Страница 41 из 83
34
— Значит так, — тон брюнета не оставлял сомнений, что Марк может решить по-другому. — Сколько ставишь на своего парня?
— Мне кажется, этого делать не стоит.
Они стояли на крыльце «Клондайка», холодный ветер, словно фокусник, выхватывал из-под фонаря мелкие колючие снежинки и бросал их в лицо.
— У меня с деньгами туго, — Марк старался все завершить миром. — Только выигрыш.
— Лобан, сколько он выиграл?
— Тыщ двенадцать баксов.
Лобаном звали того самого телохранителя, с которым так неудачно схлестнулся Джесертеп. Сейчас он стоял рядом с хозяином и с ненавистью смотрел на демона. Еще двое таких же крепких парней находились чуть поодаль.
— Вот двенадцать и поставь.
— Ребята, мы с Севера, — начал излагать неожиданную легенду Марк. — Зашли поразвлечься. Извините за недоразумение.
— Ничего себе недоразумение, — изумился брюнет. — Разгрохали стойку, набили Лобану морду. Я заплатил за беспорядок. А Лобан вот недоволен. Он жаждет компенсации. Правда, Лобан?
— Я его убью, Портной. Я его сделаю.
Ситуация вырисовывалась самая неприятная.
В казино Портной быстро уладил недоразумение, успокоил охрану. Списал драку на местные разборки и предложил не поднимать шума. Потом расплатился с администрацией, не дав Марку сказать даже слова, и пригласил поговорить на свежий воздух. Здесь тут же, без паузы, предложил заключить пари на победу телохранителей. Джесерпета он явно считал сопровождающим Марка бойцом и сейчас хотел развлечений.
— Все будет по-честному. Кладем деньги, они бьются друг с другом, потом расходимся. Не обману, слово.
Похоже, Портной был одним из местных авторитетов. Унижение человека из своей команды воспринял, как личное. У Марка не было уверенности, что все будет происходить по предложенному сценарию. В Джесертепе он не сомневался, но, что может случиться потом, одному богу известно…
— Я согласен, — коротко сказал молчавший до этого Джесертеп. — Деньги против денег. Тебе не жалко друга?
— Твой парень, наверное, того… — рассмеялся Портной. — Как бы Лобан его сильно не обидел.
— Он у меня умоется, — Лобан никак не мог смириться с тем, что его сбили с ног, как мальчишку. — Башку оторву!
Соотношение сил и впрямь казалось неравным.
— Все, решено! — подвел черту Портной. — Поедем на моей машине. Свою пока оставишь здесь.
Марк не успел сказать, что никакой машины у него нет. Один из телохранителей уже подогнал к крыльцу длинный, как трамвай, красный «Линкольн».
— У меня сегодня все равно игра не шла, — доверительно поделился с Марком уже в машине Портной. — Может, хоть сейчас повезет.
Он нажал кнопку, и в середине салона открылся бар. Портной плеснул виски в стакан, протянул Марку.
— Эй, — крикнул он, обращаясь к остальным. — Выпьете?
Джесертеп отказался, а Лобан осушил канадский «Black Velvet» одним глотком.
Поглядывая иногда в окно, Марк заметил, что не видно стало даже фонарей. «Линкольн» скользил по пустому шоссе в сторону от города.
«Завезут еще куда-нибудь… — подумал он. — С этой оравой Джесертеп, конечно, справится, но не слишком ли много для одного дня?»
Портной сидел барином — дорогое пальто расстегнуто, белая сорочка, бабочка, — не иначе английский аристократ на отдыхе. Только вот пахло в этой машине не только деньгами, но и уголовщиной.
— У меня есть одно место, где никто не помешает, — Портной прервал молчание, закурил, предложил сигарету Марку. — Ты сам-то откуда? Никогда тебя раньше не видел.
— А я не местный. Сказал же, что с Севера.
— Из Тюмени, из Норильска? Ну не хочешь отвечать, как хочешь. Но учти, у нас тут свои порядки, чужие должны ходить смирно.
— Да разве мы затеяли драку? Твой и начал, — кивнул Марк в сторону Лобана. — Мы бы ушли спокойно.
— Ох, парень, — вздохнул Портной. — Что-то ты, наверное, не понимаешь…
Свернули с шоссе, и впереди замаячила большая бетонная коробка недостроенного здания. Похоже, стадион.
— Точно, — довольно подтвердил Портной. — Я его два года назад купил, а достроить руки не доходят. Но мы тут иногда бываем.
Их встретил сторож с собакой, узнал хозяйскую машину и предупредительно распахнул ворота. Въехали на замусоренную строительную площадку и дружно вышли под падающий мелкий снег.
Пока Джесертеп и Марк осматривались, стоя несколько особняком от остальной компании, Портной уже о чем-то переговорил со сторожем и махнул рукой, давая знать, чтобы следовали за ним.
— Ты как? — тихо спросил Марк демона, пока шли длинным бетонным коридором, из стен которого местами торчала ржавая арматура.
— Сейчас увидишь, — пообещал Джесертеп.
Коридор вывел на арену. Незаконченная хоккейная коробка, зрительные трибуны, круто уходящие под потолок, холодно, как на улице.
— Как тебе мой Колизей? — Портной остановился, подождал пока принесут стулья. — Располагайся. Да, забыл, деньги кладем вот сюда.
Охрана притащила стол, выпивку. Включили большой свет, и громадный зал стал еще неуютнее.
— Он у тебя в каком стиле работает? Каратэ, кунгфу, таиландский бокс?
— Всего понемножку.
— Это хорошо, люблю универсалов. А все-таки твой парень мелковат!
Лобан тем временем стащил с себя куртку, потом рубашку и остался в широких брюках, не мешающих в шаге. Он пару раз крутанулся на арене, нанося ногой удары в воздух.
— Сейчас посмотрим, — Портной довольно потер руки и налил себе в стакан виски. — Начинайте!
Джесертеп, молча наблюдавший до этого за упражнениями Лобана, быстро скинул с себя плащ и через минуту вышел навстречу своему противнику обнаженным до пояса. Он казался подростком по сравнению с Лобаном. Тот со своей рельефной красивой мускулатурой, оглядел демона надменно и зло, видимо, стараясь понять, как это он не сумел устоять на ногах после его удара.
— Чего мнетесь, как барышни? Врежь ему, Лобан!
Стойка у Джесертепа была какая-то нелепая, корявая. Ноги полусогнуты в коленях и широко расставлены, руки прижаты локтями к торсу и разведены — так примерно изображали борцов на античных амфорах. Лобан, напротив, стоял свободно, раскованно, готовый в любое мгновение рвануться вперед и так же стремительно отступить.
Перекрещивающийся свет прожекторов отбрасывал сразу несколько теней от фигур бойцов и высвечивал на их телах каждую мышцу.