Страница 83 из 110
– Моя племянница вбила себе в голову, что должна всю жизнь прожить со мной, не выходя замуж.
– Но, ведь это противоестественно, – начал я, пройдя по кабинету.
– Вот и я ей сказал о том же. Я долго говорил о том, что ей должно выйти замуж и родить собственных детей.
– А она?
– По собственному легкомыслию долго упиралась.
– Что же делать?
– Нет-нет, вы не беспокойтесь, сейчас уже всё слажено. Она согласна, как мне кажется.
После его слов я выдохнул весь воздух из груди и свалился на рядом стоящий стул.
– Уф, господи, как же это всё мучительно для меня.
– Вы не беспокойтесь, Родион Николаевич, зная Машу, я полагаю, что она не передумает.
– Дал бы бог…
– Я с ней долго беседовал. Уговаривал. Сказал, что и после свадьбы мы с ней будем видеться. Что я не оставлю её. И что буду любить и её детей.
– Господи, да конечно, – радостно отозвался я. – Мы можем часто гостить друг у друга. И потом, Иван Ильич, я полагаю, что вы сами находитесь в тех летах, когда и вам можно подумать о собственной женитьбе.
– Ах, это? – рассмеялся он. – Иногда мне кажется, что жизнь старого холостяка – это мой вечный удел.
– А вот это ты, Ваня, напрасно! – погрозил я ему пальцем.
Теперь, когда мое измученное сердце посетило предчувствие огромного счастья, мне казалось, что я могу сделать счастливыми всех вокруг.
Спустя несколько минут Иван продолжал:
– Я полагаю, что венчание должно пройти после экзаменов. Весной.
– Да, конечно. Я подожду. Разумеется, так будет правильнее всего.
– Мари получит аттестат, и мне тоже будет спокойнее, что она получила хоть какое-то образование. А пока у нас впереди полгода, я думаю, что и вам за это время надо бывать у нас чаще, да и нам с Мари, я полагаю, лучше несколько дней погостить у вас. Она должна к вам лучше привыкнуть.
– Господи, ну конечно, я с удовольствием вас приглашу. И на зимних вакациях тоже. Хотя, зачем так долго ждать? Я приглашаю вас к себе на обед в ближайшее воскресенье.
– Хорошо, я поговорю с Машиной классной дамой, чтобы она отпустила её на всё воскресенье.
– Да, – мои глаза сияли от счастья, а в душе играла самая прекрасная музыка.
Я опущу все мелкие подробности. Всю неделю я готовился к предстоящему визиту Ивана Ильича и Машеньки. Я долго продумывал детали предстоящего званого обеда. Я не стал доверять приготовление еды своему повару и решил заказать обед в лучшем ресторане города. Там же я оплатил и услуги официанта. Я долго и детально обговаривал меню. Оно должно было быть изысканным. Помимо нескольких паштетов и французского галантира с белыми грибами, я заказал отменные расстегайчики, три вида кулебяки, заливное из осетрины и жареного поросенка с хреном. Заказал я и свежей икры трех видов и розовой форели. Помимо этого я оплатил большой торт, три вида пирожных и мороженное с клубникой. Я знал, что Мари любит именно такое. Я готов был скупить ей кучу шоколада, конфет и прочих сладостей. Но решил вовремя остановиться. И хоть моя нимфетка любила вкусно поесть, того количества еды, которое должны были привезти из ресторации, хватило бы на дюжину прожорливых нимфеток. К тому же я заказал шампанского, и нам с Иваном хорошего вина, ликера и рома.
Неделя ожиданий, как мне казалось, тянулась бесконечно. Накануне воскресенья я не мог даже толком заснуть. Руки у меня тряслись от волнения. К середине дня я сам был тщательно причесан и одет в модный фрак, а стол был уже накрыт. Всюду лежали кружевные салфетки и были готовы свечи. Возле стола, словно страж, стоял напомаженный и вышколенный официант. Наконец в три дня пополудни в моей квартире раздался звонок. Дуня, одна из моих чопорных горничных, пошла открывать двери. И вот в прихожей раздался натянутый смех Грачева. Машенька почти ничего не говорила. Она осматривалась по сторонам с настороженным видом.
Когда Мари сняла с себя теплые ботики с калошами и капот, она уменьшилась ровно вполовину. На ней было надето довольно скромное темно синее платье с закрытым воротом, строгим белым воротничком и белыми же манжетами. Это платье сильно напоминало гимназическую форму, с той лишь разницей, что у этого наряда отсутствовал форменный передник.
Мне показалось, что за то врем, пока я ее не видел, девочка несомненно подросла и даже стала чуточку полнее. Когда она разделась, я сразу же заметил, насколько выросли ее маленькие груди. Несомненно, они украшали ее стройную девичью фигуру, хотя это естественное состояние женской физиологии немало огорчило меня. Да, господа, я многим покажусь изысканным развратником. Но я уже каялся, что предпочитаю маленькие, едва развитые груди. Я даже забеспокоился, о том, как бы ее фигура не стала еще более пышной к моменту нашей свадьбы. Это обстоятельство казалось мне крайне нежелательным. Я постарался отогнать свои греховные мысли и сосредоточиться на лице моей возлюбленной. А лицо ее выглядело поистине прекрасным. Оно сияло в ореоле пышных волос, выбивающихся из толстой косы.
После обмена несколькими приветственными словами, мы перешли в зал, где был накрыт стол. Я видел, что глаза Мари округлились от удивления. Она даже чуточку оробела при виде той роскоши, с которой был обставлен весь обед.
Мы постепенно приступили к трапезе. Мари, как и прежде, ела с большим аппетитом. Каюсь, но меня вновь немного насторожило это обстоятельство. С одной стороны, я любовался ее живой мимикой и тем, как красиво и вдохновенно она поглощает пищу. Моя нимфа ела самозабвенно и невероятно изящно. Но, с другой стороны, я опасался, как бы с её аппетитами она постепенно не превратилась в пышку.
Но я вовремя вспомнил о том, что девочка жила в интернате, и что вряд ли её там всегда кормили досыта. На этом я и успокоился. Как это водится, мы повели с Иваном неспешную, приличествующую обстановке беседу об учебном процессе. Мы рассказали по паре легких и ни к чему не обязывающих анекдотов. Дружно посмеялись над ними.
Несколько раз во время обеда я ловил на себе её взгляд. В нём не было, как мне казалось, ровно никакого желания, понравиться мне, как мужчине. Наоборот, я чувствовал во взгляде Мари какой-то новый холод, доселе невиданный мною. Казалось, что холод в её глазах перемежается с женским любопытством. Я решил немного разрядить обстановку и предложил выпить шампанского.
– Я понимаю, что Машенька очень молода для вкушения вина, – волнуясь, произнес я. – И все же я дерзну предложить всем нам испить по бокалу шампанского. Я купил недурственное французское шампанское. И предлагаю выпить за нашу встречу.