Страница 27 из 149
Вот так, знание мировой литературы и природная любопытность – помогает иногда в самых неожиданных местах. А ведь Валентин не особенно-то и любил в школе уроки литературы и риторики.
Собравшись с мыслями и попутно вспоминая, что ему приходилось читать о великанах, а так же о людях, попавших в разные неприятности при встрече с ними – он стал рассказывать:
- Как вспоминал мой отец – начал Валентин - это всё произошло после моего рождения. В портовый большой город, где мы жили – пришла гнойная чума.
Мой отец был известным учёным, лечил разные болезни и описывал их в своих книгах. Днём читал лекции молодым студентам, а по вечерам - вёл врачебную практику в городском госпитале.
Он посмотрел на Ниссу:
- Ты понимаешь, о чём я говорю?
Девушка ничего не говоря, молча кивнула.
«Хм, - подумал Валентин – понимает... Простая деревенская девушка, а знает кто такие студенты и что такое госпиталь. То ли боится показаться невежественной, то ли…».
Он продолжил…
- Отец как-то рассказывал, что эту хворь, скорее всего, завезли заморские купцы со своими товарами. Чума распространялась очень быстро, и он не смог, к сожалению, спасти мою маму. Тогда доктора только присматривались к болезни, записывали её симптомы и наблюдали первых больных. Поэтому, они не знали, ни как она возникает, ни как её лечить.
Заболевших становилось всё больше, а мест, где им могли оказать хоть какую-то помощь - всё меньше. Постепенно, от наплыва многочисленных больных, больницы и госпитали не успевали справляться со своей работой и просто прекратили принимать под свою крышу людей. Но заражённых больных боялись держать и дома – многих просто выгоняли на улицу и они умирали там. Тысячи тел валялись не погребёнными, по обочинам городских дорог.
И если до этого, у моего отца были ещё какие-то сомнения - оставаться в нашем городе или нет, то со смертью родного человека - он больше не стал медлить и начал быстро готовится в дорогу.
Вместе со мной – совсем ещё маленьким ребёнком - бросив большой город, в котором он сделал себе хорошую карьеру и имя - бежал в глушь. Когда начался массовый исход ещё живых людей из города, ему, за большие деньги – золотую брошь с крупными бриллиантами – память о его жене и моей маме - удалось сторговаться и купит пегую лошадь с телегой. В неё он и погрузил всё самое необходимое, здраво рассудив, что лучше сохранить нам жизнь, чем мёртвой рукой цепко сжимать эту драгоценность после своей смерти.
Отец второпях разместил всё самое нужное на телеге – меня, книги, какое-то медицинское оборудование, для своих исследований, различные порошки, микстуры, массу маленьких баночек с различными жидкостями, немного воды и еды - и, тут же отправился в путь. Ехал он окольными дорогами, держась подальше от умирающего города. Он решил, что ему стоит пожить со мной в лесной глухомани годика два или три, а потом уже вернутся в очищенный от болезни город – чума уже уйдёт и они заживут в нём по-прежнему.
По тем краям, всколыхнувших всех страшной болезнью – шатался по округе всякий сброд, но нам несказанно везло – мы старались не жечь костры, что бы не привлекать к себе внимания и двигаться по малоприметным лесным дорогам, проложенным в стороне от больших торговых трактов…
В дороге отец, по прежнему искал для меня спасительное средство от страшной болезни, а свои выводы записывал в толстую книгу в кожаном переплёте. Его подгоняло осознание того, что видимо я тоже заразился и у меня уже появляются первые симптомы проклятой болезни…
- Один раз, правда - на нас всё-таки напали разбойники, но увидев, что у нас и взять-то особо нечего – книги и медицинские баночки со всякой «дрянью» их совсем не интересовали - тогда они решили забрать нашу телегу с лошадью. Но отец смог их убедить, что делать этого не нужно - в телеге лежал больной ребёнок, и его болезнь, могла перейти на них. Понятно, что он снизошёл до простого языка и сказал им - что ребёнок «проклят», а он связан с ним обетом - доставить его живого или мёртвого к далёкому каменному капищу и попросить у камней, об избавлении этого проклятия. А если разбойники заберут у них телегу - это проклятие перейдёт на них.
Ну, а поскольку он был всё-таки доктор - то стал между делом помогать им – кому-то дал мазь, что бы смазать чирий на ноге, кому-то – вырвал больной зуб. Но окончательно он склонил нашу судьбоносную чашу весов, после того как их атаману - вскрыл рану, полученную на охоте и почистил её от гноя.
После этого отец стал опасаться, что видя возле себя такого полезного человека - разбойники их низа что не отпустят, а оставят жить при себе в лагере. По этому, выждав несколько дней - он подмешал в еду снотворного порошка и быстро покинул их лагерь. Нам пришлось несколько дней двигаться по мелководью одной из речушек, но это позволило замести следы и избежать такой не нужной сейчас погони.
- В конце - концов, отец нашёл средство от моей болезни, и я стал быстро поправляться и набираться сил.
Потом, пройдя через все эти приключения, мы, наконец, оказались в одной из дальних деревень – Горбуново-Кобылкино. Осели там и отец начал заниматься тем, что лучше всего мог делать - врачевать местный народ, который шёл к нему даже из соседних посёлков. Но запасы порошков и микстур, которые он захватил с собой из города - у него постепенно заканчивались и он перешёл на местные травы и отвары из них.
Деревенские же жители в благодарность за его служение - сладили ему крепкий деревянный дом, в котором мы и жили с ним, до последнего времени…
Закончив, Валентин украдкой вздохнул. Мысленно, он опять «прогнал» весь наговорённый им текст про себя. Ну, что сказать - учительница литературы осталась бы сочинённым рассказом довольна и поставила бы ему - крепкую четвёрку…
***********
Парень посмотрел на Ниссу:
- Ну, я ответил на твой вопрос?
Девушка наморщила носик:
- Не совсем. Ты забыл упомянуть про великанов.
Валентин остановился:
- Да, ты права. Но я их помню смутно.
- Ты их видел? – девушка от удивления округлила глаза.
- Говорю же тебе - помню очень смутно. Сколько мне тогда было? Наверно три или четыре года. И заметь – я тогда болел. По этому - помню всё плохо.