Страница 3 из 226
1947
Симона дe Бовуар в Соединенных Штатах.
По приглашению нескольких американских университетов Симона де Бовуар посещает Соединенные Штаты, где остается с января по май. В феврале она приехала в Чикаго, где по совету одной приятельницы познакомилась с писателем Нельсоном Олгреном. Олгрен показал ей изнанку города, забегаловки в польском квартале, затем она отправилась поездом в Лос-Анджелес. Эту встречу де Бовуар описала в «Силе вещей».
Дорогой Нельсон Олгрен. Попытаюсь писать по-английски. Поэтому простите мне грамматику, а если я употребляю слова не в истинном их значении, поймите их все же. Кроме всего прочего, у меня дурной почерк и я пишу в движущемся поезде.
Расставшись с Вами, я закончила в гостинице мою статью — боюсь, что не слишком удачную, но ничего не поделаешь, — поужинала с французами, которые внушали мне ненависть, потому, что были ненавистны, и потому, что не дали мне поужинать с Вами. Позвонила Вам, они посадили меня в поезд, и, лежа на полке, я открыла Вашу книгу{3} и читала ее, пока не заснула. Сегодня, сидя у окна, я продолжаю чтение, одновременно любуясь пейзажем спокойного дня, и прежде чем лечь, мне хочется Вам сказать, как понравилась мне Ваша книга и как сильно нравитесь мне Вы. Думаю, что Вы это поняли и сами, хотя мы очень мало говорили. Не стану Вас благодарить, это не имело бы никакого смысла, но я была счастлива находиться с Вами, хочу, чтобы Вы это знали. Грустно было говорить Вам до свидания, а возможно, и прощай навеки. Хотелось бы вернуться в Чикаго в апреле, чтобы поговорить с Вами о себе и чтобы Вы поговорили со мной о Вас. Но будет ли у меня время? И потом, спрашиваю я себя, если так горестно было наше вчерашнее прощание, не будет ли много хуже расставаться после пяти-шести проведенных вместе дней, когда мы сделаемся хорошими друзьями, в чем я не сомневаюсь? Не знаю.
В любом случае — до свидания или прощайте — я не забуду этих двух дней в Чикаго, что означает — я не забуду Вас.
С. де Бовуар
В ответном послании Олгрен сожалеет, что Симона де Бовуар уехала из гостиницы, не захватив оставленные ей у портье книги. Чувствуется, что он полностью покорен и что ему кажется забавным этот контраст между внезапно возникшим взаимопониманием и абсолютным своим неведением по поводу личности Симоны де Бовуар и значимости ее идей и творчества в мире: о ней ему неизвестно ничего. Кроме только что полученной статьи из «Нью Йоркер», посвященной экзистенциализму.
Дорогой друг. По возвращении из путешествия в Калифорнию я нашла Ваше письмо и книги. Знаете, я разыскивала эти книги по всем полкам Палмер Хаус и была страшно огорчена, что не нашла, не только потому, что хотела их прочесть, но и потому, что это был Ваш подарок, что бесконечно умножало их ценность. Полностью удовлетворена теперь, когда они у меня, вместе с письмом.
Еще не знаю, возможен ли будет мой приезд в Чикаго в апреле: мне осталось прочесть еще немало лекций в Нью-Йорке и рядом. В любом случае я почти уверена, что сумею вернуться в Америку в будущем году. Мои друзья из Лос-Анджелеса затеяли продажу моего последнего романа{4} в кино, некоему продюсеру, и я совершенно счастлива, так как смогу приезжать надолго и договорюсь о том, чтобы провести какое-то время в Чикаго. Действительно ли Вы намерены приехать в Париж? С радостью Вам его покажу. Но прежде всего хочу иметь Ваш роман{5}, пожалуйста, потрудитесь мне его достать.
Калифорния очень мне понравилась — Сан-Франциско, восхитительные пейзажи, страшно милые люди. Я отыскала там свою лучшую подругу{6}, с которой была разлучена целый год, с тех пор как она вышла замуж за американца и уехала из Парижа. Удалось почитать немного «Домой возврата нет» Томаса Вулфа{7}, неплохо. Но мне не забыть чикагскую Бауери{8}, польские забегаловки, ледяной ветер, не забыть никогда.
До свидания. Счастлива, что встретила Вас, и уверена, что мы встретимся снова, в этом или в следующем году.
С. де Бовуар
Дорогой друг. Вот я и вернулась в Нью-Йорк после поездки с лекциями по окрестным колледжам и университетам; это продолжалось две недели. Улетаю из Америки 10 мая, и мне не хотелось бы уехать, не повидав Вас. Но вряд ли смогу выбраться в Чикаго: обещанные статьи, назначенные дискуссии и две лекции в самом Нью-Йорке. Возможно ли для Вас появиться в Нью-Йорке между 27 апреля и 10 мая? У нас было бы время встретиться и вдоволь наговориться. Если возможно, я могла бы позвонить Вам в любое время, чтобы договориться о дате. Если же нет, попытаюсь приехать на пару дней. Ответьте мне. И, пожалуйста, постарайтесь привезти мне Ваш роман. Вчера у друзей я видела его экземпляр с отвратительной фотографией, совершенно на Вас не похожей, было искушение украсть, но не смогла.
До свидания. Надеюсь, до скорого.
С. де Бовуар
Вернувшись в Нью-Йорк, Симона де Бовуар звонит Олгрену. Поскольку связанные с Сартром обстоятельства вынуждают ее продлить свое пребывание в Соединенных Штатах, она, поколебавшись, решается съездить к Олгрену в Чикаго, они проводят вместе три дня, по истечении которых она убеждает его вернуться с нею в Нью-Йорк, где они остаются до ее отъезда в Париж семнадцатого мая.