Страница 9 из 46
Глава 9. Место силы
Разумеется он услышал, потому что дракон, инспектор и вообще человек, которому судьба выдала слишком много преимуществ при рождении. Его взгляд на мгновение опустился к моему платью, затем вернулся к лицу.
— Зеленое тебе действительно идет.
Я застыла.
Не потому что комплимент был сложным, неожиданным или особенно изысканным. Просто он прозвучал спокойно, без насмешки и без попытки купить мое расположение. Как факт. Словно он посмотрел, решил и сказал, а теперь я должна была как-то с этим жить.
— Осторожнее, — ответила я, взяв себя в руки. — Еще один комплимент, и я решу, что ты пытаешься снизить цену завтрака.
— А если я пытаюсь понять, почему хозяйка убыточной таверны держится увереннее половины столичных леди?
— Потому что столичные леди, вероятно, не просыпались под протекающей крышей с двумя говорящими бедствиями у кровати и письмом о закрытии заведения на пороге. Уверенность, знаешь ли, иногда рождается не от воспитания, а от отсутствия выбора.
Он перестал улыбаться.
На секунду в его глазах появилось что-то совсем другое. Не насмешка, не интерес, не проверяющая холодность. Внимание. Тихое, опасное, почти бережное.
Мне это не понравилось.
С насмешкой было проще.
— Ты странная женщина, Велория.
— Надеюсь, ты внесешь это в протокол как достоинство.
— Пока как обстоятельство, требующее наблюдения.
— Наблюдай за завтраком, иначе я решу, что ты здесь только для украшения интерьера.
Марта принесла ему тарелку с горячими пирогами, жареными колбасками и травяным соусом. Ардан сел у окна, откуда было видно двор, дорогу и покосившийся сарай, который я мысленно уже снесла и построила заново, как только у меня появятся деньги, время и отсутствие желающих отобрать мое имущество.
День завертелся.
Если вчера таверна пыталась встать на ноги, то сегодня она внезапно решила побежать, споткнуться, подняться, ударить кого-нибудь локтем и сделать вид, что так и было задумано.
Слухи о дерзкой хозяйке, королевском инспекторе-драконе и новом меню успели разойтись быстрее, чем я ожидала.
К обеду все столы были заняты. Путники брали пироги навынос, возчики спорили из-за последней порции жаркого, старик-травник предложил поставлять нам свежую мяту в обмен на бесплатный обед по четвергам, а трое наемников пытались выяснить, правда ли, что хозяйка вчера пригрозила инспектору счетом за грязные сапоги.
— Правда стоит дороже слухов, — сказала я им, проходя мимо со списком заказов. — За подтверждение берем два медяка.
— А за подробности? — спросил один из наемников.
— За подробности придется заказать ужин.
— А за поцелуй хозяйки? — крикнул другой, явно более смелый, чем умный.
Я остановилась.
Ардан, сидевший у окна с документами, тоже поднял глаза.
В зале стало интересно всем, даже тем, кто делал вид, что ест.
Я медленно повернулась к наемнику и улыбнулась так, что он сначала обрадовался, а потом понял, что радоваться было преждевременно.
— За поцелуй хозяйки берут жизнью, достоинством и способностью жевать твердую пищу, но ты можешь оставить заявку, если очень устал от всех трех.
Фамильяры взорвались восторгом.
— Заявка отклонена заранее! — завопил Никс.
— Следующий кандидат может приложить справку о наличии мозгов! — добавил Нокс.
Зал захохотал, наемник покраснел, а Ардан снова опустил глаза к документам, но я успела заметить, как его пальцы сильнее сжали перо. Маленькая деталь, почти незаметная. Такая мелочь, из которой женщины обычно строят себе иллюзии, а потом страдают под луной.
Я не собиралась строить иллюзии.
Я собиралась строить прибыльную таверну.
И с этим у нас впервые начало получаться.
К вечеру выручка в ящике приятно потяжелела. Я пересчитала монеты трижды, потому что доверие к реальности у меня в последнее время было слабым.
Марта улыбалась так, будто помолодела лет на десять. Тимо гордо сообщил, что никто не ушел без оплаты, потому что Нокс лично проверял карманы подозрительных гостей. Рубен, к собственному удивлению, получил похвалу от двух купцов и теперь ходил по кухне с видом непризнанного гения, которого наконец-то заметили.
Ардан наблюдал за всем этим.
Не мешал, не комментировал, не угрожал проверкой. Просто сидел у окна, иногда что-то записывал и слишком часто смотрел на меня. Каждый раз, когда я ловила его взгляд, внутри поднималось то самое раздражающее тепло, которое никак не помогало вести хозяйство.
Когда зал немного опустел, я подошла к его столу.
— Ты весь день молчишь, Ардан. Это часть проверки или драконья экономия слов?
Он отложил перо.
— Я смотрю, как ты меняешь место, которое еще вчера выглядело обреченным.
— Надеюсь, с восхищением.
— С подозрением.
— Какая скучная у тебя работа.
Он усмехнулся.
— У тебя за сутки выросла выручка, персонал начал работать, гости возвращаются, а фамильяры ведут себя почти как охрана.
— Почти? — возмутился Никс с ближайшей балки.
— Мы охрана, украшение, совесть заведения и причина, по которой никто не ворует булочки, кроме нас самих, — заявил Нокс.
Ардан не отвел взгляда от меня.
— Все это невозможно сделать без опыта.
Я наклонилась к нему, упершись ладонями в стол.
— Ты сейчас пытаешься обвинить меня в том, что я слишком хорошо справляюсь?
— Я пытаюсь понять, кем ты была до того, как стала такой.
Вопрос ударил неожиданно точно.
Марта на другом конце зала собирала пустые тарелки. За окнами темнело. Фамильяры притихли, будто тоже ждали моего ответа. А я вдруг остро почувствовала, что Ардан видит больше, чем должен. Не мое попаданство, конечно, но трещину между прежней Велорией и мной он заметил.
Это было опасно.
И почему-то волнующе.