Это наш мир

Морские приключения

— Вижу, — сказала Элис.

— Что думаешь? — Ирланда хмыкнула, и я ответил себе сам. — Кажется, в этом мире становится людно. Скоро будем толкаться локтями, как в метро в час пик.

У самого горизонта посреди океана виднелась лодка.

Учитывая расстояние, это должна была быть баржа.

* * *

— Надо обсудить с нашими, — сказала Элис. — Так что пора возвращаться. Влад, прыгаем! — это прозвучало так, будто она предложила мне спуститься в гостиную, где нас заждались друзья семьи, чтобы поиграть в «мафию».

Мы обнялись и поцеловались. Волосы Элис, подхваченные ветром, переплелись с моими космами, горячий язычок ирландочки скользнул мне в рот. Несколько мгновений мы, забыв обо всём, наслаждались друг другом, потом Элис с лёгким смешком отстранила меня.

— Ну, довольно. Раз, два…

Второй прыжок со скалы в море дался нам… труднее. В прошлый раз это было единственным спасением. Сейчас это была просто дурь, которая обуяла мою взбалмошную возлюбленную, а я… А я повёлся на тупые бабские манипуляции и поступил как конченный алень и каблук, готовый сломать шею на потеху тьолке. Так определил бы меня интернет-коуч, окучивающий инцелов.

Но что делать — в этом мире я не могу сводить подружайку на боулинг или в кино, даже мороженого не купить. Остаются головоломные развлечения. «Милый, последнего монстра мы прибили три дня назад, мне ску-учно! Давай прыгнем с двадцати метров, вдруг выживем? — Вау, крошка, ты угадала мои сокровенные фантазии!..»

Мы оттолкнулись от скалы и прыгнули, держась за руки, с боевым кличем «Йехуу!»

И правильно, потому что подобные забавы могут прийти в голову разве что недочеловекам-йеху. Море не вышибло из нас дух только потому, что дуракам везёт. Но, когда мы выбирались на берег, то изяществом походки могли соперничать с трупами пиратов, которые в безлунную полночь выходят из глубин, чтобы жрать жителей рыбацких деревушек…

— Эй, экстремалы! Вы теперь сможете идти? — спросил Яромир, глядя, как я ковыляю, поддерживая за талию свою возлюбленную, а у той на лице застыло блаженно-отрешённое выражение. — Надо до темноты дотащить до башни хотя бы солнечный генератор.

— Прогулку по лесу предлагаю отложить, — сказал я. — Мы заметили в море кое-что интересное.

— Вон там, — Элис махнула рукой, — отсюда не видно, торчит земная баржа. По-моему, напоролась на подводную скалу из нашей гряды, — добавила она.

— И что предлагаете делать? — спросил Яромир.

— Предлагаю совершить небольшое путешествие по морю.

— К барже?

— Ага. Эта посудина со старой Земли, налутаем что-нибудь вкусное и полезное. А ещё там могут быть люди…

При упоминании людей Регина сардонически усмехнулась:

— Влад, можешь считать меня кем угодно, но не все люди стоят того, чтобы их спасать.

— Не в том дело, Регишка, — хмуро сказал Яромир. — Смотрите. Элис и Влад видели баржу на горизонте, только когда залезли на скалу. Так?

Я кивнул.

— Так.

— Значит, от нас до неё — километров двадцать, плюс-минус пять. Возьмём максимум — двадцать пять километров. Пройти столько на вёслах в резиновой лодке — так себе развлечение. К тому же идти предстоит не по заливу, а по открытому океану. Там волны. Ветер. Подводные течения. Плюс морские монстры, которые захотят с нами познакомиться. Если мы пройдём из точки А в точку B, это будет большая удача. А если дойдём, то обратно пойдём с грузом.

— Может быть, с живым. С немного протёкшей крышей, — добавила Элис.

— В общем, это авантюра покруче похода к шпилю, — подытожил Яромир.

— Можно пойти на ниггерском катере, — предложил я.

Яромир покачал головой.

— Горючее на исходе. Застрянем с мёртвым мотором посреди океана. Хуже, чем на надувной посудине — она хотя бы слушается вёсел.

Повисло молчание — холодное, липкое и вязкое. У всех стало скверно на душе. Не потому, что эта баржа была нам очень дорога — неприятно осознавать, что в этом мире есть что-то, нам недоступное.

Троелуние нас разбаловало. Там, откуда мы пришли, было слишком много запретов и ограничений — здесь их нет вообще. Мы привыкли, что здесь для нас нет ничего недостижимого. Вижу цель — не вижу препятствий. А если что-то встаёт на нашем пути — это надо уничтожить.

Конечно, на пути к цели существует неиллюзорный шанс сломать шею и стать чьей-то едой — но это мелочи, сопутствующие издержки.

И тут оказывается, что мы не можем добраться до какого-то дырявого корыта.

— Ребятки, — негромко сказала Регина, и её губы озарила — скажем так — лёгкая улыбка. — Эврика.

Элис усмехнулась.

— Эврика? А где забег голышом?

— Не сейчас, — уклончиво ответила Регина. — Слушайте. Мы ведь можем поставить парус на пиратский катер.

— Угу, — скривилась Элис. — Из чего мы его сделаем? Из крылышек фей?

— Нет. Из парусов «Крулевны Ванды».

— Они же сгорели, — сквозь зубы проговорил Яромир.

— А если нет? Когда взорвался газовый баллон, «Крулевна» почти сразу начала тонуть. То есть они могли уцелеть…

— А могли и не уцелеть, — в том же тоне добавил Яромир. — Ладно. Это надо проверить. Регишка, вы с Элис подождёте на берегу.

* * *

Волны покачивали резиновую лодку. Я лежал, свесившись через толстый округлый борт, и, напрягая зрение, всматривался в толщу воды. Там, в зеленоватом сумраке, Яромир перемещался по палубе с непонятной для сухопутных медлительностью.

Помню, жутко было смотреть, как он надевает на шею свободную петлю с укреплённым в узле пудовым валуном: казалось, мой польский товарищ решил разом покончить со всеми проблемами. На самом деле, сделано это было для того, чтобы быстро погрузиться и удержаться на глубине, иначе плотная морская вода вытолкнет тело, как пробку.

С минуту назад он вынырнул и сообщил, что грот обгорел, а стаксель уцелел, и он сейчас его открепит и поднимет. Он активно продышался, нырнул и резкими гребками ушёл к развалинам яхты. Там он нацепил на шею верёвку с камнем, достал нож и стал что-то перепиливать.

Обитатели моря восприняли вторжение двуногого сухопутного равнодушно — благо он вёл себя спокойно и не порывался никого схарчить. Опасных жизненных форм поблизости, кажется, не было…

Стоп! Этот чернильно-чёрный комок щупалец — гваразул!

Видит его Яромир или нет — неважно. Мерзкой твари хватит секунды на бросок, а потом…

Что будет «потом», я не стал думать: не глядя, сгрёб автомат и выпустил несколько пуль в головоногого.

— Что случилось? — закричали с берега девушки.

— Гваразул! — ответил я.