Страница 24 из 46
Глава 22. Я хочу остаться
Связь между нами дрожала, и я чувствовала его: тревогу, упрямство, желание переубедить и злость, не на меня, а на обстоятельства. И еще что-то. То самое, от чего хотелось отступить, потому что оно было слишком сильным.
— Ты думаешь, я хочу забрать у тебя выбор? — спросил он тихо.
— Я думаю, что мир постоянно предлагает мне спасение в обмен на свободу.
— Я не мир.
— Тогда не становись похожим на него.
Селеста молчала.
Комиссия молчала.
Даже фамильяры молчали, что было редчайшим природным явлением.
Ардан сделал шаг назад.
Не потому, что отступил от меня. Потому что дал пространство.
И это ударило сильнее любого спора.
— Хорошо, — сказал он.
Я моргнула.
— Хорошо?
— Мы найдем другой способ.
Селеста резко повернулась к нему.
— Ардан, другого способа может не быть.
— Значит, поищем лучше.
— Ты рискуешь договором ради ее гордости?
Он посмотрел на нее так холодно, что воздух в подземном зале стал почти зимним.
— Я уважаю ее волю. Попробуй не путать это с гордостью.
Селеста побледнела.
А я стояла рядом с древним источником и понимала, что только что стала еще менее защищенной, но почему-то более живой.
Потому что он не стал давить.
Не стал убеждать при всех.
Не стал делать из меня слабую ради моего же спасения.
Он просто встал рядом с моим выбором.
Позднее, когда комиссия поднялась наверх и разместилась в зале за ужином, таверна гудела так, будто чувствовала приближение большой беды. Гости, узнав о столичных проверяющих, старались вести себя приличнее, что получалось у них не очень. Рубен почти не пересолил жаркое, Марта разливала настойку, Лисса улыбалась через усталость, Тимо пытался не уронить поднос рядом с магистром Олвеном.
Селеста сидела за отдельным столом с документами.
Ардан вышел во двор.
Я нашла его у обгоревшего сарая.
Он стоял в темноте, подняв лицо к небу. Лунный свет серебрил его волосы, подчеркивал линию скул, ложился на перевязанную руку. На мгновение он показался не инспектором, не драконом, не мужчиной, который слишком легко портил мне спокойствие.
Одиноким.
Мне это не понравилось.
Я подошла ближе.
— Ты злишься?
— Нет.
— Врешь.
Он усмехнулся, не поворачиваясь.
— Учишься чувствовать связь?
— Учусь понимать мужчин, которые говорят “нет”, когда имеют в виду “я сейчас уйду в ночь и буду мрачно страдать у сарая”.
Он посмотрел на меня.
— Я не страдаю.
— Конечно. Ты величественно проветриваешь раздражение.
— Звучит достойнее.
Я встала рядом.
Некоторое время мы молчали.
— Я не отказалась от помощи, — сказала я наконец. — Я отказалась от формы, в которой она звучала.
— Я понял.
— Правда?
— Правда.
— Тогда почему ты ушел?
Он медленно выдохнул.
— Потому что если бы остался рядом, мог бы сказать лишнее.
Сердце сжалось.
— Что именно?
Ардан повернулся ко мне полностью.
В темноте его глаза казались почти расплавленным золотом.
— Что я хочу дать клятву не потому, что этого требует договор.
Я замерла.
Вот теперь ночь стала слишком тихой.
Даже таверна за спиной будто стала менее шумной.
— Ардан…
— Я знаю, ты не хочешь быть кому-то обязанной. Я не предлагаю тебе клетку, Велория. Не предлагаю защиту в обмен на послушание. Не предлагаю спасение ценой твоей свободы.
Он подошел ближе, но остановился на расстоянии вытянутой руки.
Снова выбор.
Всегда выбор.
— Тогда что ты предлагаешь?
— Просто быть рядом. И оставаться у твоего огня настолько долго, насколько ты сама мне позволишь.
Дышать стало трудно.
Я могла бы пошутить. Сказать, что у огня и так тесно, что драконы занимают много места, что проживание возле хозяйского очага оплачивается по повышенному тарифу.
Все эти фразы толкались на языке, привычные, надежные, спасительные.
Но я устала спасаться от него.
По крайней мере сейчас.
Я подошла сама и положила ладонь ему на грудь. Под пальцами было тепло. Сильный ровный удар сердца. Живой. Настоящий.
— Ты опасный мужчина, Ардан Рейгар.
— Потому что дракон?
— Потому что умеешь ждать там, где другие требуют.
Он накрыл мою ладонь своей.
— А ты опасная женщина, Велория Вейн.
— Потому что ведьма?
— Потому что рядом с тобой мне впервые хочется не побеждать, а остаться.
Я поднялась на носки.
— Это почти красивое признание.
— Почти?
— Ему не хватает практической пользы.
— Какой?
— Например, поцелуя, который поможет мне решить, насколько я готова терпеть твою бывшую невесту в своем зале.
Он улыбнулся.
На этот раз медленно, тепло, почти счастливо.
— Ревность все-таки поднялась в списке?
— Не обольщайся. Она все еще после крыши.
— А я?
— Ты между пожарной безопасностью и закупкой муки.
— Почетное место.
— Веди себя хорошо, и я подумаю о повышении.
Он поцеловал меня.
Не резко, не жадно, как вчера на кухне после страха и огня. Сейчас поцелуй был другим. Глубоким, медленным, почти обещающим. Ардан не торопил, не забирал, не доказывал. Просто целовал так, будто у нас впереди было время, хотя мы оба знали, что завтра его может не оказаться.
Я ответила.
Потому что хотела.
Потому что могла.
Потому что выбор был моим.