Страница 28 из 29
– Я тоже из дворян, – продолжила я, уже чувствуя, что меня откровенно несёт. Но сказала “а”, говори и “б”. – Однако я родилась не с золотой ложкой во рту. У меня нет ни состояния, ни богатого приданого. Зато у меня есть знания, и я могу ими честно зарабатывать. Я не утверждаю, что давайте полностью откажемся от женского труда, ведь люди разные. У кого-то способности к чтению и великолепная память, кто-то наоборот, не может запомнить две строчки, но создаёт руками такие шедевры, что глаз не оторвать! Так почему бы не дать способным девочкам из бедных семей хотя бы крохотный шанс?
– Потому что мир устроен иначе, – строго посмотрел на меня его превосходительство.
А у меня перед глазами стояли девочки из приюта в застиранных платьях и натруженными, несмотря на юный возраст, руками.
– Мир медленно, но меняется, – мягко возразила я, внутренне радуясь, что он хотя бы дал мне возможность выговориться. А не замахал руками, мол, что за нелепица! Шли бы вы, Ольга Георгиевна… к Даше. – Почему крестьянская девочка должна с малых лет гробить здоровье, если её можно научить читать, писать, считать, понимать закон Божий, вести счёт в лавке, помогать в хозяйстве не только руками, но и головой? Почему учёность для мальчика – путь, а для девочки – баловство? Не всем же им всю жизнь оставаться только при тяжёлой работе, если у кого-то есть способности к учению?
– Ольга Георгиевна! – тон Строганова стал резче и холоднее.
Понимая, что перегнула палку, я замолчала и опустила глаза. Его превосходительство сделал шаг ближе и только протянул ко мне руку, как быстро опомнился и тут же убрал её за спину.
– Я вас услышал. И поверьте, я вижу разумное зерно в ваших словах. Но настоятельно прошу вас помнить: не всякая мысль, даже справедливая – безопасна, если произнесена не вовремя и не перед теми людьми. Есть дома, где ваши слова сочтут благородной мечтой. Есть дома, где вас назовут вздорной барышней. А есть люди, которые услышат в них не заботу о девочках, а дерзость против установленного порядка. И вот с такими людьми спорить куда опаснее, чем со мной.
Я медленно выдохнула. Иными словами, нечего сеять революционные сомнения в головах дворян.
Он шагнул к лестнице, собираясь уходить, и разговор будто закончился. Но, пройдя несколько шагов, Дмитрий Александрович остановился и обернулся:
– Ольга Георгиевна.
– Да, ваше превосходительство.
– Но мечтать никто не запрещает, – добавил он мягче и улыбнулся.
На сей раз уже открыто и по-настоящему.