Страница 36 из 122
— Всё дело в цифрах, — сказал Боб. — Они вкалывают рядовыми боевиками в «Черных волках», X-11 или какой-нибудь другой банде, где им платят по три доллара в час за то, что они торчат на углах улиц, отмораживая себе яйца и приторговывая крэком и метом. Каждого четвертого из них убивают на этой работе. Поэтому всё дело в том, чтобы подняться по цепочке: стать бегунком, начальником охраны или казначеем банды. Тогда ты сразу начинаешь получать в десять раз больше и имеешь куда больше шансов выжить. Но чтобы туда пробиться, нужно заставить себя заметить. А самый быстрый способ выделиться — показать, что ты готов убивать.
— Интересно. И вы знаете это по собственному опыту?
— Я знаю это потому, что прочел в статье об экономике наркоторговли.
— Понимаю. Значит, дело просто в экономике?
— В экономике и стимулах. Мораль говорит о том, каким бы мы хотели видеть этот мир, а экономика — о том, как он устроен на самом деле.
Лунде кивнул.
— Похоже, вы не согласны, — заметил Боб и заглянул в свои записи.
— Вы, вероятно, хотите услышать больше о Гомесе?
— Мы не торопимся, пока понятия не имеем, где он. Продолжайте.
— Хорошо. Что ж, по-моему, они стреляют просто потому, что могут. Потому что для них не существует границ. И у них есть это невероятное оружие. Ведь стрелять — это приятно, разве нет?
Боб Оз кашлянул.
— Не знаю. Я не стреляю. Он упоминал других родственников или друзей, здесь или в других местах?
Лунде покачал головой.
— Только то, что его родители живут к югу от границы.
— На что он живет?
— Случайные заработки. Диплом его родной страны здесь бесполезен, если нет вида на жительство.
— Названия каких-нибудь фирм, где он работал, можете вспомнить?
— Простите, мы не говорили о таких вещах… о нашей повседневной жизни. Помню только, он упоминал, что дольше двух месяцев ни на одном месте не задерживался.
— Возможно, он не хотел говорить о своей повседневной жизни потому, что зарабатывал на хлеб, работая на банду X-11, — предположил Боб Оз.
Собеседник недоверчиво наморщил лоб.
— Я разговаривал с врачом, который выписывает ему рецепты на инсулин, и он сказал, что у Гомеса на спине выбита татуировка банды X-11.
— Но это же… нелепо, — сказал Лунде.
— Почему?
— Потому что он рассказывал мне, что парни, которые стреляли в него и его дочь, были в куртках с символикой X-11.
Тишину прорезал звук. Где-то вдали то нарастал, то затихал одинокий вой полицейской сирены. Боб сверился с часами.
— Как думаете, Лунде, он сюда вернется?
— Возможно. Я не умею читать людей, но пока его кот здесь, шанс есть. Те, кто потерял близких, часто привязываются к своим питомцам еще сильнее.
— Дайте мне знать, если он объявится — и как только это произойдёт. — Боб протянул ему свою визитку. Лунде секунду колебался, но взял ее.
— Я всё делаю не спеша, — сказал он, убирая карточку в свой календарь. — Как вы, наверное, заметили, я медленно думаю и медленно говорю. Так что, если он объявится, я тоже могу не сразу вам позвонить.
— Но всё-таки позвоните?
Майк Лунде медленно кивнул.
— Полагаю, что да. А этот ни в чем не повинный человек, в которого он стрелял?..
— Его зовут Данте, он торгует оружием в Джордане. Наверняка сотрудничает с несколькими бандами, но в основном с «Черными волками».
— Значит, он…
— Да, я соврал, на его совести наверняка висит несколько жизней. Если у него, конечно, вообще есть совесть. — Боб убрал блокнот обратно в карман.
Колокольчик над дверью звякнул, когда Боб вышел. И звякнул снова, когда спустя мгновение он вернулся.
— Да? — спросил Майк Лунде, сидевший на корточках перед росомахой со спреем в руке.
— Так о чем же вы тогда разговаривали?
— О чем разговаривали?
— Раз уж вы не обсуждали ни работу, ни друзей, ни семью.
Майк Лунде перестал брызгать спреем и поднял голову с грустной улыбкой.
— Мы разговаривали об одиночестве.
Боб Оз кивнул.
Когда он вышел на улицу, солнце сияло над всем городом.