Страница 24 из 29
Ну, если так… Я выдохнула, собираясь с мыслями, а он добавил, уже строже:
– Смею вас заверить, это не имеет отношения ни к вашему положению в моём доме, ни к вашему жалованью, ни к моей личной признательности. Исключительно служебное распоряжение.
Личной признательности.
Я опустила глаза, потому что щёки предательски нагрелись.
– В таком случае, – сказала я наконец, – благодарю, ваше превосходительство.
Он подал мне перо и развернул ведомость:
– Здесь распишитесь. И я надеюсь, мне более не доведётся видеть вас в подобной ситуации.
Поставив слегка кривоватую подпись, я подняла взгляд.
– В получении премии от полиции?
Дмитрий Александрович мою шутку не оценил:
– В минуту, когда вашей жизни угрожает опасность.
У меня внутри всё странно сжалось. Наверное, потому что к выговорам от Строганова я хоть как-то, да привыкла. А вот от его неловкой, сердитой заботы было труднее защититься.
Пальцы сжали конверт и вдруг, сама не зная зачем, я добавила, подлив масла в костёр обоюдной неловкости:
– Надеюсь, вы когда-нибудь перестанете видеть во мне безрассудную девицу. Сумасшедшую и…
“Ольга, остановись!” – буквально взвыл мой внутренний голос. Я оборвала себя на середине фразы и поспешила откланяться:
– Разрешите идти?
– Идите, – кивнул Строганов, однако стоило мне преодолеть половину небольшого расстояния до двери – всего пять шагов, как я услышала тихое. – Благодарю вас за книгу, верну в целости и сохранности.
– Конечно, ваше превосходительство.
Я вышла из кабинета с конвертом в руке и ощущением, пережила не разговор, а целую битву, построенную взаимной неловкости и невольных двусмысленностей.
И твёрдо для себя решила, что хватит уже откладывать -- завтра же займусь тем самым обещанным сюрпризом.