Забытое имя

2.

***

На осенние улицы спускались сумерки. Зажигались фонари, витрины магазинов и кафешек манили рекламой и разнообразными вывесками. Город жил своей яркой жизнью, наслаждаясь тёплой осенью и золотом листвы. Мимо проезжали машины, из открытых окон домов слышались смех и музыка, голоса скандалов и бой посуды. Трое бездомных сидели на лавке в сквере и тихо о чём‑то шушукались. Один из них поглаживал тощую пепельно‑серую кошку. Кошка жмурила глаза, цепляла коленки мужчины коготками и очень громко мурлыкала, чем привлекла внимание Агнешки. Девушка на мгновение остановилась, посмотрела на животное и мужчину и вдруг улыбнулась своим мыслям: «Как мало иногда нужно для счастья. Просто внимания… Чтоб рядом был кто‑то, кому можно так же доверять… Как эта кошка доверяет человеку». Агнешка достала кошелёк, вытащила оттуда купюру небольшого достоинства и хотела уже отдать её мужчине, чтоб он купил для кошки корм, но передумала и, развернувшись, пошла в магазин сама. Приобретя несколько пакетов корма, хлеб, молоко и пачку сосисок, она вышла из магазина и с облегчением вздохнула. Мужчина прилёг с кошкой на лавке, а двое собеседников уже виднелись в конце аллеи. Нешка поспешила к нему, а, подойдя ближе, остановилась и задумалась. Мужчина открыл глаза и внимательно посмотрел на девушку.

— Я вас чем‑то напугал? — спросил он. На удивление, голос оказался приятным, молодым. — Вы буквально остолбенели. Проходите, не бойтесь, я ничего не сделаю.

— Н…н…нет, — голос девушки предательски задрожал. — Я купила корм для вашей кошки, но поняла, что вы и ваши друзья тоже, наверное… — она замолчала. Так неловко она себя ещё никогда не чувствовала.

Мужчина сел, немного подвинулся и показал Агнешке на скамейку рядом с собой.

— Матильда любит поесть, да и я тоже не откажусь от еды, — он улыбнулся. — Если не брезгуете, посидите с нами, пока Мотька поужинает, а затем я провожу вас. Негоже одной гулять так поздно.

Агнешка молча подошла, села и протянула пакет мужчине. Он аккуратно спустил кошку с колен, вытащил упаковку с кормом и быстро разорвал её с двух сторон, сделав импровизированную миску. Корм пришёлся Моте по душе, и она довольно быстро съела всё. Мужчина выбросил пустой пакетик в урну. Всё это время Агнешка молча сидела рядом, смотрела, как незнакомец кормит свою питомицу, и не ощущала брезгливости или отвращения.

— Давно у вас эта кошка? — спросила она.

— Нет. Несколько месяцев. Я нашёл её всю больную, с воспалённым порезом на лапе, ушными клещами, гноящимися глазами. Она почти умирала. Я отнёс её в клинику, но кто будет лечить кошку, за которую некому заплатить? Но я договорился, что отработаю всё лечение Матильды. Я убирал за больными животными в небольшом приюте при клинике, мыл полы, таскал коробки и много всего прочего. Они лечили мою Матильду, я приходил к ней каждый день, и всё было хорошо, пока меня не застал хозяин клиники. Обычно он не приезжал сам, доверяя руководство своей дочери, но звёздам суждено было свести нас. Мотьку буквально вышвырнули за дверь, а с дочерью они поругались. Мотивировал он всё тем, что это не благотворительная клиника… — мужчина замолчал и задумался. Откуда‑то налетел порыв ветра и принёс с собой холод. Мужчина поёжился.

— А пойдёмте, я вас чаем напою, — ни с того ни с сего предложила Агнешка и сама удивилась своему внезапному порыву.

— Не нужно, спасибо. Вы меня даже не знаете, — он усмехнулся и полез в пакет за хлебом и молоком.

Нешке стало неуютно, и она старательно стала рассматривать носки своей обуви. Мужчина сосредоточенно и аккуратно ел, стараясь не чавкать. Почти допив молоко, он разорвал пачку и предложил остатки молока кошке. Та не отказалась.

— Меня зовут Герман, — он повернулся и посмотрел на Агнешку. — Ну, по крайней мере, меня так все называют уже несколько лет. Я не помню, кто я и как оказался на улице. На работу меня не берут, потому что у меня нет документов. Понемногу я подрабатываю то грузчиком, то дворником в разных местах и чаще работаю за еду для себя и Мотьки или за одежду. Деньги дают редко, думают, что я их пропью, а ведь я не пью, — Герман печально улыбнулся и покачал головой, шумно вздохнув. — Зачем я это всё рассказываю. Вы такая милая, добрая, а я никто…

— Ну что вы! Вы человек! Вы добрый, душевный и несчастный… — она замолчала, испугавшись, что обидела, но Герман кивнул ей. — Вы не сдаётесь, подрабатываете, Матильда у вас есть! А меня зовут Агнешка. Серьёзно! — закивала девушка, подтверждая свои слова, видя, как у Германа недоумённо вытягивается лицо.

— Серьёзно? Вот прям не Оля или Лена? Серьёзно? Агнешка? — он засмеялся так громко и заразительно, что Нешка сама не заметила, как начала смеяться вместе с ним.

Заметно похолодало. Людей в сквере становилось всё меньше. Они проходили мимо и оборачивались, глядя на непринуждённо смеющихся: замухрыженного бездомного и молодую красивую девушку.

***

— Спокойной ночи, Агнешка, — Герман проводил её до подъезда. Матильда сперва бежала за ними, а затем громким «мяу» попросилась на руки. Удобно устроившись за пазухой Германа, она уснула в тепле, сытая и довольная жизнью.

— Спасибо, что проводил. Район у нас не самый хороший, — улыбнулась Агнешка.

— Я знаю. Потому и проводил.

— Спокойной ночи, — прошептала она и поспешила открыть подъезд.

Герман улыбнулся, когда дверь за ней закрылась, и, почёсывая Мотьку за ухом, отправился прогуляться, собраться с мыслями. Как же давно он ни с кем не разговаривал вот так легко и непринуждённо. Практически не ощущая себя «другим». Хорошая девушка. Не испугалась.

Герман усмехнулся и завернул за угол дома. Из стоящей там машины была слышна приглушённая музыка. Но при его появлении двери открылись, и вышли молодые парни. Герман видел их достаточно часто. Местная необразованная шпана, большие любители устроить заварушку на ровном месте. Иногда, в сильном подпитии, они приходили в «притоны бомжей» и устраивали там драки, считая, что подобные люди в принципе не должны жить в этом мире.

— Я говорил тебе не попадаться мне на глаза, сука бездомная! — самый здоровый вразвалку пошёл в сторону Германа. Остальные потянулись следом.