Страница 11 из 29
Глава 11. Казнь
Фраза «после смерти выспимся» обрела реальные черты: где-то капала вода. Тихо. Размеренно. Ну просто до жути невыносимо!
Проворочавшись полночи без сна, Лиса села и огляделась по сторонам. Раздражало буквально всё. И жёсткий мат на кровати, замещающий заключённым перину, и мрачные каменные стены, из-за которых начинало казаться, что их каземат меньше, чем это было на самом деле, и даже орк. Он спал. Это и раздражало больше всего.
– Рок! – зашипела Лиса на орка, толкая того в бок. – Рок! Слышишь? Проснись, Рок!
Орк, спящий на полу около стены, к которой были прикованы его кандалы, сначала заворочался, затем медленно поднял голову. Его взгляд поднялся к узкому, в две ладони окошку. На улице занимался рассвет.
– Ты чего будишь в такую рань? – зевая, спросил Рок. Повернулся на другой бок, зазвенев цепями, и добавил: – Казнь назначена только на девять. Спи!
– Да не могу я спать! Вода капает! Ты совсем ничего не слышишь что ли? – зашипела на орка Лиса, толкнула его сильнее, собиралась прикрикнуть, но внезапно замолчала и задумалась.
Спать она не могла не из-за воды и даже не из-за того, что за окном начал светлеть крохотный клочок видимого ей неба. Она не могла уснуть потому, что новый день ей увидеть было не суждено. И её, и Рока сегодня утром казнят. Накануне вечером, если тщательно прислушиваться, можно было услышать стук множества молотков, когда для них строили эшафот.
Лиса слушала этот перестук весь вечер, он мерещился ей и ночью. А теперь, перед самым рассветом, стук мерно падающих капель напомнил о нём, и она не смогла больше спать, с каждой каплей отсчитывая последние секунды своей жизни.
До столицы они доехали без приключений. Их караван больше не одолевали теневые монстры, никто не задержал их по пути. Только один раз, ближе к середине дня, когда до столицы оставалось проехать совсем немного, их встретил усиленный патруль королевской стражи и, взяв караван в оцепление, сопроводил до конца дороги.
Рок ещё пытался шутить, мол, посмотри, рыжая, какие мы с тобой важные птицы, раз у нас такое сопровождение – почти торжественное. Однако Лисе было не смешно. Ни по пути к месту казни, ни в ожидании её в камере.
– Скорее бы уже, – сонно шепнула она себе под нос и, кое-как устроившись на узкой лавке, снова попыталась уснуть.
Смутно знакомый женский голос раздался под ухом неожиданно. И очень громко.
Лиса открыла глаза – оказалось, что ей всё же удалось заснуть, но сну кто-то помешал.
– Спасибо за ваше беспокойство, капитан! Я всё это понимаю, но всё же хочу поговорить с заключёнными! – повторил голос вновь.
Лиса подняла взгляд. Перед решетчатой дверью в камеру стояла небольшая процессия. Женщина в плаще с капюшоном, скрывающим её лицо, капитан королевской стражи, именно тот, что привёз Лису сюда, и несколько необычных стражников. По их бело-золотой форме становилось понятно, что это часть элитной столичной стражи. Может быть даже они охраняют самого короля!
– Леди, я бы вам настоятельно не советовал, – ответил незнакомке капитан. – Эти люди… – Он мельком посмотрел на орка и исправился: – Эти бандиты опасны!
Женщина медленно кивнула – Лиса видела, как качнулся её капюшон, – но продолжила настаивать на своём.
– Стоит ли думать о личной безопасности, капитан, если на кону гибель целого мира? – Она чуть слышно усмехнулась и приказала: – Откройте камеру!
Капитан стражи промолчал. То ли посчитал, что незнакомка права, то ли наконец понял, что спорить с ней бесполезно. Он отстегнул от ремня на поясе небольшую связку ключей, выбрал нужный и отпер камеру.
– Будьте настороже! – предупредил он стражников в бело-золотом.
Те заметно напряглись и обнажили мечи, однако незнакомка остановила их на месте.
– Я зайду одна! – сказала она, поднимая руку.
И это прозвучало так трагично и одновременно героически, будто она собиралась шагнуть в пасть теневому псу. Лиса не сдержала улыбки. Да какую опасность могла представлять она – по сути обыкновенная девушка и надёжно прикованный кандалами к стене орк? Но столичные неженки явно думали о них иначе. Лиса улыбнулась шире. С ней такое происходило всю жизнь: она давно привыкла быть страшилкой для холёных придворных дам.
Незнакомка вошла в камеру. И действительно одна. Шла медленно, будто и вправду пыталась избежать какой-то неведомой опасности. Улыбка на лице Лисы разлилась во всю ширь.
Наконец, остановившись в центре камеры, дама скинула с головы капюшон… И внезапно оказалась вполне себе «знакомкой». Это была та самая юная девушка-жрица из кареты, которую Лиса пыталась ограбить.
Так вот почему её голос казался таким знакомым.
– Вот это встреча! – воскликнула Лиса, смазав напускное воодушевление смачным зевком. – Пришла пожелать нам хорошего денёчка и долгих лет жизни, красавица?
Жрица скривилась от такого обращения и от тона, которым оно было произнесено. Задрав носик повыше, видать, чтобы казаться выше самой, она громко спросила:
– А ну, отвечай, воровка! Где моя шкатулка?
– Какая такая шкатулка? – спросила Лиса, наивно хлопая глазками.
Она села. Хотя бы для того, чтобы не смотреть на гостью совсем уж снизу-вверх.