Страница 78 из 93
Глава 43
Медсестра выдает мне одноразовый халат и бахилы.
— Пять минут, — предупреждает она. — Он только после операции. Не заставляйте его много говорить.
Я киваю и никак не могу попасть ногой в бахилу.
Тороплюсь войти, но одновременно боюсь открыть эту дверь.
На арене я держала ладони на его ране и кричала, чтобы он не смел закрывать глаза. Тогда думать было некогда. Сейчас Артур жив, врачи остановили кровь, и я наконец понимаю, что едва его не потеряла.
— Готовы? — спрашивает медсестра.
— Да.
Она проводит меня по короткому коридору и распахивает дверь палаты.
Внутри приглушен свет. Тихо работает аппаратура, монитор возле кровати отсчитывает удары сердца.
Артур лежит на спине. К груди прикреплены провода, под носом проходит кислородная трубка. Левое плечо и часть груди закрывает повязка.
Я привыкла, что он занимает собой всё пространство. Даже молча заставляет окружающих следить за каждым его движением.
Сейчас он бледный, уставший и какой-то непривычно неподвижный.
Я подхожу к кровати.
Артур открывает глаза и несколько секунд смотрит на меня, словно убеждается, что я действительно пришла.
Потом пытается приподняться.
— Лежи, — сразу говорю я. — Даже не думай вставать.
Он морщится и опускается обратно на подушку.
— Уже командуешь.
Голос хриплый, едва слышный.
— Да. И сейчас будешь слушаться.
— Ты больше не работаешь врачом.
— Чтобы понять, что человеку с простреленным легким нельзя вскакивать с кровати, диплом не нужен.
Артур слабо усмехается, но почти сразу становится серьезным.
— Ты цела?
— Да.
— Точно?
— На мне ни царапины.
Он выдыхает и закрывает глаза.
— Сережа?
— С Катей, в загородном доме. Просил передать, что ждет тебя и что ты должен победить.
Артур слишком долго не открывает глаза.
Я уже тянусь к кнопке вызова медсестры, но он тихо произносит:
— Я обещал ему вернуться.
— Тогда выполняй.
Он снова смотрит на меня.
— Выполню.
Я остаюсь возле кровати, хотя рядом стоит стул.
Сесть означало бы подвинуться ближе. А я пока не понимаю, имею ли право хотеть этого после всего, что произошло.
Хочется поправить ему сползший край одеяла, коснуться щеки и убедиться, что он теплый, живой.
Но я вспоминаю кабинет, Марго, Диму с разбитым лицом, школьную столовую, санитаров и подпись матери под заявлением.
Делаю шаг назад.
Артур замечает.
— Лена…
— Я знаю.
Он хмурится.
— Что ты знаешь?
Я несколько секунд собираюсь с силами.
— Что ты мне не изменял.
Артур перестает двигаться.
— Марго дала тебе препарат. Потом разыграла перед камерой нужную сцену. Запись смонтировали и передали Волкову.
— Да.
— Я знаю, что Багиров хотел расколоть клубы, стравить тебя с Волковым и использовать наш развод. Знаю, что он собирался давить на нас через Сережу.
Артур молчит.
Он не пытается воспользоваться этими словами и не напоминает, что всё это время говорил правду про измену.
Просто ждет.
— Но потом ты сам начал уничтожать меня, — продолжаю я.
Артур отводит взгляд к окну.
— Лена…
— Дай мне договорить. Я должна сказать это сейчас, иначе потом опять начну искать тебе оправдания.
Он медленно кивает.
Я делаю вдох.
— Измену подстроили. Но всё, что случилось после, выбирал уже ты. Моя мать, заблокированные карты, розыск, санитары, Дима — Багиров не заставлял тебя делать это.
— Не заставлял.
Я ожидала спора и на несколько секунд теряюсь из-за его спокойного ответа.
— Он подготовил поддельные справки. А ты решил ими воспользоваться. Позвонил моей матери, предложил ей деньги. Объявил меня сумасшедшей перед всем городом. Отправил за мной людей.
Артур смотрит на меня. Лицо у него становится еще бледнее, но он не отворачивается.
— Ты ударил Диму.
— Да.
— Ты видел, как меня держали. Стоял рядом, когда ко мне подошли со шприцем.
Он стискивает край простыни.
— Да.
— Ты слышал, как Сережа спросил, спасаешь ты нас или забираешь.
Артур медленно закрывает глаза.
— Слышал.
Я сжимаю губы, но голос всё равно дрожит.
— Я тоже слышу его до сих пор.
Монитор начинает сигналить чаще.
Медсестра сразу появляется в дверях.
— Я предупреждала. Пациенту нельзя волноваться.
— Еще минуту, — просит Артур.
— У вас пульс уже сто десять.
— Пожалуйста.
Она проверяет показания, поправляет трубку и строго смотрит на меня.
— Только спокойно.
После ее ухода Артур несколько раз медленно вдыхает.
— На арене Багиров сказал правду, — произносит он.
— О чем?
— Он вложил нож мне в руку. Но резал я сам.
Я смотрю на него, не зная, что ответить.
Мне казалось, Артур станет объяснять, что у него не было времени, что он спасал нас, что любой мужчина на его месте поступил бы так же.
Он не говорит ничего подобного.
— Почему ты не пришел ко мне? — спрашиваю я. — Почему не рассказал, что происходит? Я бы выслушала тебя. Мы могли искать выход вместе.
— Я испугался.
У меня вырывается нервный смешок.
— Ты?
— Да, Лена. Я.
Он смотрит прямо на меня.
— Я понял, что схема уже работает. Ты идешь к разводу, Волков ждет свою долю, а люди Багирова подобрались к Сереже. Мне показалось, что я теряю вас обоих.
— И ты решил лишить меня возможности уйти.
— Решил взять под контроль всё, до чего мог дотянуться.
— Включая меня.
— Тебя в первую очередь.
Я подхожу ближе.
— Потому что считал слабой?
— Потому что считал себя единственным человеком, который способен всё исправить.
Он с трудом переводит дыхание.
— Я привык верить, что всегда умнее остальных. Что мне виднее, кто опасен, кому можно доверять и как тебе следует поступить.
Артур пытается немного сдвинуться и морщится.
Я машинально поправляю подушку у него под головой.
Он на секунду касается затылком моей ладони.
Я сразу отступаю, но уже поздно делать вид, что ничего не произошло.
Артур тоже это замечает.
— Спасибо.
— Тебе просто было неудобно.
— Я понял.
Он не пытается задержать меня.