Страница 32 из 149
Не сговариваясь, они с девушкой бросились быстро собирать свои нехитрые пожитки. Упирающегося и недоевшего свой хлеб Владимира Михайловича им пришлось подгонять – придумывать на ходу про «дикую» охоту и весь тот замес, в который они из-за неё угодили. Подробности Валентин, как всегда - оставил на потом.
В его голове мелькнула искрой и погасла мысль: «Эх, как же не вовремя к нему вернулась память»…
Быстро собрав свой не хитрый скарб и закинув перемётные сумки на плечи, не забыв отдать часть груза учителю – тому настала пора отрабатывать свой хлебушек – они двинулись в противоположную сторону от моровиков.
Стараясь не шуметь, они наращивали свою скорость, временами подгоняя не расторопного Владимира Михайловича. А тот – плёлся по середине и поминутно вспоминал свой оставленный у Ведьминого камня этюдник, с купленными накануне, новыми красками.
- А какой большой тюбик церулиума я купил – мама дорогая! И ведь задёшево он мне обошёлся... – не умолкал тот – Тётка одна торговала - у неё муж-художник умер, вот и распродавала всё его барахло по дешёвке. А кисти! А капутмортуум! Валентин – вновь обращался он к нему – не поверишь – две почти новые тубы этой краски отхватил. Там ещё были у неё три тюбика волконскоидной, но две из них она, к сожалению, обещала другим. Краски ещё советские – запечатанные фольгой горлышки и в хорошей сохранности. А названия-то какие – цокал языком деревенский художник - греют сердце и ласкают слух…
Он неожиданно остановился, хрипло вздохнул, сплюнул мокроту на жухлую лесную листву и, посмотрев на свои руки испачканные краской, продолжил:
- Всё… Всё пропало. Вот только что я сидел возле этого клятого камня и рисовал его и вот - чёрти где теперь нахожусь. И не пойми почему - должен сейчас куда-то с вами бежать. Да иду я! – в сердцах отозвался он, видя как его спаситель поспешно делает ему знаки, что бы он продолжил своё движение – Ты вот мне хотя бы объясни - что со мной там случилось и когда мы, наконец, куда-то придём? Что потом? Вот вечно у нас так – ворчливо заметил он, продолжая быстро шагать - сначала делаем что-то, идём куда-то, а потом нам всё объясняют…
*******
Дорога медленно поднималась на высокий холм.
Нисса, которая шла впереди - сделала им предупреждающий знак рукой и быстро поднесла палец к губам.
Они осторожно выглянули из-за верхушки холма и в последний момент увидели как нестройная кучка детей одетых в откровенное рваньё, прошли мимо подножия нашего холма и углубилась в лес, идя навстречу бредущим моровикам.
Оценив ситуацию, Нисса предположила:
- Они ловят кого-то, устраивают свою охоту.
- А моровиков - используют как загонщиков. – продолжил Валентин - Умно.
- Кого ловят? – не понял учитель, который, забыв на время о своих красках, прислушался к их разговору.
Валентину пришлось объяснять ему в полголоса, пока девушка вела наблюдение за местностью:
- Вас ловят. Вы же все разбежались по лесу - вот и ловят вас всех.
- Зачем? – удивился этому Владимир Иванович.
- Ну точно, что бы не поймать и накормить потом мясом с хлебом. – он посмотрел на него и продолжил, подбирая понятные ассоциации из его прежней жизнью – И ведите себя потише – мне конечно, жалко ваших тюбиков с краской, но реальность такова, что сейчас - вы находитесь здесь. Считайте, что в вашу школу приехала комиссия из ГОРОНО. А любой шум в классе, привлечёт внимание и у них обязательно возникнут не совсем удобные к вам вопросы. Вам ясно?
- Так бы и сказали. – бывший учитель сник – Валентин, а когда… Можно будет получить ответы на мои вопросы?
- Скоро. – жёстко ответил ему парень – Всему своё время. Да - и впредь называйте меня Бергом. Запомнили? Бер-гом. Так и я и вы избежите нежелательных вопросов со стороны других. – и он глазами показал на спину Ниссы, которая лёжа на холме, наблюдая за подлеском, куда скрылись подростки. – И пожалуйста – это самое главное - держитесь возле меня. Договорились?
- Принято. – уже тише и как-то по-военному ответил бывший школьный преподаватель, затем глубоко вздохнул, потирая свои пальцы, запачканные въевшейся разноцветной масляной краской…
**************
Начало смеркаться, когда Нисса решила, что наконец можно устроить небольшой привал.
Валентин и Владимир Михайлович не стали с ней спорить и тут же повалились на сухие осенние листья. Есть им не хотелось, а вот пить…
На всём протяжении пути их мучила дикая жажда, да такая, что они готовы были пить из лесной лужи, если такая вдруг появится поблизости. Их вода из припасов медленно и верно подходила к концу. А учитывая, что в маленькой команде появился новый рот – делало все их запасы жидкости величиной переменной быстро стремящейся к нулю.
«Видит небо – думал Валентин - если бы я знал, что встречу учителя, конечно, захватили бы еды и воды побольше. Пёр её, как бы тяжело мне не было. Но кто же тогда это знал?»
Протягивая своему попутчику нарезанный хлеб, Владимир Михайлович совершенно неожиданно, наклонился и тихо произнёс:
- Вот, никогда не думал, что окажусь в числе такой не весёлой статистики…
Парень недоумённо на него посмотрел, а тот, покосившись на девушку – торопливо придвинулся ещё ближе и продолжал:
- Да вот, как-то прочёл в нашей сельской библиотеке, что каждый год у нас в России пропадает куча народа. По заверениям маститых экспертов – цифра доходит до семидесяти тысяч человек. Многих, конечно, находят. Некоторые - возвращаются потом сами. Но число людей, которые теряются навсегда – приближается к пяти тысячам. И так - каждый год! Представляете?
В порыве, он схватил Валентина за руку и увидев, что Нисса на них не смотрит, закончил:
- Я верю вам, Валентин. Верю, что вы сделаете всё, что бы вернуть меня обратно, в мой мир. Ведь вы поможете мне?
Учитель смотрел на своего спасителя и взглядом ловил каждое его движение. В такой момент отнимать у него последнюю надежду – было жестоко. Говорить же о том, как сложатся их дальнейшие дела и что произойдёт потом - Валентину не хотелось. Поэтому, парень просто кивнул и тихо произнёс:
- Да. Я постараюсь помочь.
- Спасибо – так же тихо, почти шёпотом, произнёс учитель.
*********
Они шли, полностью полагаясь на Ниссу и лишь изредка останавливались, что бы внимательно прислушаться к окружающим их лесным звукам – нет ли погони и не крадётся ли сзади голодный моровик?