужином, советую сделать шаг назад. — Повернувшись обратно к Джиджи, я требую: — Мы уходим. Это приказ.

Она смотрит на меня снизу вверх.

— Ты мне не начальник.

Мои кулаки сжимаются, когда я пытаюсь сохранить самообладание.

— Я не начальник. Но если ты не пойдёшь со мной добровольно, я перекину тебя через плечо или вытащу тебя отсюда с криками и брыканиями. И поверь мне, принцесса, сейчас я особенно не хочу к тебе прикасаться.

Её брови хмурятся от разочарования.

В гневе столько красоты.

— Нет, — наконец говорит она.

Устав ждать, я хватаю её за руку. Джиджи дёргается, но моя сила превосходит её.

— Спасибо за представление, джентльмены, но, думаю, мы оба пойдём.

Словно в роботизированном трансе, охранники быстро вскидывают оружие, наставляя его прямо на нас обоих. Нам не сравниться со всем этим арсеналом. Хотя, зная Джиджи, её пистолет всё ещё в кобуре на бедре.

Но нас двое.

Одно оружие, не считая моих кинжалов.

И их как минимум полдюжины.

— Отпусти девушку, — говорит Паоло.

Я усмехаюсь.

— Я рискну.

— Гарри, отстань от меня.

Итальянец смеётся. — У вас десять секунд…

— Вы так щедры, — дразню я.

— Десять… девять…

— Я работаю с ними! — кричит Джиджи.

Резко опустив голову, чтобы посмотреть на неё, я давлюсь ничем. Мои губы смыкаются и размыкаются, с трудом произнося.

— Ты что?

Она переводит дыхание.

— Я работаю с ними.

— Ты работаешь с ними, — повторяю я бесстрастно.

Джиджи поворачивается ко мне полностью, сжимая мои бицепсы поверх белой рубашки. Она наклоняет голову, эти красивые глаза пытаются разрушить меня, когда она умоляет.

— Если в глубине души есть хоть часть тебя, которая всё ещё любит меня, то доверься мне, что я знаю, что делаю правильно. Просто дай мне десять минут поговорить с ними.

— Я пойду с тобой, — настаиваю я.

Её качание головой — единственный ответ.

Помоги мне, Господи.

Я ненавижу эту женщину, но я также так невероятно влюблён в неё, что это причиняет боль каждому волокну моего существа. Чёрт возьми её за то, что она была моим главным приоритетом во всём.

Я неохотно киваю.

— Спасибо, — говорит она запыхавшись.

— Я никогда тебя не прощу, если это плохо кончится.

Она качает головой.

— Меня не стоит прощать.

Для меня ты стоишь.

Оставив паузу, я делаю шаг вперёд, оказываясь вплотную к Паоло.

— Вы не прикоснётесь к ней. Не тронете её пальцем. Если я узнаю, что вы даже посмотрели на неё неправильно, клянусь всем своим существованием, это закончится тем, что ваше тело будет в земле.

Глаза Паоло расширяются от моей угрозы.

Джиджи становится передо мной, прижимая руки к моей груди и отталкивая меня назад.

— Он шутит, — говорит она.

Нет, я, блять, не шучу.

Десять минут, как же.

Прошёл как минимум час. Меня довели до предела, до того, что я начал считать морщины на лбу охранника. Их должно быть не меньше пятнадцати. Наверное, от постоянного хмурого взгляда.

Я больше не могу этого терпеть.

Встав с декоративной кушетки, я поднимаю руки, давая им знать, что я не угроза.

По крайней мере, пока.

Я не угроза сейчас, но буду, если они хотя бы подумают о том, чтобы причинить вред хоть одному волосу на голове Джиджи. Если бы они это сделали, я бы вырвал им ногти и скормил их через задний проход.

Как по команде, она и Паоло выходят через большие деревянные двери.

— Что так долго? — Я бросаюсь вперёд, указывая на неё пальцем.

Джиджи быстро поднимает голову.

— Он причинил тебе боль?