Страница 38 из 46
Глава 32. Дом там, где огонь
Брайс резко повернулся к охранникам.
— Уведите ее в круг. Сейчас же!
Один из серых схватил меня за руку. Я не стала вырываться сразу. Иногда лучший способ испортить план врага — позволить ему думать, что он все еще управляет ситуацией. Меня вывели из комнаты в узкий коридор, затем вниз по лестнице, в старый подземный зал, где пахло сыростью, железом и темной магией.
Место было похоже на заброшенный погреб какого-то древнего дома. На полу мелом и сажей был начерчен круг, в центре стоял каменный стол, по краям горели черные свечи. У дальней стены открывался арочный проход, за которым виднелись корни деревьев и серое небо. Значит, мы были где-то в старых руинах неподалеку от ручья. Не слишком далеко от таверны.
Хорошо.
Очень хорошо.
Варрен стоял у круга.
Без красного плаща, в темном камзоле, с закатанными рукавами. На его ладонях чернели линии заклинания. На лице больше не было канцелярского спокойствия. Только злость и нетерпение.
— Ты задержался, Брайс, — сказал он.
— Она сопротивлялась.
— Она разговаривала, — уточнила я. — Понимаю, для некоторых мужчин это одно и то же.
Варрен даже не посмотрел на меня.
— Поставьте ее в круг.
Охранники толкнули меня вперед. Я вошла на сажную линию и почувствовала, как метка на запястье болезненно сжалась, будто вокруг руки затянули горячую проволоку. Круг отрезал связь. Не полностью, но достаточно, чтобы Арданов огонь стал далеким.
— Что дальше? — спросила я. — Будешь злодейски рассказывать план, пока я ищу способ испортить тебе ритуал?
Варрен поднял глаза.
— Ты не сможешь ничего испортить. До заката осталось меньше часа. Таверна чувствует отсутствие хозяйки. Источник ослабнет, клятва дракона оборвется, а договор примет того, кто окажется рядом с очагом и предъявит право контроля.
— То есть тебя.
— Того, кто понимает, что такие источники нельзя оставлять упрямым женщинам и их эмоциональным драконам.
Я усмехнулась.
— Как же тебя пугает чужой выбор.
Его лицо застыло.
Я попала.
— Ты не о безопасности заботишься, Варрен. Ты боишься. Боишься, что магия выбрала не канцелярию, не печати, не мужчину с титулом, а женщину, которая три дня назад не знала, как работает местная бухгалтерия. Боишься, что древний договор оказался умнее твоих приказов.
Он подошел к краю круга.
— Древние договоры создавали те, кто понимал цену власти.
— А ты понимаешь только цену собственности.
— Я понимаю порядок.
— Тогда почему от тебя так пахнет воровством?
Брайс нервно дернулся.
Охранники переглянулись.
Варрен поднял руку, и темные линии круга вспыхнули. Боль прошла по метке, по руке, к плечу, в грудь. Я стиснула зубы, но не закричала. Не подарю ему такого удовольствия. Не тогда, когда где-то там Ардан идет за мной, а моя таверна держит огонь.
— Ты слишком много говоришь, — сказал Варрен.
— Это семейная черта, — прошипела я. — У меня фамильяры шумные, дом разговорчивый и дракон, который тоже научился спорить.
— Дракон не успеет.
В этот момент руины содрогнулись.
Сверху посыпалась пыль.
Пламя черных свечей легло почти горизонтально.
И над лесом раздался второй рев.
Ближе.
Гораздо ближе.
Один из охранников выругался.
Брайс побледнел окончательно.
А я почувствовала через ослабленную связь такую ярость, такое раскаленное обещание, что у меня по коже пробежали мурашки.
— Уверен? — спросила я у Варрена.
Он резко начал читать заклинание.
Слова были чужими, ломкими, неприятными. Круг под моими ногами вспыхнул темным, пытаясь вытянуть из метки золотой свет. Я почувствовала, как таверна где-то далеко дрогнула, как источник под ее полом отзывается болью, как огонь в камине шатается под чужой рукой.
И вдруг поняла: если буду просто ждать Ардана, Варрен выиграет несколько драгоценных минут. Он рассчитывает на это. На женскую беспомощность. На ожидание. На то, что дракон будет ломать стены, а я стоять в круге, пока меня используют.
Как бы не так.
Я Велория Вейн.
Хозяйка “У последней ведьмы”.
И если древняя магия хочет подтверждения, она его получит.
Я опустилась на одно колено, положила ладонь прямо на сажную линию и позволила боли пройти через себя полностью. Не оттолкнула. Не закрылась. Приняла, как принимают кипяток, когда нужно вынести котел из огня, потому что за спиной люди.
— Слышишь меня? — прошептала я не Варрену. Не Ардану. Таверне. — Я не покинула от тебя. Я решила защищать наших гостей. Я не отказалась от очага. Я принесла его сюда.
Золотая метка вспыхнула.
Варрен сбился на слове.
Я подняла голову и улыбнулась сквозь боль.
— Ты ошибся, советник. Дом там, где стены, только у тех, кто никогда не любил.
Пол под моей ладонью дрогнул.
Где-то далеко, в таверне, наверняка вспыхнул камин.
Я почувствовала Марту. Не лицом, не голосом, а ощущением теплых рук и запаха травяного отвара. Почувствовала Тимо и Лиссу, Рубена на кухне, гостей у столов, Никса и Нокса, которые орали где-то над лесом так громко, что их храбрость можно было использовать вместо оружия. Почувствовала Ардана.
Он был огнем.
И он был рядом, хотя еще и не вошел в зал.
Круг треснул.
Варрен закричал от ярости, Брайс бросился ко мне, но в этот момент каменная стена справа взорвалась.
Не метафорически.
По-настоящему.
Камни разлетелись, черные свечи погасли, охранников отбросило к стене, а в зал ворвался дракон.
Огромный, темный, с золотыми глазами и крыльями, которые едва помещались в руинах. Его чешуя отливала углем и бронзой, из пасти вырывался свет огня, когти дробили камень, а вокруг него воздух горел. Это был Ардан и не Ардан одновременно. Та сила, которую он держал под человеческой кожей, теперь расправилась во всей своей древней ярости.
Он увидел меня.
Увидел кровь на губе.
И мир стал огненным.