Забытая империя

Глава 22

Из ролика-воспоминания Кипрея все вернулись в мрачной задумчивости. Особенно меня тревожил тот факт, что Эрмир так и не вернулся в Серые земли.

Об этом я и рассказала Десятому, заодно кратко описав историю наших с Эйдом поисков. Последний, к слову, потребовал вызвать Амаранту чтобы убедиться, что с ней всё в порядке, и теперь окружил подругу удивительной заботой. На миг мне даже показалось, что он стремился найти не столько Кипрея, сколько прекрасную кифару.

Но кто я такая, чтобы осуждать?

Рейдовый чат, который я задвинула подальше, взорвался радостными воплями, а несколькими секундами позже Ксюпир написал:

«Добили охрану сокровищницы. Ща соберём лут, узнаем надо ли ещё чем помочь нашим неписям, проверим и зачистим оставшиеся туннели, а потом по домам. У тебя как?»

«Нашла Кипрея, квест в процессе. Если понадобится помощь — напишу».

«Ок».

— Ты поведала тревожные вести, Лорелей, — после продолжительного молчания признался Десятый. — По моему замыслу Эрмир без подпитки от меня должен был вернуться В Серые Земли. Но ты утверждаешь, что не сумела призвать его моей песней.

— С помощью хитина тарантула мы способны пребывать в мире живых без поддержки призвавшего нас барда, — сообщил ему Портулак. — А судя по тому, что я успел увидеть, уверен, что тут есть артефакты, способные делать это куда дольше, чем с использованием сырой силы хитина.

— Или его снова призвали, — я не стала сбрасывать со счетов и менее вероятный вариант развития событий.

— В любом случае, он должен мечтать о том, чтобы снова попасть сюда и поселиться в новое тело, — со странным голодным блеском в глазах произнесла Астильба. — Завеса разрушилась вместе с бутоном, а значит, мы обязаны уничтожить этот артефакт как можно скорее.

— Опасаешься, что Эрмир узнает и вот-вот явится сюда? — удивился её поспешности Портулак. — Несмотря на зловещее предназначение, артефакт уникален. Стоило бы изучить его и, по меньшей мере, сделать записи о его структуре.

Астильба покачала головой и с горечью призналась:

— Опасаюсь, что не совладаю с желанием получить себе новое тело и вернуться к жизни. А затем вернуть к жизни и тебя. И мне будет не так уж важно чью душу я раньше срока отправлю в Серые земли, и чью виту использую…

Кипрей поднял на неё поражённый взгляд, а вот Портулак мягко обнял Шестую и тихо прошептал:

— Я рад, что ты осознаёшь, насколько губителен этот артефакт.

Астильба же едва заставила себя оторвать взгляд от трискеля.

— Для кого-то он погибель, для других — спасение, бессмертие, могущество. С такой силой мы навсегда защитили бы Сокрытый лес ото всех угроз.

— Как показали недавние события, мы и сами способны стать угрозой родному лесу и нашим братьям, — с грустью напомнил Портулак. — Мы уже достаточно поиграли с заёмными силами и вынесли горький урок.

Хмуро кивнув, Астильба наконец отвела взгляд от такого манящего артефакта.

— Его нужно уничтожить, — с нажимом повторила она. — В идеале со всем этим местом. Погрести тёмные секреты под неподъёмной толщей камня.

— Согласен, — устало проговорил Кипрей. — Сейчас я не в состоянии проделать подобное, но мы могли бы попросить о помощи.

— У меня есть решение!

Я торжественно достала из инвентаря припасённые крупные куски хитина тарантулов и протянула их Пятому и Шестой. Те привычно уже выпили дармовую силу, стремительно вырастая в уровнях пусть и не до своей прижизненной мощи, но вполне достаточно, чтобы попытаться разнести проклятый артефакт.

— Сырая сила будет уходить из нас довольно быстро, — коротко пояснил Портулак удивлённому Кипрею, — потому нужно поторопиться и…

Договорить он не успел — запечатывающие второй коридор массивные ворота с душераздирающим скрипом открылись, пропуская в зал игроков Легиона.

— Лори, а ты что тут делаешь? — удивился идущий среди первых Фро. — Мы только зачистили путь в этот зал.

— Зашла с другой стороны, — на автомате пояснила я, решая, как поступить с игроками.

Попросить пока уйти, или предложить Кипрею озадачить их разрушением всех этих пещер? Уверена, у игроков найдётся чем устроить «бадабум», а у Десятого, или Совета сильвари отыщется достойная награда за такой подвиг.

Но все мысли вылетели из головы, когда следом за Фро и компанией вошли неписи. И впереди шёл Иларис Наран, почему-то неся на руках недвижимое тело какой-то красивой девушки.

По сюжету ранен кто-то из его бойцов? Или… Погиб! И сейчас он заявит, что должен её воскресить и этот артефакт им поможет? Жопа, Астильба будет решительно против.

Я не угадала. Мэр Тени не успел ничего сказать — Кипрей удивлённо вскинул голову, чуть сощурился, разглядывая эльфа, и неуверенно спросил:

— Иларис? Что ты здесь делаешь?

— Вы знакомы? — хором произнесли мы с Фро, переводя ошарашенные взгляды с Нарана на Кипрея.

— Иларис был моим проводником в этих землях, — коротко пояснил Десятый. — Но с тех пор он успел измениться. Твои волосы стали седыми.

Хмыкнув, градоначальник бережно передал тело девушки одному из своих бойцов, и неспешно подошёл к нам.

— После того, как ты исчез в этой пещере и перестал откликаться, а вход в неё закрыла странная магия, я много всего повидал и пережил, — едва заметно усмехнулся эльф. — Прошло больше ста лет.

Он перевёл взгляд на меня:

— В душе я надеялся, что представительница твоего народа сумеет понять как войти в пещеру и узнает, что же с тобой случилось, но не думал, что Лорелей сумеет сделать это самостоятельно и так быстро.

Я только хмыкнула. Значит ушлый проводник Кипрея с самого начала знал, где находится «пещера с сокровищами» и не хватало ему только работающей портальной сети и мощного отряда для зачистки големов.

И, едва подумав об этом, нахмурилась. Ведь мы с Эйдом спрашивали его о Кипрее, но Иларис заявил, что ничего о нём не знает… Не хотел, чтобы мы ринулись на помощь и первыми попали в сокровищницу? Звучит правдоподобно, ведь рейд он сперва повёл не на помощь бывшему нанимателю, а за ценным лутом.

Ну а его утверждение, будто он искренне надеялся, что я сумею помочь попавшему в беду Кипрею, нужно делить на два. Вполне вероятно, что Иларису попросту наплевать на самонадеянного странника, что вляпался в неприятности по собственной вине, а слова сказаны просто из желания не потерять лицо.

Да и выглядел эльф не виноватым, а довольным, словно кот, проведший отпуск на побережье океана сметаны.