Страница 28 из 149
Так, немного вспоминается, как мы выехали с телегой на поляну, на которой около костра сидела вся великанская семья - отец, мать и их ребёнок. Выехали мы неожиданно, а когда появились перед ними - наша лошадь встала как вкопанная и не двигалась с места, как бы отец её не понукал. Он сам не знал, что ему делать и то же просто замер, крепко зажав в руке поводья.
Он мне после рассказывал – его заметили, и к нашей телеге подошёл, не торопливой походкой глава великаньего семейства – посмотрел на отца, потом на меня, лежащего на наших вещах, в горячечном бреду. Потом осторожно опустился на колени и, приблизив своё большое лицо к телеге - тихонько втянул носом воздух. Отец говорил, что подумал сначала - великан хочет меня тотчас съесть, но тот всего лишь осторожно понюхал меня. Затем вернулся к своим - поговорил о чём-то тихо с великаншей и вернулся, держа в руке, маленький синий флакончик, в котором плескалась тёмная и густая жидкость. Осторожно протянул свою руку и отдал пузырёк отцу, а после, потерял к нам всякий интерес - вернулся опять к сидящей у костра семье. Мой отец, получив пузырёк с жидкостью, словно очнулся от чар - поклонился до земли в след уходящему гиганту и, развернув телегу - повёл лошадь под уздцы - дальше. Ни до, ни после - как говорил отец - он никому и никогда не кланялся, а тут – как-то сразу вдруг понял - в этой жидкости - было моё лекарство и спасение…
**************
Некоторое время они шли молча. Видимо Нисса не спеша обдумывала всё услышанное.
- А они были большими? – вновь спросила она.
- Как рассказывал отец – в три человеческих роста. Ну… помнишь тот железный стакан, из которого я тебя вытащил?
Нисса с готовностью кивнула.
- Ну так вот - представь их рост, как два таких железных колпака, поставленных один на другой…
- Ого! – невольно вырвалось у девушки – Здоровущие какие…
Так, за разговорами и воспоминаниями они прошагали часа три до места, которое носило такое интригующее название - «Плешь и три пальца».
То, что для местных выглядело как некая понятная им «плешь», образованному городскому человеку не давало покоя и порождало массу вопросов.
Что бы не вызывать излишнюю подозрительность у Ниссы, парень не спеша обошёл место вокруг, зрительно стараясь запомнить все увиденные им детали. Он постарался даже понюхать воздух над камнем, но, к сожалению - Валентин был уже не в теле кошки и это ему не очень-то и помогло…
Это место и правда было интересное – большой каменный круг на земле. Валентин осторожно пересёк его туда и обратно по диагонали, внимательно считая свои шаги. Потом умножил число на примерное расстояние своего шага и получил результат – туда-сюда - пятьдесят метров. Не слабый такой каменный «блинчик»!
Круг немного возвышался над землёй. Немного - это сантиметров на десять и имел довольно ровную поверхность. По всей его площади были нанесены странные рисунки и витиеватые орнаменты.
По бокам от этого «блина» с рисунками, торчали из земли на равном расстоянии друг от друга - три тонкие каменные глыбы. Их верхушки имели не большой наклон в центр круглого артефакта. «Пальцы»? Ну, при определённой фантазии местного населения - в них вполне можно было увидеть три скрюченных огромных пальца.
«Пальцы», как и основная площадка, были покрыты глубокими бороздками, прорезанными в камне, с многочисленными спиральными узорами. Они имели полоски - ленты, которые окантовывали их у основания по окружности и были разной ширины.
Место по ощущению, было явно чужим - словно одинокий ржавый трактор «кировец», стоящий в бескрайних монгольских степях.
После осмотра достопримечательности, вопросов у Валентина было пока только два - кто этот «блин» сюда принёс и с какой целью?...
*****
Конечно, был бы Валентин один – то он, начал бы носится по поляне как голый Архимед в Сиракузах и выкрикивать не подобающее в этих местах иностранное слово «Эврика»! Но он был не один, по этому, ограничился многозначительным покашливанием и не менее суровым кхмыканием.
То, что всё это звенья одной цепи - у него не было ни каких сомнений. Ведь даже цвет этого «блина» и «пальцев» - был точь – в точь как «Ведьмин камень» одиноко стоящий в лесу у деревни Дрезёнки.
Но этими выводами он, не стал ни с кем делится, а предпочёл напустить на себя умный вид «школьника на экзамене» - который вроде и учил, и билет помнит, а как сказать - не знает…
- Ну, - с усмешкой наблюдая за его потугами и размеренными шагами по «плеши» произнесла Нисса – полюбопытствовал? Понял тут, что ни будь?
В её словах он уловил даже некоторое злорадство – типа, вроде «и по умней тебя тут были, а ничего у них не вышло» - куда уж тебе…
Что бы не терять совсем лица, свои измерения надо было закрепить каким-нибудь глубокомысленным выводом. По этому, Валентин произнёс с минутной паузой и в некотором раздумье:
- Да… Место очень интересное. Не обычное, так сказать…
Краем глаза он уловил победный взгляд его провожатой, красноречиво говоривший - «А то!» и «Нечего с твоими мозгами тут делать!».
Бросив напоследок быстрый взгляд на это таинственное место и уже поворачиваясь, что бы догнать опять ушедшую вперед девушку, как вдруг, он заметил неуловимые изменения на камнях.
Резко повернувшись – Валентин увидел, что весь орнамент начал светится, понемногу наливаясь яркостью на всём своём протяжении.
Понимая, что сейчас произойдёт нечто важное, он в пять прыжков догнал ничего не подозревающую и спокойно идущую Ниссу и схватил её за руку. С криком «Бежим!» - он потащил её прятаться в ближайшие кусты, росшие в изобилии по периметру поляны, на которой была расположена кем-то созданная загадочная каменная инсталляция «Плешь и три пальца»…