Это наш мир

— У вас стволы. У нас тоже. What’s wrong? — Я изобразил нахальную улыбку. — Передай Олегу, что нам с вами нечего делить.

— Да, всей кучей и с оружием, — говорил Джакомо в рацию.

Капрал что-то коротко ответил.

— Идём, — сказал он. — Но без шуток. Проблемы никому не нужны, окей?

* * *

…Мы поднимались по холму: впереди Джакомо, следом Элис и я, потом Регина, и замыкающим Яромир. Динамит со своей стаей брёл где-то в стороне. Элис пыталась меня незаметно поддерживать, а я пытался идти без поддержки, и у меня получалось на букву «х», и не в значении «хорошо», потому что меня неслабо пошатывало, а в глазах то и дело предательски темнело. Элис подхватывала меня за талию, я шёпотом ругался на неё, она нехотя отпускала, но через некоторое время ей снова приходилось поддерживать меня.

Через плечо у неё висел пиратский «калашников».

— Тебе очень идёт пушка, — галантно просипел я. — Элис Коннолли, дикая ирландская роза, прекрасная и опасная. Ты не представляешь, как мне хочется завалить тебя прямо сейчас.

— Влад, лучше смотри под ноги, — ответила Элис со слабой улыбкой. — Я, конечно, прекрасная и опасная, но ты — здоровый парень, и мне тяжело тебя удержать, если ты полетишь кубарем. Лучше объясни, зачем ты тащишь эту дохлятину?

— Привычка. Древний и уважаемый национальный обычай. — Элис насмешливо хмыкнула. — И твои предки, кельты, и наши, славяне, любили оттяпать голову у знатного врага и забрать на память.

— Тысячу лет назад.

— Элис, двадцать первый век остался далеко. А здесь нам придётся стать немного варварами, чтобы не стать мясом.

— Да я не против, — с задумчивой мечтательностью проговорила Элис. — Но от этого монстра так воняет…

— Это от меня, любимая. Я весь в его крови.

Элис рассмеялась.

— Да уж. Никогда не думала, что полюблю парня, от которого несёт, как от выгребной ямы!.. Чёрт, Влад, ты не представляешь, это такое счастье, что ты жив!..

Меня удивило и насторожило, что вместо того, чтобы подняться к башне, наш проводник свернул правее и пошёл по склону холма.

— Джакомо, а разве мы идём не в башню? — спросил я.

— Нет, — ответил морпех, не обернувшись.

— Почему?

— Потому что наш лагерь в другом месте.

Ну да, логично. Было бы странно, если бы после нападения хищного слизевика они остались бы там.

Новый лагерь американцы устроили на террасе, серпом охватывающей вершину холма со стороны моря и круто, почти отвесно обрывающейся вниз. Он выглядел скромно — округлая полянка, на которой были вырублены кусты, в середине — выкопана ямка для огнища. Возле неё лежала небольшая горка дров, рядом сидела в позе копенгагенской русалочки темноволосая пленница.

Руки у неё были развязаны

У края полянки стояла Мэри-Лу с винтовкой наизготовку и взирала на нас недобрыми глазами. На голове у неё романтично белела повязка.

* * *

— Общий привет! — весело крикнула Элис.

— Добро пожаловать на базу, — хмуро отозвалась Мэри-Лу.

Следом за нами на площадку зашли Регина и Яромир.

Коты решили не форсировать и рассеялись по кустам.

— Мэри-Лу, а где капрал и второй террорист? — спросил я.

— Кто меня потерял? — Олег, почти не потревожив кусты, вошёл на полянку с неожиданной стороны.

— Целился нам в спины? — дружелюбно поинтересовался я.

— На всякий случай.

— Так что со вторым бандитом? Пытался сбежать?

— Нет, — ответила Мэри-Лу. — Он пытался спасти меня. Хотел защитить от той хищной слизи. Когда я закричала, он бросился ко мне. Со связанными руками. Стал оттаскивать меня, сдирать с меня это… эту хищную грязь, но поскользнулся и упал лицом прямо в эту мерзость. Парни помогли мне стереть эту дрянь, но мне всё равно прожгло кожу на голове почти до кости. А ему залепило глаза. Он умер не сразу, — Мэри-Лу вздохнула. — Храбрый парень, хотя и бандит. Не ныл, не кричал. Ругался, что умрёт слепым в каком-то чёртовом параллельном мире. Недолго. Эта дрянь разъела ему глаза и мозги, как кислота. Мы похоронили его там, возле башни.

— Понятно. У вас есть какая-нибудь еда? — спросил Яромир. — Мы втроём сутки ничего не ели.

Олег нахмурился и покачал головой.

— У терров на катере был запас, но мы его прикончили. Сегодня собирались поохотиться на местных монстров…

— Но монстры уже поохотились на нас, — ввернула Мэри-Лу. — Успешно, fuck’em all!

— В этом мире, — сказал я, — можно умереть миллионом способов. Кроме одного. Тут нельзя умереть от голода. Добыть дикого мяса на жаркое тут проще простого. Как говорил пан Яромир, проще, чем купить в супермаркете.

С этими словами я распластался на траве. В бок немедленно воткнулся выступающий из-под земли корень, но подвинуться мне было лень. Накатило вселенское расслабление. Расплата за сутки гиперактивности, когда я скакал по лесу, как волкодлак, трепался с мёртвой бывшей и рвал чудовищ голыми руками.

— Вообще мы пришли поговорить, — произнёс я в пространство…, а в следующий момент почувствовал, что ничего не вижу, а кто-то меня ласково, но настойчиво тормошит.

— Wake up, sweety! — щекотно прошептали в ухо, а затем горячий язычок прошёлся по моей шее.

— Элис, я не могу открыть глаза, — честно признался я.

— Я покажу сиськи, — ответила незримая Элис.

— С козырей зашла… — сказал я по-русски и совершил подвиг: открыл глаза и сел. — Ну и где?..

— Всё в своё время. Я — не шлюха, чтобы при всех задирать футболку, — строго сказала ирландочка. В следующий момент у меня в руках оказалась кружка с водой. — Пей. Ты наверняка сухой, как мумия. А потом тебе надо подкрепиться, секс-террорист. Да и остальным тоже.

Я не стал возражать и опрокинул кружку в себя. Это было дикое, ни с чем не сравнимое удовольствие — пить воду, когда хочешь, и не бояться, что сейчас твоё горло пережмёт спазм… Выпив две кружки, я почувствовал себя гораздо веселее, правда, вступил в свои права волчий голод.

Тем временем над костром на импровизированном вертеле из толстой сырой ветки запекалось что-то четвероногое. Ещё одну тушку меланхолично потрошила молчаливая пленница.

— Местные вараны, — сказал Олег. — Ты был прав насчёт мяса. Оно тут бегает — только успевай хватать.

Три варанчика мелькнули и пропали, как сон о первой любви (я вспомнил о своей первой любви, и меня передёрнуло). Зато пили мы настоящий кофе из запасов терров. Ну как… Условно настоящий, растворимое дерьмо. Но в этих краях любой гостинчик со старой Земли вышибал ностальгическую слезу (шучу).