Страница 53 из 110
От росистых трав, ночных цветов, деревьев и, казалось от самой земли и звездного неба пахло пьянящей свободой. У Владимира тревожно и радостно заныло в груди.
Темный небосвод, освещенный Селеной, и таинственный лес, и древний храм – все это сливалось в огромный шар, несущийся вне времени и вне пространства.
– Что это? – прошептал Владимир.
– Это храм Юпитера. Он был возведен на этом месте еще до нашей эры. А сейчас здесь тайно устраивают праздники в честь Диониса.
В небе громко вскрикнула ночная птица, а по телу Владимира пошли мурашки.
– Но тут же никого нет.
– Это пока. До полуночи осталось совсем немного. Сейчас здесь появятся участники мистерии. Пойдем, пока займем свои места в храме.
Она потянула Владимира за руку. Они шагнули по мраморным ступеням на площадку открытого атриума. С этого места высокие колонны казались особенно монументальными. А над головой, меж кривых обломков фронтона, синело звездное небо. С обеих сторон послышался легкий гул людских голосов. От темной полоски леса потекли молочные струи. Когда он пригляделся, то понял, что это были люди, одетые в светлые туники. Они сливались в одну широкую белую реку, текущую к подножию разрушенного храма.
– Видишь их сколько? – шепнула Лучиана. – Для тайной мистерии они все переодеваются в старинные туники, чтобы их никто не узнал. Многие надевают на лицо маски.
– Они стесняются своего тайного участия в этом мероприятии?
– Ты прав. Среди них много знатных горожан. Есть банкиры и торговцы вином, тканями, шерстью и прочими товарами. Есть среди них и очень знатные сеньоры. Есть даже члены парламента, приоры и гонфалоньеры.
– Вот даже как?
– В прошлый раз здесь был сам гонфалоньер правосудия.
– А как на это смотрит Святой престол?
– Конечно же, плохо. За участие в Вакханалии им грозит отлучение от церкви, суд и даже смертная казнь, – прошептала Лучиана. – Участников вакханалий преследует не только церковь, но и Римский Сенат. Консулы производят розыски нарушителей по всей Италии.
– И, тем не менее, их это не останавливает…
– Нет. В крови каждого итальянца живет страсть к языческим оргиям. Мы очень свободолюбивый народ.
Пока они шептались, по ступеням храма уже поднимались первые участники. Владимир увидел пред собою крепких и стройных красавцев, одетых в легкие светлые туники и тоги более темных оттенков. У многих даже эти, старинные наряды, были исполнены из самых дорогих тканей. Владимир увидел нескольких модников, чьи туники и тоги были пошиты из византийского шелка, отороченного золотым орнаментом. Их крепкие ноги были обуты в мягкие и изящные сандалии, а на головах красовались венки из золоченых листьев лавра. Но не у всех мужчин были открыты лица. У большинства их прикрывали маски, напоминающие лохматые морды козлов с крутыми рогами. У прочих на лицах красовались обычные театральные маски – с перьями и разноцветной мозаикой. После мужчин на платформу перистиля поднялись и женщины. Большинство из них тоже были одеты в светлые туники, струящиеся шелковыми и льняными фалдами. На головах прелестниц красовались венки из водных лилий и полевых маков. На шеях многих гостей свисали гирлянды из виноградных листьев.
Слева от атриума Владимир увидел две подводы с винными бочками. Слуги разгружали их возле помоста и катили в конец перистиля. Народу становилось все больше и больше. Недалеко от того места, где стояли Лучиана с Владимиром, образовался небольшой ансамбль музыкантов. Здесь были древние рогатые кифары с натянутыми струнами, костяные тибии, медные кимвалы, кроталы, рожки и авлосы. Были здесь и систры с тимпанами. Музыканты настраивали свои инструменты, доставая листки со стихами.
– Они читают под музыку отрывки из Вергилия и Горация, – шепотом поясняла Лучиана.
– Как всё серьезно, – усмехнулся Владимир.
– Ты зря усмехаешься, – улыбнулась Лучиана. – Пойдем, я покажу тебе каменных Приапов.
– Кого?
– Приапов… Сегодня здесь будет жертвоприношение, – прошептала она с горящими глазами.
Людская толпа становилась все больше и оживлённей. От нее шел ровный гул восторженных голосов. Среди толпы Владимир разглядел несколько весьма привлекательных женских лиц, не скрывающихся под масками. Они прошли к середине атриума. Помимо света яркой луны пространство в этой части было хорошо освещено несколькими факелами. Их держали в руках слуги. На небольшом мраморном подиуме, похожем на низенькую театральную сцену стояли три каменные фигуры, покрытые холщевой тканью.
– Это и есть Приапы, – горячо шептала Лучиана, обдавая висок Владимира горячим и чистым дыханием.
Но не успел он удивиться, как кто-то из распорядителей взошел на подиум и сорвал с фигур покрывала. Толпа приветственно загудела.
Пред очами Владимира предстали три идола – это были каменные изваяния бога плодородия Приапа. Каменные лица изваяний застыли в немых усмешках. Казалось, что они скалят зубы в беззвучном хохоте. Образы этих божков походили на низкорослых крестьян, чьи головы и коренастые фигуры были сплошь покрыты курчавыми волосами. Но главным было не это. Меж ног у каждого из трех идолов красовались огромные каменные фаллосы. Ниже фаллосов шла небольшая подставка, похожая на лошадиное седло.