Секреты

С полным ртом и слезой, катящейся по щеке, Джиджи закатывает глаза. И, чтобы доказать свою правоту, она берёт меня целиком, проводя острыми ногтями по моему бедру. Влажные чавкающие звуки слюны разносятся по комнате, когда она сосёт мой член, и стон срывается с моих губ, когда я смотрю, как она проглатывает каждую каплю.

— Вот так. Бери мой член, как хорошая, блять, девочка.

С этими словами мой член выскальзывает из её губ с громким хлопком, и она прижимает меня к кровати, вдавливая каблук своей туфли прямо в мою грудь. Она пытается выглядеть дерзко, но её губы припухшие, а на подбородке блестит слюна. От этого зрелища я усмехаюсь — и это меня чертовски заводит. Я приподнимаюсь, целуя её голую лодыжку, уделяя особое внимание икре.

— Скажешь мне что-то подобное ещё раз, и я убью тебя, Сент-Джеймс.

— О, я рассчитываю на это, малышка.

Я приподнимаюсь, сжимая её бёдра и переворачивая её, так что её спина плотно прижимается к моей груди. Она может думать, что она сверху в поле, но в этой спальне она всегда будет снизу. Я собираю её платье вокруг талии, наслаждаясь видом её без белья. Сплюнув на кончики пальцев, я опускаю руку между нашими телами и с наслаждением вдыхаю стон, срывающийся с её губ, когда я ввожу палец в её ноющую киску.

Наши губы почти соприкасаются, но никогда не целуются.

Эту границу мы не пересечём в ближайшее время.

— Довольно влажно для хорошей девочки.

Она рычит, готовая наброситься на меня, но я ввожу второй палец, толкая их по костяшки и загибая внутри. Её бёдра выгибаются, и я пользуюсь моментом, чтобы прижать свой твёрдый член к изгибу её задницы. Её тело начинает дрожать, и через несколько ритмичных движений пальцев я чувствую, как её стенки сжимаются.

Наши отношения могут быть на грани смерти, но наши тела точно помнят, как хорошо нам было вместе.

— Похоже, твоё тело точно помнит, как хорошо я с ним обращался.

— Просто трахни меня уже, — скулит она, виляя задницей у моего члена.

Я убираю пальцы и той же рукой прижимаю её голову к подушке. Она задыхается, пряди волос прилипают к губам от резкого движения.

Приблизив рот к её уху, я покусываю кожу.

— Я не тороплюсь. Сделаешь что-то подобное снова, и я заставлю тебя, блять, умолять о разрядке.

— Я не умоляю.

— Посмотрим.

Её глаза расширяются от этой перспективы, выдавая её возбуждение. Я сжимаю её подбородок и вытягиваю шею, чтобы видеть её реакцию, когда я дразню её вход головкой своего члена.

— Ты принимаешь противозачаточные? — спрашиваю я.

Она кивает.

Я вхожу в неё одним долгим толчком, достигая основания.

Мои глаза готовы закрыться, и я ругаюсь, откидывая голову.

Так. Блять. Тесно.

Опьянённый ощущением её, я ускоряю толчки, прежде чем снова упасть в ту же пропасть, уступая ей. Я вхожу в неё сильнее, наслаждаясь звуками её маленьких всхлипов в подушку.

— Ты поёшь для меня, как чертова скрипка.

— Гарри, — стонет она, сжимая простыни.

— Ты этого хочешь?

Она кивает, зажмуриваясь.

— Скажи мне, чего ты хочешь, — поощряю я.

Она скулит, задыхаясь, с трудом подбирая слова.

Я прижимаю её тело к себе, спиной к моей груди, сжимая её грудь рукой и вбиваясь в неё.

— Хочешь, чтобы мой язык был на этой красивой пизде?

При этих словах она толкается бёдрами навстречу мне. Наши органы встречаются в унисон, и мои бёдра шлёпаются о её задницу.

— Скажи словами, малышка, — стону я, впиваясь зубами в её плечо. — Скажи мне, чего ты хочешь.

Она заводит руку назад, сжимая мои волосы между пальцев и урча, как грёбаная кошка. Её тело дрожит, грудь подпрыгивает с каждым моим толчком.

— Я… я просто хочу тебя.

Её губы приоткрываются в безмолвном всхлипе, её стенки сжимаются вокруг моего члена, как тиски, когда она приближается к разрядке.

Бормоча в её волосы, я говорю с болью в груди:

— Я бы дал тебе весь мир, если бы ты попросила.